Андрей Кадник - Новатор

— По-моему, мальчики нам снова что-то не рассказали, — обратилась Таня к Жене.

— Да чего там рассказывать, — смутился я, — ну загнали ещё пару самолётов. Для общего же дела.

— Не знаю, — нахмурилась Таня, — у меня с вами нет общих дел. Я просто живу и пытаюсь получить от жизни удовольствие, а я его вряд ли получу, если обнаружится, что в один прекрасный день вас взяли в плен в каком-нибудь государстве, название которого я даже не знаю…

— …Скоро ты сможешь с уверенностью знать где мы находимся, — прервал её Жора.

— Женя, ты взяла всё, что я просил? — обратился он к подруге.

Когда та кивнула, Жора добавил:

— Сейчас прилетим на остров и введём всем маленькие имплантаты. Тогда всех нас будет элементарно отследить в местах покрытия сотовой связи, а это почти вся обитаемая часть земли. Если кого-нибудь запрятать глубоко в лесу, то этот маяк конечно не поможет, но во всех остальных случаях работает безотказно — проверено.

— Это не больно? — обеспокоенно спросила Таня, покосившись на довольно большую коробку с каким-то прибором, которую Женя извлекла из своего пакета.

Жора пожал плечами.

Женя, увидев, что он отвечать не собирается, сказала:

— Смотря куда вводить, маячок небольшой, миллиметр в диаметре и три миллиметра в длину, как кончик от иголки.

— Я-то откуда знаю куда вводить? — пожал Жора плечами, — куда хочешь, лишь бы работало.

— Ну тогда лучше всего в мышечную ткань — в плечо или в ягодицу, — сказала Женя.

— Там электромагнитное излучение есть хоть какое-то? — обратилась она к Жоре, подумав.

— Очень слабое, — скривился он, — лишь немного превышающее естественный фон.

— Значит всё же в ягодицу, подальше от мозга, — предложила Женя.

Тем временем, наш аппарат приземлился на пляже острова, на том же месте где мы и были в прошлый раз, только сегодня прилив съел довольно большую часть от пляжа и вода подбиралась почти к самым пальмам, оставив нам лишь полоску песка метров 5 в ширину.

— Красотища какая, — восхитилась Женя, спрыгнув из люка, — был бы тут домик.

— Ты читаешь наши мысли, — усмехнулся я, — мы именно этот вопрос обсуждали в наш прошлый приезд.

— Нет ничего невыполнимого, — отозвался Жора, — у нас в тарелке 5 миллионов долларов без малого валяются, почему бы не потратить их на дом.

— Вы отвлеклись от темы, — сказала Татьяна, которую вопрос по установке в своё тело каких-то там имплантатов похоже не на шутку взволновал, — а если я сяду на стул, то этот кончик иголки будет впиваться в меня всё дальше и дальше, пока не воткнётся в кость?

— Ничего, ему до кости у тебя долго продвигаться придётся, — попытался успокоить я подругу, погладив её по отнюдь не тощей попке.

— Введём параллельно поверхности стула, — сказала Женя тоном типа «ну как вы не можете понять очевидного?», — с внутренней стороны, в то место, которое обычно ни к чему не прижимается.

— А если оно прижмётся? — не успокаивалась Таня.

— Ну, — задумалась Женя, — если даже произойдёт чудо и твоя ягодичная промежность прижмётся к чему-то твёрдому… хотя я не могу себе представить подобной ситуации… то всё равно ничего не произойдёт. Микрокапсулы сделаны из материала, не отторгаемого организмом, а концы у капсулы тупые и закруглённые, поэтому она не будет колоться. Наверное тебя смутило, что я сказала про кончик иголки, признаю, я была не права, капсула не такая острая как игла.

— Ну хорошо, — согласилась наконец Таня.

— Только не мне первой! — добавила она испуганно, увидев, что Женя достала из коробки инъектор и подходит к ней.

— Давай мне, — сказал я со вздохом и приспустил штаны.

Женя одной рукой приставила свой медицинский пистолет к моей заднице, другой оттянула немного кожу на ягодице и нажала на курок.

— И это всё? — спросил я удивлённо, пытаясь оглянуться и посмотреть всё ли там на месте. Я почувствовал лишь слабенький укольчик, даже в поликлинике мне антибиотики побольнее кололи.

— Всё, — ответила Женя, — только пластырем сейчас заклею, а то ты ведь купаться полезешь.

— Я-то думал, что сейчас будет болезненная операция по вживлению в меня посторонних объектов, — пожал я плечами.

— Да ну, — засмеялась Женя, — этот инъектор может вогнать в тебя капсулу почти со скоростью пули. Тут главное осторожно подходить к выбору мощности, а то можно и насквозь ненароком прострелить.

Пока Женя всё это говорила, она прострелила Жорину задницу таким же имплантом и добралась до Тани. Та, увидев, что с нами не случилось ничего страшного, отошла от нас подальше, чтобы мы не подглядывали, и лишь тихо ойкнула, когда Женя от души засадила ей маячок.

Мы с Жорой рассмеялись, когда девчонки вернулись к нам. Таня для вида немного прихрамывала — наверное хотела чтобы её все жалели. Женя держала инъектор перед лицом, на манер пистолета и убедившись, что мы на неё смотрим дунула на несуществующий дымок, выходящий из дула оружия и грозно спросила:

— Ну, кто желает мне сделать укольчик?

Я хотел было поднять руку, но почувствовав на себе внимательный Танин взгляд решил не обострять события.

После того как Жора промаркировал Женю, она достала другой картридж и зарядила его в инъектор.

— Эээ, а это ещё что? — недовольно поинтересовалась Татьяна, — снова уколы.

— А это только мальчикам, — отдала Женя инъектор в руки Жоры.

— А я пошла загорать, — добавила она и практически синхронно с Таней они принялись скидывать с себя одежду.

Но если Таня остановилась, когда на ней остался купальник и побежала в воду, то Женя скинула с себя всё и только тогда бросилась следом.

Я постарался сделать лицо как можно более невозмутимым — мол чего там, я всё время с голыми девчонками купаюсь, но похоже мне это не удалось, поскольку Жора посмотрел на меня, ухмыльнулся и прокомментировал:

— Такая уж она непосредственная, ничего не могу поделать.

— А зачем с этим что-то делать, — хмыкнул я.

— Иногда немного напрягает, — повёл он плечами, — она уж очень увлечена биологией, поэтому воспринимает человеческое тело больше как объект исследования. Мы все для неё лишь набор органов, функционирование которых она изучает…

— Да уж, — согласился я, — когда представишь этакий суповой наборчик, то вся романтика мигом слетает, остаётся одна физиология. А представляешь, как тяжело гинекологу, перед ним жена если вечером раздевается, то он вообще как будто на работу вернулся.

— Знаешь, — в порыве откровенности добавил Жора, — она ведь и в постель меня первая затащила. Сам бы я, наверное, постеснялся бы. А для неё это просто — раз есть в теле рецепторы для получения удовольствия, то нужно по-максимуму использовать их ресурс.