Майкл Флинн - Река Джима

— А где-то там есть яркая, горячая синяя звезда? — спросила арфистка. — Вроде той, что у Сапфирового Поста?

Софвари сложил руки.

— Не знаю. На классификации звезд специализируются другие ученые-валлахи. Кроме того, она на территории Конфедерации.

Арфистка мягко запела:

Софвари вздохнул.

— Ученый-валлах верит только фактам, а не песенкам.

Теодорк хохотнул, и все трое обернулись к нему.

— Неплохо, Софвари, — произнес он. — Если наша бан Бриджит поверила песенкам, то вот и мы плетемся следом за ней.

За годы скитаний по Периферии капитан торгового корабля «Одеяла и бусы» Мэгги Барнс сталкивалась с множеством поводов для злости и с не меньшим числом поводов для гнева. Опыт научил ее, что с большинством проблем можно справиться при помощи терпения. Зачем переживать, если в результате получаешь только новую порцию тревог? Иные неприятности походили на грибок. Если не бороться с ними, они будут лишь разрастаться. Или становиться «все хреновее и хреновее», как в таких случаях обычно говорили на Ме-граноме.

Но как поступить с той задачей, которую только что обрушил на нее Пеппер?

Она сидела в своем кабинете вместе со старшим помощником, изучая декларации, когда Март Пеппер приперся с ходячим грузом, заявлявшим о том, будто он вправе реквизировать ее корабль. Она взглянула на удостоверение пассажира и повернулась к старшему помощнику ад-Дину.

— Похоже, это настоящая карточка Своры, Д. 3.

Полное имя старшего помощника было Далапати Затартан ад-Дин, но, к вящей радости остальных членов команды, он отзывался и на свои инициалы. Мужчина почесал бороду.

— Бот уходит обратно на Гат через половину оры, — задумчиво произнес он. — Там найдется местечко для нежелательных пассажиров. В ином случае… наша первая остановка на Акраманапиче. Обычно те, кто попадают туда, больше не возвращаются в Лигу.

Барнс изучила карточку внимательнее. Конечно, сияние угасло, когда она взяла ее в руки, но она точно светилась. Раньше ей не доводилось слышать об удачных подделках карточек Своры, впрочем, как и о том, что подобное невозможно.

— Она значит только то, что у тебя неограниченный счет, — сказала она посетителю. — Она означает, что ты можешь воспользоваться моим кораблем, но не распоряжаться им.

Она вернула карточку и заметила, что та вновь засияла.

Метки на путеводных карточках светились, когда их владелец находился в активирующих коридорах. Они не умели распознавать, кто их держал. Этот секрет Свора стерегла особо тщательно.

Неохотно Мэгги пришла к выводу, что этот Донован действительно тот, за кого себя выдает: специальный агент Своры. Следующий вопрос заключался в том, какими полномочиями этот «специальный агент» обладал на самом деле.

— Мы с радостью доставим тебя на Эньрун. Мы все равно планировали остановиться там.

— Мы знаем, — ответил Донован. — Мы встретились с вашими владельцами в доме Чендлера перед вылетом бота.

«Мы?»

— Наши владельцы спят в это время, — заметил Д. 3.

— Мы их разбудили.

— Так вот почему бот опоздал?

Догадка удивила Барнс, но она не позволила нахлынувшим чувствам отразиться на лице. Это могло лишь означать, что людей, разбуженных посреди ночи, проще запугать.

Донован протянул ей бумаги и накопитель.

— И вот почему у нас чартер.

Бумаги объявляли «всем и каждому», что торговая компания Госпендера и Рокета передает корабль «Одеяла и бусы» Своре для совершения чартерного рейса, которым может напрямую воспользоваться Донован-буиг, ее агент, либо Люсия Томпсон, также известная как Мéарана с Дангчао.

Барнс передала накопитель Д. 3., который провел его через дезинфектор, прежде чем вставить в считыватель. Она поднесла бумагу к свету. На ней был водяной знак «ГиР», тут все верно, и знакомая подпись Кимми Госпендера. Мэгги подумала, что, даже если накопитель окажется поддельным, они не смогут это определить — либо потому, что он не подделка, либо потому, что он слишком хорошая подделка. Она отдала бумагу старшему помощнику.

— Получи подтверждение у Кимми — голосовое и визуальное, — прежде чем мы войдем на дороги.

— Будь оно проклято, Барнеи! У меня груз до Акраманапиче и Женгу Шуайя! И он весь взят в рассрочку.

— Спорь с владельцами, Д. 3. Похоже, они нас продали с потрохами. — Она сжала кулаки и уперлась ими в стол. — И тебе следует знать, Донован, что все мои офицеры вложили деньги в этот рейс. Официально ты можешь делать все, что угодно, но я подумала, что тебе стоит знать.

А если неофициально — мало ли, что может случиться? Донован весело улыбнулся, и его улыбка показалась Барнс смутно знакомой.

— Мы ценим это, капитан, но не будь дело крайне важным для всей Лиги, мы отложили бы чартер до тех пор, пока не нашелся бы свободный корабль. Мы можем подсластить пилюлю двумя способами. Первый: когда высадите нас на Энь-руне, сможете заключить свои сделки на Ораме и Женгу Шуайе, а потом вернуться и забрать нас. К этому сроку мы должны закончить дело. Если нет, мы пробудем там чуть дольше. Свора обеспечит вас премиями. На обратном пути вы сможете провести прочие торговые операции на КанТу, Акраманапиче и остальных планетах. Так что все, что вы теряете, — это немного времени на возврат к Эньруну.

— Откуда тебе знать, что мы не бросим тебя на Эньруне? — спросил Д. 3. — Не самый лучший мир, на котором можно застрять.

Барнс метнула в него раздраженный взгляд. Ей ничуть не хотелось усугублять положение.

— О, все очень просто, — ответил Донован. — Я перестраховался. Копии чартера отправились Гончему Грейстроку и его Щену, а также Зорбе де ла Сусе на Верховную Тару. Все трое имеют личный интерес в этом предприятии.

Барнс хотела было сказать, что прежде не слышала о Грейстроке, но остановилась. О де ла Сусе ей приходилось слышать.

— Я думала, старый Гончий ушел в отставку.

— Ради этого дела он из нее вышел. В нем участвует его крестница. Мы гарантируем, что Грейстрок и Ринти будут ждать на Гатмандере, когда «Одеяла и бусы» вернутся, и, хотя они особо не опечалятся, если нас не окажется на борту, им будет крайне интересно, где Мéарана с Дангчао. Капитан Барнс, мы вам не враги. По тому же следу идет агент Конфедерации, и вряд ли кому-то придется по душе, если до конца он доберется раньше нас.

— А что со вторым подсластителем? — спросила Барнс. — Надеюсь, он лучше угроз.