Александр Ранецкий - Мятеж воина

– Мой флагман!… Вы? Здесь, на "Разящем"?.. Что происходит? И где Арвис?

"Мой флагман!… Вы?.."

Из открывшейся как-то Арвису памяти оператора Ладовой Капитан знал об отношении девушки к человеку, которым он когда-то давно являлся. Не было ничего странного, что она сразу же узнала лицо, изображения которого мелькали повсюду так часто. Но она видела в Капитане Эвинда, и в этом хорошего было не больше, чем в ее воспоминаниях о номере 27 013

"… Вы? Здесь, на "Разящем"?.. Что происходит? И где Арвис?"

Капитан неосознанно откинулся назад в кресле – привычная для пилота, немыслимая для имперского флагмана поза. Стоило бы покончить со всеми вопросами и ответами разом. Но он боялся, что это не получится.

– Кажется, – он хотел сказать это насмешливо, но речь пока не шла так гладко, как ему бы хотелось, – вы доставили меня с Фэр'Элун, медтехник Ладова, именно для того, чтобы в чрезвычайной ситуации я мог принять командование этим линкором.

Она все-таки поняла… Бледное после потрясения лицо девушки застыло, взгляд метнулся по его лицу.

– Вы-ы?! – болезненным стоном вырвалось у девушки. – Арвис… Флагман…

Сколько еще она собирается мучить его сознание – и испытывать терпение?

– Послушайте, Ладова… Забудьте этих двоих, их больше нет и не будет.

– Но кто тогда вы?!

Он пожал плечами:

– Я Арвинд, Или Эвис. Как вам больше нравится. Как угодно.

– Арвинд?!

– Да. – Она вроде бы должна была понять, откуда он взял это имя. Мозаика из Эвинда и Арвиса.

– Что же они сделали с вами?!

Голос девушки почти сорвался на крик. Что можно ответить на риторический вопрос? Капитан пожал плечами еще раз – похоже, это уже становилось привычкой.

– Расщепление сознания даром не проходит, иллюзия смерти тоже.

– Простите… – Чувство вины прозвучало в ее тоне так же сильно, как гнев прежде. – Это ведь я виновата, что вы считали себя мертвым!…

– Это внушили мне до вас, причем очень убедительным способом…

Он помнил, как его расстреливали у тюремной стены, но это его больше не трогало. Похоже, часть бесстрастия Арвиса в нем еще сохранилась.

Девушка глянула на вспоротый, окруженный лужей застывшего медгеля контейнер, потом снова на него:

– Вас…

Арвинд повторил движение, которое сделала она. Пальцы нащупали лишившееся чувствительности уплотнение под глазом – ряд широких и узких полосок, несмываемое клеймо приговоренного к каторге преступника.

– Это не смывается. – Собственно, во время заключения и после он даже не успел осознать, как много неудобств может принести эта метка.

– Я знаю. – Ясна с трудом поднялась на ноги, ее тело сотрясло рыдание. – Вечный Космос! Так это правда… Так я не ошиблась, вы действительно были живы!…

Боги… Вот теперь внутри у него все в самом деле содрогнулось. Так она знала!!! Медтехник Ладова была одной из них?! Арвинд не смог сдержать себя.

– Вы "не ошиблись" – значит, вы были в курсе?! – Он сделал к Ясне несколько быстрых шагов и больно взял ее повыше локтя. – И действовали заодно с теми людоедами! Когда? Когда вам стало все известно? Нет, не до нашего последнего разговора в лаборатории… Перед отлетом, прежде подключения здесь, на "Разящем", так? Вы это при нашем контакте на борту так отчаянно пытались утаить от меня?..

– Я хотела дать вам знать! – защищаясь, в отчаянии вскрикнула Ясна. – Но не раньше, чем мы остались бы наедине – я не хотела погубить вас окончательно!

Его пальцы разжались.

– Хуже, чем было, уже никто не смог бы сделать.

– Я знаю. – Плечи Ясны опустились. – Как я могла быть такой дурой? Ведь мне беззастенчиво лгали с самого первого дня в лаборатории.

Он чуть отстраненно взглянул на девушку:

– Эвинд бы вас понял.

Солнечного цвета ресницы Ясны вспугнуто дрогнули.

– А вы?..

Он усмехнулся.

– Я ведь в какой-то степени его наследник.

Внезапно Ясна вспомнила об окружающей действительности и в тревоге оглянулась вокруг:

– Если кто-нибудь узнает, откуда вы появились, если кто-то видит нас сейчас по видео и понял, кто вы… Мой фла… мой командир, мы должны что-то делать!

Губы Арвинда дернулись – в прошлой жизни это была бы невеселая, почти болезненная улыбка. В теперешних обстоятельствах – как бы нелогично это ни звучало – он, возможно, был бы только рад, окажись хоть кто-то на "Разящем", способный видеть его.

– Успокойтесь, Ладова, линкор под моим контролем. В той каюте все еще работает душ, в ящике лежат сменные комбинезоны – идите, приведите себя в порядок и возвращайтесь. Можете не торопиться, времени у нас много.

Линкор приближался к чужому солнцу. Две планеты системы уже остались позади, впереди вставала третья.

Умывшись и переодевшись, Ясна вернулась к Ар-винду. Он заметил, что руки у нее все-таки слегка Дрожат.

– Что случилось с кораблем?

Эвинд не любил сообщать поганые новости. Арвинду не хотелось учиться это делать. В конце концов, какие-то десятые галачаса не имели значения в их положении – можно было бы дать ответ и потом, если бы пришлось. Он знал, что Ясна почувствовала бы фальшь – недаром она столько времени была его оператором. Но можно рассказывать… и рассказывать.

Капитан кратко и точно изложил все, что узнал из записей корабельного архива.

– Поверить не могу… – потрясение прошептала Ясна. – До сих пор считалось, будто корабли невозможно атаковать в подпространстве.

Арвинд невесело улыбнулся:

– До сих пор считалось, что таких тварей, как эта, не существует… Как бы то ни было, боюсь, что после нападения жизнь и здравый рассудок на этом "Эрдене-два" сохранили лишь вы, медтехник, и частично – ваш покорный слуга.

Дочь пилота Ладова знала, что такое "Эрден", но очевидный смысл объяснения не желал укладываться у нее в голове.

– Какие у нас шансы?

Меньше чем через галачас это должно было стать ясно.

– Не слишком большие, – сказал он вслух. – Чтобы спасти линкор от падения скорости в подпространстве, мне пришлось выбросить его в первую попавшуюся зону. И ею оказался Глубокий Космос.

Капитан включил стерео. Компьютер раз за разом "вырезал" трехмерную картинку из атласа и в виде прозрачного контура накладывал ее на изображение одного-единстве иного знакомого созвездия, которое смог обнаружить в далях окружающего пространства, – составляющие его точки были тусклыми, едва различимыми на таком расстоянии.

Чуть заметная дрожь пробежала по спине девушки, Арвинд услышал оборвавшийся вздох Ясны. Он хорошо мог понять ее смятение: в этот далекий от освоения, до сих пор толком не исследованный уголок космоса старались не соваться даже бывалые звездные волки. Арвинд и сам встревожился бы на месте Ясны, будь он в состоянии тревожиться еще о чем-то после известия об отказе систем воздухоснабжения.