Чарльз Стросс - Железный рассвет

— Да, — согласилась Среда, и клоун скроил свирепое лицо. — Вы очень хороши. — Она старалась говорить примирительно. — И плата большая?

— Плата… — начал Свенгали, но прервал сам себя: — Ну, достаточно обо мне. Почему бы ради разнообразия не поговорить о вас.

— У-у. Так просто вам не сорваться с крючка, — усмехнулась Среда.

— Да, становится трудновато, когда публика достаточно стара, чтобы заглядывать за зеркало. Брюзжание…

— Что?

Свенгали быстро дотянулся до ее головы и отнял руку, показывая зажатую в пальцах бабочку, машущую бело-голубыми крылышками…

— Сейчас слышите меня лучше? Или, дорогуша, я просто разомкнул ваш мозг? — Задумчиво поглядев на бабочку, он дунул на нее, и та превратилась в беленькую мышку.

— О-о, — саркастически заметила Среда. — Это действительно убедительно.

— Действительно? Дайте вашу руку.

Среда немного нехотя протянула ладонь, и Свенгали посадил на нее мышку.

— Эй, она же настоящая!

Напуганная мышка продемонстрировала свою неподдельность высокоточным испражнением ослабшего мочевого пузыря.

— Ик, это…

— Да. — Прежде чем она сумела сбросить мыша, Свенгали приподнял зверушку за хвостик и спрятал в сжатых ладонях. Потом разжал их, и оттуда снова выпорхнула бабочка.

— Ого. — Среда дважды хватательным движением сжимала пальцы и, посмотрев на ладошку, нахмурилась. — Ох, извините.

— Займитесь собой, — великодушно предложил Свенгали, откидываясь в кресле, когда она поспешно встала и поторопилась скрыться в туалете. Его улыбка стала шире. — Возвращайтесь, — приказал он пространству перед собой. — Домой, на базу.

Бабочка/мышь — робот, аккуратно спрятанный в маленькую коробочку, оказался в кармане Свена еще до возвращения Среды.

— А вы расскажете, как это делается?

— Нет.

— Законник!

— Я — нет. — Свенгали упрямо скрестил руки. — Лучше вы расскажите мне, как вы делаете так?

— Что, это? — Лицо девушки прошло перемену цветов от бирюзового до небесно-голубого.

— Да. Классно.

— Программируемые косметические хроматофоры. — Лицо обрело привычный цвет, за исключением рубинового оттенка губ и полуночной синевы век. — Я инсталлировала их, когда мы перебрались на «Магну».

— Угу. Хотите пройтись? — спросил Свенгали, обратив внимание на ее почти пустой стакан.

— М-м-м. — Она посмотрела на него и снова усмехнулась. — Стараетесь не позволить мне напиться?

— Моя работа приглядывать за пассажирами и не давать набивать карманы корабельному лазарету. Мы можем вернуться позже и догнаться.

— Ладно. — Среда встала. — Куда?

— Понятия не имею, — беспечно ответил клоун. — Просто погуляем. Вы еще не изучали корабль?

Ее улыбка стала шире.

— Можно сказать и так.

«Боже, а она сообразительна, — подумал про себя Свен. — Если войдет во вкус, сможет преуспеть даже в моей области».

— Вы правы, эта работа оплачивается недостаточно, — проворчал он. — Мне положено поддерживать веселье в вас, но не веселить себя. Необходимо определить возрастное восприятие клиентуры. Все вы большие дети.

Они уже вышли в коридор, сравнимый с пассажем высококлассного отеля, со звукопоглощающим ковровым покрытием, богатыми резными деревянными панелями и отраженным светом на бессмысленных абстракциях художественных инсталляций через каждые несколько метров.

— Девять дней. Ненавижу задумываться о том, чего вам захочется, когда заскучаете.

— Я смогу сдержаться. — Среда спрятала кисти рук в длинные и тщательно расшитые обшлага куртки. — Правда, не везде. Стандарты законов различаются.

— Да, да. Если бы вы родились на Новой Республике, то уже были бы замужем и имели троих-четверых детей, но сие не означало бы статус независимого взрослого. Мне положено не нянчится с вами, а оберегать от скуки. Составная часть услуги. Могу спросить, что вы станете делать, когда захотите дешевого развлечения, если вопрос, конечно, не деликатный?

— Много чего, — беззаботно ответила она и прищурила один глаз. — Но, думаю, что вам хочется знать подробности. Что-то подсказывает мне, я — не ваш типаж.

— Шумная гулянка. Как перспектива, сестренка? — Свенгали провел ее в боковой проход, потом через дверь — в конференц-зал, а затем, миновав комнату — дубликат аварийного шлюза, — в другой проход. — Более уместная для мальчиков. — Он скорчил смешную гримасу. — Ну а серьезно. Чем намерены заняться, когда затоскуете?

— Я мастер по катанию на лифтах. Лазанью по вакуумным тоннелям тоже. Занималась тай-чи, но бросила. И читаю шпионские триллеры. — Она осмотрелась. — Мы уже не в пассажирской зоне, да?

Ни ковров, ни художественных конструкций — широкие металлические двери, плоский потолок, испускающий яркий свет.

— Нет, в одном из служебных проходов. — Свенгали был разочарован столь малым удивлением, но тем не менее решил продолжить. — Они связывают все общественные территории. Вот один из лифтов команды. Они все бескабельные. Это герметичные самоходные средства передвижения по тоннелям, и по желанию способны менять направления. Не пытайтесь кататься на этих машинах — слишком опасно. А тут, — он указал на неприметную узкую полуметровой высоты дверцу, словно для гномика, — служебный вход в пассажирский люкс. Заперт, если номер занят, используется роботизированной обслугой в отсутствие пассажиров.

— Роботами? Вроде служанок-андроидов?

— Кто, вы думаете, стелет вам постель? — Свенгали шел по проходу. — И помещения, и мебель спроектированы в расчете на людей. Можно, конечно, установить нечто вроде промышленной мини-фабрики в каждой каюте или даже все изготовить из структурированного материала, но многие люди нервничают, находясь рядом с умным материалом, да и иметь обслугу на троллеях дешевле, чем обеспечивать оборудованием каждую каюту.

— Угу. Так вы говорите, на корабле все взаимосвязано? При помощи старомодных дверей, проходов и каналов? —

Она так широко распахнула глаза, что Свен решил: подобное может означать лишь сарказм.

— Если конструкция функционирует только с разумоподобными системами, обязательно случится какая-нибудь хрень — по пятнадцатому следствию закона Мэрфи. Этот корабль предполагает возможность возвращения домой при пилотировании экипажем, состоящим из людей, знаете ли. Отчасти за это пассажиры и платят.

Боковая дверь выходила на винтовую лестницу, ажурные ступеньки из почти просвечивающего аэрогеля уходили в тусклый голубой туман в обоих направлениях.