Михаил Кисличкин - Дипломат поневоле

Альваланка задумалась. Судя по ее напрягшемуся лицу, выбор был не из легких.

— Высокая может дать мне слово, что она поможет освободить моих родных? — сказала наконец она.

Илья выразительно посмотрел на Элитьен.

— Я попытаюсь, — серьезно сказала Высокая. — Если ты будешь откровенна.

Услышав эти слова, Илья ощутил гордость за Элитьен. Еще пару месяцев назад благородная бы никогда не снизошла до такого ответа «рабыне». Альваланка прямой ответ Элитьен тоже оценила. Собравшись с силами, она начала свой рассказ.

— Мое имя Киньень, я раб первой полезности гильдии Нитрр. Старший пилот экипажа корабля «Благородная Молния», то есть того, который я только что готовила к старту. Восстание застало меня в командировке на землях, которые сейчас контролирует Высокий Совет. Я пока опущу подробности?

— Да, говори самую суть, — согласился Илья.

— Во владениях Высокого Совета есть люди с Земли. Очень похожие на вас, они себя называют «американ»… нет, «америко»… не помню точно. Как они узнали про «Благородную Молнию» и как договаривались с Высокими, я не знаю, все это было тайно, и, похоже, они говорили не со всем Высоким Советом, а с отдельными Высокими родами. Высокие из рода госпожи главы совета Итлалль нашли меня и еще полтора десятка альвалан, которые раньше управляли космическими кораблями. Двадцать дней назад нас тайно перебросили вместе с несколькими землянами по морю сюда, в небольшой лесной поселок на землях Флосского союза гильдий. Он примерно в двух часах езды от того места, где мы встретились этой ночью. В поселке держат экипаж корабля и заложников из их семей. — Киньень помолчала немного, села поудобнее, упершись спиной в стенку ангара и выпрямив раненую ногу. Было видно, что ей очень больно. — Моя задача была проверить состояние звездолета, протестировать корабельные системы и подготовиться к старту. По словам землян в поселке, в самое ближайшее время по Конфедерации будет нанесен сокрушительный удар. Как только это произойдет, мобильная боевая группа с дружинницами Итлалль, экипажем корабля и людьми выдвинется к вашему космодрому. По их мнению, за десять-двенадцать часов, в суматохе боев, вы не успеете ничего предпринять. За это время они успеют проникнуть на космодром, взять штурмом ангар, загрузить в звездолет топливные стержни и кассеты для генератора Бейлиэнь и стартовать. Все для этого уже готово, стержни и оборудование вчера погрузили на грузовики. Земляне говорят, что земному роду США необходим целый альваланский звездолет, а с вами давно пора кончать. Вот и все, что я знаю. Теперь, Высокая, я прошу тебя сдержать твое слово.

Илья и Элитьен замолчали, обдумывая услышанное. Первым нарушил тишину Илья.

— Киньень, звездолет может стартовать после загрузки топлива?

— Да, землянин. «Благородная Молния» в хорошем состоянии.

— Высокая, я отбываю. Надо срочно поднимать батальон.

Обратную дорогу Илья проспал, свернувшись в неудобной позе на заднем сиденье грузовика. Сказывалась бессонная ночь и постстрессовое состояние после проведенной операции. Предстоящий вскоре бой после произошедших ночью и утром событий уже не пугал — дело почти привычное.

Проснулся офицер во второй половине дня, в расположении батальона. Кодовая шифрограмма «подняться в ружье» была передана сразу по завершению шпионской операции, так что офицера встречали. На бетонной площадке у гаража батальона уже перетаптывались пятеро: старший сержант Виоэн с тремя командующими ротами сержантами и встревоженный Липатов собственной персоной. В свое время было решено не учреждать пока во вновь создаваемом государстве громоздкую армейскую табель о рангах, так что выше по званию командующего батальоном Ильи, который носил звание лейтенанта, в его подразделении никого не было. Впрочем, на это никто не обижался — в армии Илинрит не было ни одного генерала, и всего лишь один официальный полковник — Ярцев. На подобное положение вещей руководство пошло сознательно. Ничто так не развращает маленькую армию, как обилие громких должностей и званий в ее руководстве при ситуации «на трех генералов сотня солдат».

Илья с Липатовым быстро пожали друг другу руки и, не теряя времени, подполковник с ходу сказал главную новость:

— Илья, несколько часов назад мы потеряли спутники. Оба сразу.

— Они что-то успели заметить?

— Нет. Проклятая облачность. Хорошо если пару раз в неделю поверхность можно рассмотреть как следует. По радиоперехвату ничего особенного не было.

— Уже неважно, Максим Петрович, — покачал головой Илья. — По моей информации, вторжение начнется завтра-послезавтра. Спутники убрали, чтобы они случайно не подсказали нам направление морского десанта и места главных ударов. Скорее всего, корабли с гвардейцами уже в море.

— Согласен. Я тут уже немного наслышан о твоих приключениях, — Липатов посмотрел офицеру прямо в лицо. — Думаешь, началось?

— Уверен. Раз уж оборудование и топливо для звездолета в грузовики погружено… Надо атаковать прямо сейчас. Еще есть шанс отбить звездолетчиков, — твердо сказал Илья. — Завтра будет поздно.

— Хорошо. Мы с Ярцевым начали поднимать армию. Тебе Элитьен придает два десятка Высоких дружинниц, они уже в машинах. Слушай приказ — вместе со своим батальоном ты наносишь удар через Аррский мост. Судя по карте, от него до поселка с звездолетчиками идет прямая дорога, за час успеете добраться, если повезет. Вряд ли американцы успеют сообразить, что к чему, так быстро и принять меры. Потом отходишь назад на холмы за рекой Аррой, мост минируешь или взрываешь, смотри по обстоятельствам. Дальше просто — ни шагу назад до следующего приказа. К Аррскому мосту все дороги сходятся, гвардейцам придется наносить удар именно там, если они не хотят толпами по лесам гулять, как партизаны. Эта позиция на юге ключевая. Я с остальными ребятами нашего взвода, первым полком и вторым моторизованным батальоном пока отхожу к побережью, со мной Высокая дружина Иноэрн. На первое время хватит. В Ультте Ярцев со своими волкодавами, дружина Иллор и два отдельных пехотных батальона ополченцев. Это резерв и заодно охрана ставки, их будем вводить в бой по обстоятельствам. Собственно, все.

— Прорвемся, Максим Петрович, — с уверенностью, которую он на самом деле не чувствовал, сказал Илья. — Одна просьба: в течение ближайших часов постарайтесь сильно не усиливать радиообмен. Боюсь, как бы американцы раньше времени по интенсивности радиопередач не догадались, что что-то случилось и операция провалена.