Иван Граборов - Гончая свора
- Достойные познания. - в удивлении кивнул он. - Это тебе рассказывал отец? Или из Кайгарла родом твоя мать?
Её взгляд начинает бегать средь разложенных всюду лоскутов и листьев, изготовленных к процедурам, но в конце концов она перебарывает себя и смотрит прямо ему в глаза. Лату вопрошающего взгляда не отводит.
- Откуда тебе известно об этом? Ты догадался из-за того, что я сказала?
- Нет, нет. - мягко хохочет он, не желая обидеть. - Пятна на твоих висках, они не такие светлые как у меня или других кайгарльцев, но в темноте всё же слегка видны. - он мягко касается её бархатной кожи. Она не отстраняет его руку и не отклоняется. - Так и кто же? Отец или мать?
- Отец. - сознаётся Орно.
- Отец... - вздыхает Лату и, убирая руку, и отворачивается в сторону захлопнутого окна.
- А твой? Твоё поселение... - Орно обрывает фразу, припоминая, что он был схвачен в нём. - Никто не пришёл на выручку из соседних?
- Пожалуйста, не надо о прошедшем.
Они одновременно смолкают под аккомпанемент мошкары, с трением и упоением терзающей вялый куст, вьющийся по тыльной стене комнаты трав.
Наконец! Я хватаю нужную склянку и вбегаю к ним, топоча по скрипящей лестнице.
- Молодчина, Нук. - ласково теребит она мою косичку. - Теперь иди, поиграй в полях, а то ещё Хатис заглянет. - кисть, такая же шелковистая как и её голос, осторожно подцепляет край листа повязки, приложенного к ране.
Она хочет чтобы я сходила к Адайн и посмотрела как там дела у пришедших - наш с ней условный знак.
- Кто такой Хатис? - недоумённо смотрит то на меня, то на неё Лату, прикусывая нижнюю губу от неприятных ощущений, когда лист наполовину сходит с пореза.
- Один старик с той стороны реки, - не моргнув глазом врёт Орно. - приходит и постоянно просит у меня припарок из пошчака. Из пошчака, представь! - смеется. - Что ни говори, но не желает уходить пока сам не убедиться в их отсутствии. Ну какие припарки и из пошчака? Назойливый, жуть!
Ухажёр между тем уже давно не приходил, а несколько Эшту назад вовсе пропал из виду. Еннт и Теен оказались ребятами не плохими, они много рассказали. Мол Хатис совсем стал плох, отчаялся и ходил к Мектаму, но тот его не принял. Сказал, что подслеповатых не берут на охоту, да и что с луком тот не управится - хилый. И ведь правда хилый. Дуралей-Хатис, бедняга.
- Лату... - отвлекаюсь я от мыслей.
- Да, Нукум? - знает, что Нук меня называть могут лишь близкие.
- Можно я как-нибудь, скажем перед самим праздником Эшту, схожу с тобой на прогулку в костровую рощу Ша`А? Одну меня туда не отпускают, а тебе так или иначе стоит расхаживать ноги.
- Не знаю... - заминается он, будто пугаясь. - Я обычно делаю круг по Фракхе, да и Нущ подкармливает меня вкуснейшей стряпнёй...
- Забирай, но только если не будешь одёргивать его и подгонять от скуки. - игриво хмурится Орно, почти отлепив припарку.
- Правда, не думаю, что это хорошая идея. - сопит Лату от неприятных ощущений. - Девочке незачем смотреть на то, как я еле плетусь, огибая каждый корень и даже небольшие камушки.
- А я не девчонка совсем. - заявляю я. - Я сильная. Сильней других.
- Что правда то правда. - смотрит он на меня и говорит без всякой взрослой надменности. - Ты сильная.
Мне нравиться его тембр, цвет его волос и то как он ест, нравится как он морщится, когда ему снимают очередную припарку. Орно всё это нравится тоже, но как то по своему. Мне жалко его и с тем самой грустно из-за того, что случилось. Хочется побыть с ним рядом.
- Нукум, давай, погуляй. Вечером сделаю зажарку.
- Ты постоянно делаешь одни зажарки!
- На сей раз из морского длоота. Берегла пару склянок по случаю скорого Эшту.
- Так ты пойдёшь гулять? - опять обращаюсь к Лату.
- Ладно, только не долго и не далеко...
- Здорово! - кричу в радости, перебивая, я и сбегаю с лестницы, задержавшись у дверей. - А, и Орно...
- Да? - отворачивается она от синеющей раны.
- Не забудь, что обещала. - процессия скоро, она помнит.
- Ты тоже. Правда не стоит страха, но не ищи её больше чем сможешь вынести. - напоминает, выжидающе супя брови над отвратительной раной.
- Я осторожна как шалтийский чармалл.
- Адайн бы не одобрила такое сравнение...
Смеюсь в ответ и убегаю.
Сегодня тепло и сухо, как обычно и бывает после долгих дождей, предшествующих скорому Эшту. Листья опять наполнены светом, значит нужно ждать хороший урожай сладкого йата. Варёная подкорка длоота с йатом, ммм...
Я отвлекаюсь от будоражащих аппетит мыслей и смотрю на посаженный мною росток полуденного древа, что на удивление рано начал проходить жилками скромных завитков, распирая хлипкую оградку. Но и смотря на него, думаю не о раскидистых и мощных ветвях, что когда-то украсят эту желтеющую поляну у озёрного берега.
Чужаки странные, но дружелюбные. Они забавные, особенно тот, с гривой, но часто молчат в моём присутствии. В присутствии всех других из общины тоже молчат. Нууу, кроме Адайн, да Орно. Странно, но я уверена, что они не желают зла. Вижу как смотрят, как говорят и их сдавленное усталостью почтение. Всё вижу. Эхх, могли бы они задержаться...
В зарослях проскакивает сетчатый оккнум. Нукум конечно замечает и его.
Окки нашли и приручили кажется пару Эшту тому назад. С тех пор Окки вырос, возмужал, но, как и любой порядочный оккнум, полностью ручным так и не стал. Мне он нравится. Он настоящий.
- Ну и ну. - протягиваю я, опускаясь на землю у кромки водопада и жадно оглядывая бурлящую Фракху. - Сколько же времени прошло?
***
Тридцать пять стандартчасов. Из-за череды событий, они минуют их будто бы в один миг, оставляя после себя специфическое послевкусие кучи начатых, но так и незавершённых дел. Радовало, что хоть первичный шок вольных из Фракхи поутих, после нескольких ни к чему не обязывающих разговоров. В ноги никто конечно не кинулся, помышляя о божественном провидении, но и головы рубить тоже не стали. Это дало путникам возможность беспрепятственно оглядеться в округе, пока Адайн общалась с взволнованными старейшинами.
Знакомый по лабораториям пришелец, к собственному удивлению Флойда, присутствием скорее радовал, чем пугал. Он знал, что произошло, да и сам был многому причиной. Он же в реальности был и единственным кто может ему помочь. Всем им.
Флойд, свыкаясь с новой реальностью своей жизни, первое время не отступал от Валлура с расспросами, отчасти движимый простым интересом, отчасти пытаясь лучше в нём разобраться - он не забыл, что хоть и от его рук получил свободу, но и им же был однажды использован для достижения цели.