Михаил Кисличкин - Дипломат поневоле
Конечной точкой путешествия оказался центральный пост управления. Если, конечно, Илья правильно подобрал аналогию. Большое овальное помещение с высоким потолком, полдесятка кресел и множество приборов. Луч фонаря Высокой альваланки освещал какие-то рычажки, панели, кнопки, странные утопленные в стену коробочки, дисплеи. Все это покрыто тонким равномерным слоем пыли, мертвое, нигде ни огонечка.
Искомое нашлось быстро. Им оказался небольшой металлический куб с прорезями, соединяющийся двумя своими поверхностями со стеной и полом. Альваланка-техник подошла к нему и вставила в прорези, вынув из рюкзака, три длинных толстых штыря с затейливой резьбой. Как только последний из них занял свое место, послышалось негромкое жужжание, под потолком вспыхнул неяркий зеленоватый свет, а ближайший пульт расцвел россыпью красных огоньков.
Дальнейшее было Илье в целом понятно. Низкорослая альваланка, по всей видимости, работала над расконсервацией корабля. Она подключала какие-то устройства к пультам управления, снимала информацию, вводила коды, занималась диагностикой и прочей деятельностью в этом духе. Высокая альваланка была скорее охранником — никакой работы она не делала, лишь достала из своего рюкзака пистолет, судя по очень толстому стволу, серебристым теплоотводным поверхностям и прямоугольному коробчатому магазину, лазер, села в одно из кресел и внимательно наблюдала за Ильей и своей напарницей. Так прошел час, затем другой. Илья даже начал опасаться, что ситуация складывается не совсем так, как руководство Конфедерации представляло при планировании операции. А что если альваланка сейчас запустит двигатели и даст команду «на старт»? Что он будет делать? Но усилием воли офицер отогнал от себя эти мысли: Элитьен была твердо убеждена, что в одиночку альваланским звездолетом управлять нельзя. Да и пять кресел, стоявших перед пультами в посту управления, своим видом свидетельствовали об этом же.
Наконец все было закончено. Техник убрала свои приборы обратно в рюкзак и тихим голосом сказала Высокой:
— Госпожа, все готово.
— Уходим, — коротко отозвалась та. Повернулась к Илье: — За мной, раб.
«Опять рабы, — подумал Илья. — Ну да, эти Высокие из еще не битых. Ничего, это поправимо, дайте только до проходной добраться».
Но все началось гораздо раньше, когда Илья, альваланка-техник и замыкающая их группу Высокая спускались по лестнице из корабля. Высокая вдруг замерла на секунду, а затем, вскинув пистолет, послала два лазерных импульса в полутемный пустой угол ангара. Затем, не медля ни секунды, схватилась за невысокие перила и сиганула вниз с восьмиметровой высоты. Илья еще не успел удивиться, как в то место, где она только что стояла, ударила автоматная очередь. Пули со звоном рикошетили от металлических перил и ступенек. Оглянувшись, Илья увидел, что в том углу, где только что никого не было, лежала альваланка, прижимая руки к прожженному лазером животу.
Бой Высоких дружинниц в ограниченном помещении редко бывает долгим. Высокая прожила еще секунд пять. Приземлившись и мягко спружинив на полусогнутых ногах, она тут же ушла в новый прыжок, перекатилась, продолжая вести огонь. Но противостоящий ей противник не уступал в подготовке. Несколько пуль впились в ее тело, а мгновением позже ее нашел и лазерный импульс. Спустя пару секунд все было кончено.
Илья ошарашенно оглядывался, стоя на одном месте. Внизу уже было шесть Высоких дружинниц в боевых комбинезонах рода Иллор. Чуть ниже на лестнице сидела техник, недоуменно смотря на собственную кровь. Срикошетировавшая от лестницы пуля попала ей в ногу.
Одна из Высоких сняла шлем и задрала голову вверх. Офицер с удивлением узнал Элитьен.
— Илья, ты цел? — крикнула Высокая.
— Да, — чуть помедлив, отозвался лейтенант. — Элитьен, не стреляйте в женщину рядом со мной, — тут же добавил офицер. — Она ранена и без оружия. Помогите спуститься.
Пуля задела мякоть бедра альваланки и, не повредив кость и артерии, прошла навылет, оставив рваную поверхностную рану. Перевязали ее быстро, много крови женщина потерять не успела и была в полном сознании. Но на сразу последовавшем вслед за перевязкой допросе она молчала как партизан.
— Твое имя, гильдия, квалификация, на кого работаешь? — грозно кричала Элитьен. — Отвечай немедленно!
— Я не могу, госпожа, — смиренно лепетала техник. — Убейте меня, госпожа, прошу вас.
— Убью! Но сначала ты мне расскажешь все!
— Прошу меня простить, Высокая госпожа. Не скажу вам ничего, благородная госпожа, — как заведенная бормотала альваланка, стоя на перепачканных кровью коленях.
— Стоп, Элитьен, — вмешался пришедший в себя Илья. — Подожди пока, ты же видишь, она пока неадекватна. Что случилось? Мы же договаривались о засаде на обратном пути у проходной.
— Дружинница Итроен, — горько сказала глава рода Иллор. — Она так и не смогла хорошо освоить технику ниин. С вами была чужая Высокая, которая ее заметила, в дружинах всех родов этому учат в обязательном порядке. Плохо получилось.
— Понятно. Ладно. Разреши, я попробую допросить пленную.
— Попробуй. Только не тяни время.
— Как тебя зовут, — ровным, спокойным тоном спросил Илья женщину. — Скажи только имя.
Альваланка молчала, безучастно смотря в стену.
— Послушай меня, — продолжил офицер, — если я вступлюсь за тебя, твоя жизнь будет сохранена, даю слово. Никакой особой вины на тебе нет, так что бояться нечего. Ты сейчас находишься в конфедерации Илинрит, где у любого альваланина есть право на достойную жизнь. Почему ты не хочешь сотрудничать с нами?
— Если я буду сотрудничать с вами, то Высокие убьют моего мужа и двух сыновей. Я прошу вас, убейте лучше меня сейчас. И если можно, не мучайте перед смертью. Я не хотела вредить Конфедерации, но у меня не было выбора. Меня заставили, им очень нужен этот звездолет.
— Кому — им?
Альваланка продолжала молчать.
— Подумай сама над тем, что я сейчас тебе скажу, — продолжил чуть погодя Илья. — И войди в наше положение. Нам тоже нужен этот корабль. И еще нам крайне необходима информация, которую ты можешь дать, от этого зависят жизни тысяч чьих-то мужей и сыновей в Конфедерации. Я не хочу быть жестоким, но я тебе сейчас вынужден сказать одну неприятную вещь. Если ты не станешь с нами сотрудничать, мы можем объявить по радио, что ты перешла на сторону Конфедерации. Что тогда станет с твоими близкими? А вот если ты выложишь все, то никто ничего не узнает. Более того, Конфедерация сильна. Мы можем попробовать отбить заложников. Что-то мне говорит, что их держат не так уж далеко, — вкрадчиво сказал Илья.