Александр Ранецкий - Мятеж воина
Чуть заметная дрожь пробежала по спине девушки, Арвинд услышал оборвавшийся вздох Ясны. Он хорошо мог понять ее смятение: в этот далекий от освоения, до сих пор толком не исследованный уголок космоса старались не соваться даже бывалые звездные волки. Арвинд и сам встревожился бы на месте Ясны, будь он в состоянии тревожиться еще о чем-то после известия об отказе систем воздухоснабжения.
– Вы уверены в этих координатах? – Ясне наверняка потребовалось собрать все мужество, чтобы спросить это так спокойно.
– Нет. Навигатор у нас тоже недоступен, я использовал в качестве штурманского справочника библиотеку.
– Я бы не догадалась. Вы находчивы, капитан.
Коротким кивком он дал понять, что одобряет ее хладнокровие:
– Это называется "вывих безысходности", мой старший офицер.
Ясна вскинула голову:
– Кто?
– А как мне еще вас называть? Медтехник… Нет. Ладова… Не обидно? – Арвинд усмехнулся. – Все-таки мы с вами достаточно близко знакомы.
Он мог позволить себе шутить с ней как угодно. Через какой-нибудь галачас они оба либо надолго застрянут на затерянной в Глубоком Космосе планете, либо узнают, что им осталось жить еще от силы двое суток И в том, и в другом случае… их судьбы слишком тесно переплетены.
– "Ладова" будет вполне достаточно, – не уловив иронии, с внутренним облегчением сказала девушка. – Так что?.. Мы не знаем своих координат – и не можем поэтому рассчитать ни прыжок в подпространство, ни направленный сигнал бедствия?
Арвинд ответил не сразу. Он долго колебался, прежде чем вообще приказать Астро дать какой бы то ни было сигнал. Вероятность, что их зов может услышать судно Двенадцати Созвездий, в зоне Глубокого Космоса была ничтожна – но все же она сушествовала. Бывший 27 013 не хотел рисковать своей новообретенной свободой, любой имперец, подбери он их, счел бы своим долгом сразу же арестовать меченного каторжным клеймом. Стражи Крови… и новая смерть.
Но выбора не было. Кроме Арвинда, на борту находились Ясна Лядова, другие люди, вовсе не повинные в его злоключениях. Он был не вправе уменьшать их и без того небольшие шансы на спасение.
– В связи вы разбираетесь, Ладова… Да, для направленного сигнала нужно знать не только координаты адресата, но и наши собственные. Поэтому я и веду передачу в широком диапазоне. Тому, кто нас услышит, нужно будет только запеленговать источник.
– Кто это может быть?
У нее было действительно потрясающее самообладание, Арвинд не мог не признать это. Внутренний стержень! Ей было отчаянно страшно, но она считала недостойным показывать это и заставлять других помогать ей справляться с ее трудностями.
Капитан показал девушке опознанное архивом созвездие в окружающей их панораме космоса:
– Ближе всего отсюда зона Бахромы.
– Но я слышала, основную власть там имеют мафиозные кланы!
Арвинд забыл – командир "Шквала" бывал когда-то в этой зоне, а Ладова могла знать ее только понаслышке.
– В теперешних обстоятельствах – хотя бы сами темные боги преисподней… Мафиози прежде всего деловые люди. Линкор они, конечно, оставили бы себе, но выплатили бы нам его официальную стоимость – у них есть своеобразный кодекс чести. Я взял бы оплату услугами – уцелевших операторов "разяшего" можно было бы спасти, если доставить вовремя в хороший медцентр…
Ясна совсем забыла об этих людях… Она быстро посмотрела на капитана и так же быстро опустила ресницы. Теперь она поняла, почему этот человек в действительности был прославлен как Тот Самый флагман.
Арвинд не заметил этот взгляд. О чем он ей говорит? Он тихо засмеялся:
– Человек имеет привычку строить слишком далеко идущие планы на будущее, вы не находите? Сначала нам нужно приземлиться, а потом уж дожидаться помощи.
– Приземлиться? Но… – Ясна нахмурила светлые брови, стараясь лучше выразить свою мысль. – Вы, конечно, лучше знаете, что делать, и все же: не разумнее было бы дождаться помощи здесь?
Арвинд посмотрел на девушку, потом на хронометр терминала. Отчего перед вынесением приговора время всегда тянется так медленно?
– На планете отыскать нас будет легче, чем где-то посредине вакуума, проговорил наконец он. – А главное, можно будет совсем по-другому распределить энергию корабля – использовать ее только для системы связи, а не для ходовой и генераторов щита, как сейчас, во время полета.
– Но планеты этой солнечной могут нам и не подойти…
– Две уже не подошли, – бросил он и включил запись.
Рубка погрузилась в полумрак, посредине неярко засветилась сфера стереопроектора.
Первая планета выглядела как каменистый шар, лишенный всяких признаков жизни, вторая оказалась гигантской концентрированной массой сгущенного газа. Разноцветные радужные гейзеры испарений меняли обличье прямо на глазах, но "Разящий" не стал даже приближаться к маняще-прекрасному миру: данные сканеров свидетельствовали однозначно, что волшебная игра его испарений ядовита.
– Неужели весь Глубокий Космос выглядит так же страшно? – тоскливо пробормотала Ясна.
– Вы же изучали астронавигацию… Планеты, пригодные для жизни, вообще попадаются не так часто, как кажется, – именно в этом, кстати, и была главная причина войны с Владычеством Раан. Великий Дом потому только и может так пышно называть себя властелином Двенадцати Созвездий, что в каждом из двенадцати ему подвластны от силы две дюжины миров.
– Я как-то не думала об этом…
– Большинство звезд не имеет планет, или те выглядят такими же "гостеприимными", как в этой системе.
– Как первые две – третьей мы еще не видели. Сколько еще до нее?
– Сотых пятнадцать… Прежде чем сканеры сумеют определить, есть ли там атмосфера.
– Если она нам не подойдет, мы просто продолжим путь, – будто уговаривая его, сказала Ясна. – Главное ведь, чтобы кто-нибудь услышал наш сигнал бедствия.
Капитан наградил девушку долгим пронзительным взглядом. Кажется, она пытается успокоить его?
– Услышат, – наклонил голову он. – Непременно услышат. Но ждать, возможно, придется долго.
Ясна решила, что поняла его мысль. Их услышат – галалет через пятьдесят, когда линкор приблизится к созвездиям на границе Бахромы. Теперь ясно, отчего капитан так напряжен, отчего так хочет посадить "Разящий". Но третья планета скорее всего так же безжизненна, как и две предыдущие. Что ж, через десять сотых их участь станет ясной, а пока Арвинду ни к чему видеть, что Ясна догадалась обо всем.
Девушка напряженно и старательно улыбнулась командиру:
– Даже если так, это путешествие можно будет назвать… познавательным. Мы поневоле играем роль исследователей, мой капитан.