Оксана Щербатая - Изгнание. Книга 1

   Кабинет Беренгуса на третьем этаже, куда вела простая лестница, - лифты не были предусмотрены, чтобы сотрудники развивались физически, - был приоткрыт. Никто не сидел на входе: все было так запросто, словно хозяин и не думал беспокоиться о личной безопасности. Простой по натуре или ...?

   Резко толкнув дверь, я вошел без приглашения. Никогда не вел себя так нагло и уверенно, но эпизод с секретаршей придал энергии и апломба:

  - Здравствуйте, господин Беренгус! Вы позволите отнять у научного творчества несколько минут вашего бесценного времени, и побеседовать?

   Напряженно всматривавшийся в разложенные на столе бумаги Беренгус, пожилой, худощавый человек, явно не уделявший собственной внешности должного внимания, поднял на меня уставший взгляд. Он, похоже, ничуть не возмутился, но лишь удивился моей наглости:

  - Что вам угодно, юноша? Я не занимаюсь вопросами трудоустройства и устроением конференций. По первому пункту, - пожалуйте к Лингусу, по второму - к Фарлану. Я - лишь научный червь, и не могу быть вам полезен!

  - Позвольте, я не стану вам представляться лично! - сам не знаю, почему мне захотелось сохранить инкогнито. - Взгляните на мои верительные грамоты, - я сунул Беренгусу под нос золотую кэрту, не требующую имен.

   Затем, спрятав кэрту, создал в один момент голографический экран с помощью устройства во внешнем коннекте, и показал ему несколько объемных фотографий, изображавших мою Тефию, гигантское здание обсерватории там, наш телескоп и, наконец, близким планом, увлеченное лицо Ферия, наблюдавшего в телескоп дальние звезды.

  - Зачем вы мне все это показываете? - Беренгус даже привстал на месте: видно было, что он явно заинтересован и заинтригован даже моим визитом, но не хочет этого выказать. - Кто вы такой, юноша, несмотря на весь ваш неограниченный кредит? Власть золота меня не интересует! Я ничего не знаю, уходите отсюда! - встопорщенные белесые жидкие волосенки на голове Беренгуса, и его треугольная борода, гораздо более густая, чем шевелюра на голове, пришли в хаотическое движение, как самостоятельные существа. Мне пришла мысль, что я вижу одного из немногих оставшихся фанатиков от науки: чтобы в наши дни элитарий, обеспеченный и уважаемый, настолько не следил за собой, - это поразительно! Когда-то я, озадаченный гибелью Ферия, пару месяцев не стригся, оброс рыжими кудрями, как кроманьонец, но я не был научным директором Центральной обсерватории всего Зема! Как так можно?

  - Погодите минутку выгонять меня вон, милостивый господин Беренгус! Ведь вы - самый лучший человек во всем этом заведении, как сказала мне Золь, которую вы, якобы, лично учили астрономии! Посмотрите, пожалуйста, еще вот сюда, - и спешно прокрутил перед взглядом огорошенного моей фразой немолодого человека кадры, запечатлевшие официальное письмо директора, - письмо, отправленное по моей настоятельной просьбе, - с сообщением на Зем о получении странных сигналов, получивших четкую привязку к месту их отправления; листы с распечаткой космических сигналов из далекой планетной системы; самого Ферия перед посадкой на корабль, летящий к Зему, и дату под ним.

  - И что вы от меня хотите, юноша? Зачем отвлекаете маститого ученого от трудов праведных и крутите всякую галиматью, отнимая мое драгоценное время? Хотите, чтобы я вызвал охрану? Ах, вы уверены, что ваша кэрта открывает перед вами все двери?! Я так и понял! Но нельзя же быть столь самонадеянным... - он вскочил, дико глянул на меня искоса, но я понял: Беренгус безмолвно приглашает меня последовать за ним, в другое помещение, существование которого в монолитной стене трудно было заподозрить. Не задавая вопросов, проследовал за чудаковатым ученым.

   Мы вдвоем вошли в крохотное помещение без окон, забитое ненужной документацией. Беренгус включил свет и закрыл дверь изнутри. Мы с ним остались наедине, и наши взгляды скрестились, как две шпаги.

  - А теперь - поговорим, молодой человек! - Беренгус заговорил совсем другим тоном, он даже будто стал выше ростом, чем там, в своем кабинете. - Что вы взялись с Тефии, можете не объяснять: в экзобиологии разбираюсь. Но откуда вы все это раскопали и зачем полезли в эти дела? Вам своей головы не жалко, вы, юный сыщик? Или ничего не поняли во всем этом?

   Оказалось, что и голос Беренгуса звучит иначе: не визгливо и истерично, как почудилось пару минут тому, но зычно и уверенно. Совсем другой человек был предо мною! Этот человек мог стать хорошим другом, - или опасным врагом, и он отнюдь не показался мне тем добрым рохлей, как его охарактеризовала Золь. Он шел на меня, сжав кулаки, высоченный, плотный, сердитый, с красным лицом, пока не схватил за ворот рубахи, и хватка его была воистину медвежьей, но ответить ему в той же манере я постеснялся.

  - Что ты знаешь про Золь, мальчишка? Ты, дикарь с окраины, откуда ты можешь знать о том, что я учил ее? Я не даю частных уроков! - Беренгус тряс меня за плечи так, что голова моя болталась из стороны в сторону, и я изо всех сил сдерживался, чтобы не дать сдачи старому элитарию. Вдобавок он перешел на 'ты', что, впрочем, означало большую степень доверия, думаю.

  - Она сама сказала мне: вы были ее учителем...

  - Когда? Где? Она погибла почти два месяца назад! Когда ты прибыл на Зем?

  - Она - жива! Во всяком случае, пребывала в добром здравии три дня назад!

  Беренгус уставился на меня глазами, налитыми кровью, долго смотрел, пока не ослабил хватку. Вздохнул тяжело, присел на колченогий древний табурет:

  - Ты хочешь заставить старика поверить в чудеса? Почти преуспел! Говори!

  Я рассказал ему о своем знакомстве со странной девушкой, не описывая всех деталей. Только общие впечатления о ней. Как она увлечена космосом и всем сущим, как она необычна. Как я полюбил ее... но она назвала мне чужое имя!

  - Она не намеренно солгала тебе, парень! Думаю, ты и впрямь понравился дочери Зоэфиль и между вами было больше, чем ты говоришь, но она не захотела рисковать, подвергая еще и твою жизнь опасности. Наверное, она сочла тебя юным бодливым теленком, от которого не может быть пользы! Вот, как и от меня: если бы я мог ей помочь, она бы обратилась ко мне, но я - бесполезен и смешон: даже власть в обсерватории реально ушла к Лингусу, потому что трясусь и за поганую жизнь, и за финансирование исследований! Знаешь, фактически средства на науку на планете распределяет церковь, а Совет лишь утверждает решения церкви, но депутаты полагают: именно они, а не 'особисты', играют особую роль в жизни землян...

   Брызгая слюной, смешной элитарий спешно делился со мной своими переживаниями: как еще сотню лет назад все было по справедливости, а теперь церковь стала государством в государстве, но эту ее роль понимают лишь немногие, так как простонародью об этом знать ни к чему! Вот теперь даже главой планеты стал скрытый церковник, втершийся в доверие к семье Золь, а ведь он - подлец, вор, обманщик, ссыльный клятвопреступник, предавший женщину, которая его любила, суггестолог, не гнушающийся внушать всем, кто поддастся, свои мысли и чаяния, а так нельзя, нельзя!