Сергей Кусков - Телохранитель ее величества: Противостояние
Потому такие люди, как вы, охраняют лишь самые ответственные объекты страны — на большее их не хватает. Чуть менее квалифицированные кадры готовят таможня, пограничники и разные силовики. Но даже они — уже не тот уровень. Понимаешь, Хуан, какая на нас ответственность? На ВАС?
Я понимал, естественно. И никаким дополнительным финансированием делу не поможешь.
А еще вычленил из ее речи кое-что для себя. А именно, подставы во дворце.
Разумеется, при охране подобного объекта это должно быть обыденным явлением. Способен ли тот или иной охранник обнаружить человека, пытающегося попасть туда, куда не положено? Или еще хуже, внедриться? Может ли выявить его ухищрения? Особенно, если внедряющийся — экстрасенс (или, как говорят они сами о себе, биоэнергетик)? Отдел сеньоры Лопес периодически проводит такие трюки и с ангелами, и с дворцовой стражей, вдобавок к собственной безопасности, «контрразведке» дворцовой стражи, которая так же не дремлет.
В общем, перспективы службы во дворце с каждым днем становились все красочнее и красочнее — скучно там точно не будет.
Как оказалось, выявлять биоэнергетиков не так уж сложно. Ну и что, что они обладают даром внушения? Ну и что, что могут взять под контроль с одного неосторожного зрительного контакта? Для поиска и выявления подобных существуют целые методики, успешно применяемые в реальной жизни. Мы пока только начали проходить их, но я уже поражался простоте решений, говорящей о гениальности их разработчиков.
— Не забывай главного, Хуан, — продолжила сеньора Лопес, закрывая тему, — ты не герой-одиночка. Ты вообще не герой. Ты — часть системы, ее винтик, а только система в целом может справиться с подобными трудностями. И если ты — номер-два, и заметил странную реакцию номера-один, сразу жми тревожную кнопку. Не геройствуй, твоя задача выявить и дать сигнал. И всё. При попытке обезвредить противника лично ты рискуешь самому попасть под воздействие, бесславно погибнуть или как-то иначе провалить возложенную на тебя задачу. Это не игрушки, Хуан.
— Понимаю, сеньора, — покачал я головой. — Я уже не зеленый мальчик, пришедший сюда на собеседование.
Она вздохнула с видимым облегчением.
— Это радует.
И тут же продолжила:
— И еще о главном. Я бы сказала, еще более главном, самом главном. Все они — люди, Хуан. Твои возможные противники. Хоть биоэнергетики, хоть нет. И искать их следует именно как людей, а не как носителей таинственных способностей. Все люди одинаковы, всегда и везде, и только психология даст тебе ответ, кто перед тобой, враг или нет, и что с ним делать.
Она задумалась, что-то вспоминая.
— Однажды мне дали задание, найти «крота» в неком ведомстве. Это было важное ведомство, Хуан, и «крота» требовалось найти срочно, потому начальство обратилось сразу в наш отдел. Меня срочно выдернули туда, придумав красивую легенду, наделив невероятными полномочиями. Но знаешь, как я нашла этого говнюка? — Она хрипло рассмеялась. Я пожал плечами. — На «летучке» у шефа, где присутствовал весь отдел, этот гад сидел и… Смотрел на всех свысока. Вот просто сидел и показывал, как он на всех плевал. «Где вы, и где я» — читалось в его глазах. Мне осталось только взять его в разработку, и через два дня я нашла доказательства, что он как минимум причастен к утечке. После чего благополучно сдала его конторе рангом пониже, чем наша.
Вот так, Хуан. Психология определяющий фактор. Она важнее любых способностей — как видишь, я даже не прибегала к своим. — Она довольно улыбнулась. — Так что в первую очередь ищи в своем окружении тех, чье поведение выделяется, и только потом используй то, чему тебя учила я. Это я так, на будущее.
— Спасибо, сеньора Лопес, — я благодарно кивнул — действительно, хороший урок. Затем задал вопрос, который задавать не планировал, но который после последнего откровения сам напросился:
— Раз так, можно спросить вас, как психолога? Прежде всего психолога, и только после этого биоэнергетика?
Она загадочно улыбнулась — поняла, о чем буду спрашивать.
— Что мне делать с этим противостоянием? Что мне делать с сорок четвертым взводом? Как выкрутиться? Я не понимаю!
Она покачала головой, улыбка так и не сползла с ее лица.
— Сожалею, Хуан. Но эту задачу ты должен решить только сам.
* * *Какое-то время царило затишье. Девочки вели информационную войну, на всех возможных фронтах. Я пестовал себя, не реагировал, учился. И даже получалось. Против девочек играло их высокомерие — им не могли его так просто взять и простить. Но вода камень точит, и именно этого они добивались — сточить меня. Сделать так, чтобы проект с мальчиком в корпусе завершился по моей инициативе, чтобы я не выдержал прессинга, распрощался и ушел. На этом, по их мнению, их подруга будет отомщена.
Я не унывал, что-то подсказывало, что на моей улице праздник еще настанет, но не представлял, что для этого надо делать. Информационная война — такая штука, которую не выиграть без стартовых условий, которыми я пока что не обладал. Прежде всего не хватало того самого авторитета, без которого человека никто не станет слушать. Да и без команды приходилось тяжко — информационные войны в одиночку не ведутся, а возможности кого-то использовать у меня были откровенно слабые.
Но я старался, выжимал из имеющихся ресурсов все, что можно. В первую очередь эксплуатируя других хранителей — ту же Камиллу и ее девочек. Сливал через них в народ нужную информацию, причем в виде, в котором, знал, ее «проглотят». Это немного нейтрализовывало действия «сорок четверки», что на фоне их высокомерия меня спасало, но полностью погасить последствия их влияния я не мог. Так же на всю катушку использовал возможности диаспоры (ее здесь не стоит недооценивать), и к чести девочек, они поддерживали меня так, как не поддерживал родной взвод. Даже, бывало, вступали в открытую перепалку с «сорок четверками» и их сторонницами (и такие нашлись), защищая меня. И я был им за это благодарен. А вот кто в этой истории больше всего удивлял, так это мой родной взвод.
У меня частенько проскальзывало чувство, что «чертова дюжина» меня бросила. Оставили на съедение, погрязнув в собственных мнимых «делах». Они практически безучастно смотрели на то, как меня «избивают» (в переносном смысле, конечно), не вмешивались, а реплика Кассандры в столовой оказалась единственным актом их вмешательства. Да и то направлена была на Белоснежку, не имеющую к хранителям никакого отношения.
Почему так? В связи с чем они себя подобным образом ведут? Я не знал. Знал только, что это внутривзводные тараканы, ни с кем в сговор девчонки не вступали — я бы сразу почувствовал (спасибо сеньоре Лопес). И это злило.