Иван Граборов - Гончая свора

     - Во имя умерших мужей? - как на богиню смотрит на меня, не в силах шевельнуться. - Во имя сгинувших в бою? - он знает. Не отбираю я - даю. - Во славу сыновей погибших?

     Загадочно шепчу над самым ухом Жара:

     - В твою...

     Он изумлён и поражён, да так, что сердце замирает. Как многого ещё не знает...

     - Слушай! - справляю резко одеяния, что вьются вкруг меня, и отступаю к трону. - От пения сего поведаю ответ. Ответ на заданный вопрос.

     - Завет нам дашь? - догадлив Жар.

     - Не всем. Тебе. - растерян лик его. Не понимает почему, с чего к нему мне обращаться, зачем то знанье одному? - В тебе Его течёт река. - держу ответ. - Святая кровь, не требующая исповеданья.

     - Не верю... - теряет речи дар.

     - Не веришь мне?! - с подобием вызова бросаю, витая дымкой страшной в зале.

     - Но ведь не мне честь отдают преданья!

     - Но истина. - я плавно двигаюсь к нему по тени. - В отличие от голословных толмачей она не требует истолкованья. Твоя сестра, зачем амбициозным господам она иначе? Подумай. - мотает головой. Так много смыслов... Он смущён. Противоречья мыслей Жара понимаю, а потому детали сразу раскрываю, не тая. - В её устах, как и в твоих, живёт завет.

     Сутулится он, подавляя шум от толп, несущих пламя, и пробуя сложить явленья:

     - Они желают так, через меня, последним сном сестре грозя, на откровения твои влиять?

     - Прекрасно понимают подлые, что крови этой не смею я в ответах отказать. Не смею врать. Используют тебя, мой Жар, чтобы конец истории узнать. Они боятся ошибаться.

     - Мои раздумья, отправленные вдаль, ко мне никак не возвратятся... - молчу и тут в его лице встречаю просветленье. - Они не знают, верно? Не знают, жив пророк иль мертв, и потому такое копошенье. У них надежда на спасенье и прежней власти возвращенье! За этим мы нужны. В том смысл приводить меня сюда!

     - Ты понял верно. - слова в дороге застывают, как потолочная слюда.

     - Нугхири предок мой... О боги, поверить в это сложно... Но почему тогда песнь о других? Происходящее так мерно. Так много странных, чуждых взору лиц...

     - В неясный для меня момент, пути существ, о коих говорит она, переплелись в единый завиток. - веду рукой меж клиссовых спиралей. - В конце концов, что происходит на земле - то отражение игрищ звёзд. - к скопленьям молодым, готовым выйти на войну, мой лик направлен. - Крепись. С былым невежеством простись и наберись терпенья.

     - Одно скажи: как я здесь помогу и отчего, как ты сказала, овеян буду славой? Как разум, что сулит погибель нам, остатку жалкому былого, поможет отыскать в истории пророка и отца?

     - Не торопись. - теряю в сне я залу и юнца. - Поспешность - мудрость гордеца...

     Глава 10

     '...И предстал пред ними стальной остров, давным-давно потерявшийся среди звёзд и не помнящий обратной дороги. И было там два правителя. Один был красив и приветлив всегда да скор на потакание чаяньям народа и оттого им любим. Другой же, будучи отчасти скрягой, любви не сыскал, но, в тени первого пребывая, всё рассудительно делал для этого острова стали и тот процветал. И спросил тогда идущих мудрый Нугхири, да на посох свой опираясь:

     - Кто из вас скажет, в этом месте, что есть для нас власть?

     И долго давали ему ответы и не были они верны. И просили его открыться. И сказал им мудрый Нугхири:

     - Вкусивши её, недостойный теряет контроль над собою и благ лишь одних ожидает. Чем меньше свершается дел неотложных, тем больше заметен на публике будет подобный правитель. И если не будет кого за спиною его, что подлинно печься изволит о нынешней жизни, то рухнет такое правленье. Власть сознающий свою и разумом крепкий, не станет словами бросаться, но будет работать усердно, дабы иному собрату в сей власти до блага добраться. И доверием полниться будет народ и наступит единение. И не зря таковой проживёт отмеренный век и потому будет праведен. И так достигнем мы истины.

     Так сказал им мудрый Нугхири и рассказал народу о том, кому обязан он благом. И поняли те существа того, что был в тени, и окружили его доверьем. И ушли за Нугхири идущие подле и многие от народа того рядом. И продолжил свой путь стальной остров...'.

     Зумтиад от Кохта - 'Нугхири: Из наставлений. Столп шестой'.

     - Страшная тьма... - говорю я, раздвигая предметы на полке.

     - Нук, ты нашла? - спрашивает Орно.

     - Здесь куча всяких склянок. Не видно ничего из-за закрытых окон.

     - Не открывай их! Этим растениям вреден свет.

     - И как только ты понимаешь, где что лежит?

     - Ищи среди тех, что с суженными горлышками.

     Слышится топот. Валящиеся на пол склянки узнаваемо звенят. Орно закатывает глаза и качает головой.

     - Потерпи ещё немного, - отвлёкшись, вновь склоняется она над его ранами. - я не часто прошу её о такой помощи.

     - Не страшно, мои ноги уже почти в порядке. Скоро начну бегать. - произносит Лату кисло улыбаясь, а после чуть не падает.

     Травница заходится вместе с ним весёлым смехом, не выпуская припарку из руки. Хитрюга-Нукум подглядывает в щель между досок.

     Давно Орно не смеялась. Очень давно. Последний раз... Да, кажется они играли с ней на полях и подошёл дуралей Хатис, чтобы как всегда просить её сходить с ним на празднование восшествия нового Гаату, мол там будет и Адайн и прочие её знакомые. Обычный предлог. А она его так ласково-игриво называет - Хат. Прямо как меня, всё с той же таинственной лёгкостью. Говорит, что не может, что занята и у неё полно дел. Обычный сценарий. Еннт и Теен, мальчишки часто играющие у дальней излучины реки, прикрывают рты руками, ведь вся Фракха уже в курсе относительно его похождений к травнице с верхних полей, знаменитой своей необычайной красотой. Он слушает её, улыбка сползает с больших губ, взгляд как и обычно припадает к земле, ища укрытия от следующих за этим слов утешения, фальшивых как и сама снисходительность Орно. В конце он поворачивается и уходит. Запинается о какую-то корягу и с улыбкой в последний раз оборачивается к нам. А мы уже не можем сдержаться и так хохочем что Еннт и Теен тоже уже не закрывают ртов. Им сполна влетит от Хатиса, если попадутся.

     - Спасибо что вытащила меня тогда. - смех смывает нахлынувшими волнами воспоминаний.

     - Разве можно было поступить по иному? - смолкает и она, поднимая голову.

     - Можно. - предаётся Лату воспоминаниям. - К сожалению можно.

     - В Кайгарле по старому? - шелковистый голос очаровывает своей потаённой загадкой. - Доки полнятся изумительными лодками, те привозят больше и больше поктишга на своих бортах, могучие стены стоят как стояли, девушки моются только в тёплых водах, а кузнецы бранятся с ловчими на потеху горожанам у садов аловтве?