Илья Стальнов - Последний госпитальер

Побродить в «Кубе Пикассо», пройтись через бульвары Победы (победы над чем и кем – никто из жителей Нью-Тауна не знал, да и вообще возникал вопрос, были ли эти легендарные победы).

Все, время вышло. «Тусовочный» парк. Рядом возвышалась на двести метров Большая Арена. Вечером туда стекутся толпы народа, наверное, каждый десятый в Нью-Тауне. И еще несколько человек опять не выйдут из «психопогружения». А кого-то размажет по резинобетону обезумевшая человеческая масса.

В самом большом развлекательном комплексе Нью-Тауна как всегда толпился народ. Филатов прошел через группу «голонудистов». Новое движение – пошли куда дальше своих предшественников и считали, что тело обнажить недостаточно. Так что голографические броши-проекторы очерчивали на их телах во всей красе внутренние органы. Коричневое сердце гоняло по телу потоки красной и коричневой крови, чернела печень, что-то пульсировало, разливалось по телу. В первый раз при их виде Филатов ощутил тошноту. Но попривык.

Индикатор слежки показывал все ту же цифру. Порядок. Филатов увидел резидента. Опознавательные детали, обмен паролями. Через несколько минут они уже затерялись в одной из топографических ниш парка, где никого не было.

– Как в Московии? – с тоской спросил резидент.

– Благолепие. Нормальные люди. Колокольный звон

– Ох, – вздохнул резидент. – Пять лет безвылазно в этом аду.

– Сочувствую, – искренне произнес Филатов.

– Объект мы вам подыскали. Капитан-лейтенант космофлота Эрик Бронштейн, сорок пять лет.

Является главным инженером звездолета-техноконструктора «Нэнси». Холостяк. Вредные привычки – тяга к «порноиллюзаторам». Очередной полет звездолета «Нэнси» на планету-лабораторию состоится 13 октября сего года. Посадка на космобот в 6-00 галактического времени у третьего уровня космопорта.

– То есть завтра, – кивнул Филатов.

– Да. Четыре месяца работы. Я исследовал его биографию и привычки так, будто эта похотливая скотина представляет интерес для истории.

– Не представляет?

– Никакого. Но для нас представляет. Резидент передал информпакет.

– Здесь все, что вы должны знать об этом типе. Здесь же необходимая информация для «Мельпомены». Динамика движений, голос – все. Сослуживцы будут уверены, что передними именно старина Эрик.

– А что будет с самим капитаном?

– Вы же знаете, мы принципиально против излишнего насилия. До окончания операции поживет в укромном месте. А потом поставим его перед фактом, что карьера кончена, и переправим на какую-нибудь планету подальше, дав энную сумму и новую личность.

– Понятно.

Филатов взял пластинку информпакета и задумчиво посмотрел на нее.

Придя в номер, он вставил пластинку в контактный шлем и углубился в перипетии судьбы капитан-лейтенанта Эрика Бронштейна. Знакомые. Имена. Привычки…

– Леопард в клетке. Это я, – заявил Черный шаман.

– В золотой клетке, – возразил Динозавр.

Он не видел Черного шамана больше года. В нынешней миссии колдун был основным звеном. Динозавру предстояло свести воедино две программы – лаборатории психотроники, занимавшейся исследованиями Шамана и его выкормышей, и лаборатории профессора Честертона.

– Золото – металл. Золота много в мире. Силы в мире мало. Я сильный. Змею в клетке не удержишь.

– Ты змея?

– Змея. Змеи сильные. Змеи похожи на меня, – гордо выпрямился Черный шаман, расправил спину. Обитый черной кожей жир заходил, затрясся.

Шаман возвышался на своем костяном троне, который по его требованию прихватили с Ботсваны. Перед ним стояла чаша. В последнее время она наполнялась редко. Запас «кроликов» (невольников, чья психика была уничтожена «черными учеными»), проданных Аризоне харлейцами перед их разгромом, иссякал. Скоро он иссякнет совсем, и надо будет что решать, со вздохом подумал Динозавр. Впрочем, сейчас у Шамана есть подпитка не хуже человеческой крови.

– Ну, чем порадуешь, колдун?

– Я держу их вот здесь, – он сжал кулачки. – Вот так, – он сделал движение, будто откручивал курице голову. – Вот так! – взмахнул он резко кулаком.

– Ты горазд махать руками. Но где дело?

– Будет дело, инопланетник. Будет. У них – сила, у нас воля. У твоих хозяев – власть. У тебя – везение. Нас ничего не остановит. Имей терпение.

– Мне его не занимать.

– Мои слуги пошлют смерть куда угодно. Моя воля, их мощь. Мы будем владеть мирами. Я – черными. Вы встанете над белыми.

«Как же», – подумал Динозавр, но не стал произносить этого в слух, только кивнул.

– Ты уверен, что мы в ближайшее время достигнем уровня боевого применения?

– Уверен ли я? А ты уверен, что солнце встает по утрам? Я знаю это.

– Надеюсь.

– Я вижу, твой разум смущен. Ты не уверен в правильности выбранного пути.

– Нет пока пути. Есть лишь идея.

– Твою душу кинжалом терзает неуверенность. Ты не хочешь убивать. Но какая разница – отнять одну жизнь или миллион?

– Есть разница.

– Нет разницы, инопланетник. Слабость – в нерешительности. Враг мертв– хорошо. Друг жив, пока ты не захочешь его сделать врагом, и тогда он тоже мертв. Миллион врагов – все мертвы. Будешь делать так, будешь властвовать. Твои хозяева слабы. Они хотят иметь живых врагов. Они глупы.

– Может, ты и прав.

– Ты колеблешься. Ты тоже глуп.

– Попридержи язык.

– Хорошо. Ты – друг.

– Пока друг?

– Да, пока.

– Ох, колдун, – покачал головой Динозавр и повернулся к нему спиной

На выходе из «Редута» – помещения «нулевого» защиткласса, снабженного всеми защитполями, в котором держали Шамана, он почувствовал боль в висках и резко обернулся. Рука его нашарила ЭМ-пистолет.

– Ты, жирная скотина, я тебя предупреждал, – он направил ствол в сторону Черного шамана.

– Не буду, не буду, не буду, – забормотал Шаман. – Хотел знать, чувствуешь ли ты еще силу.

– Чувствую. И пристрелю тебя, как только ты снова попытаешься использовать свои колдовские фокусы. Я тебя об этом предупреждал еще на корабле.

– Я знаю. Ты силен. Ты – друг.

– Таких друзей…

Динозавр вышел.

А Черный шаман рассмеялся. Динозавр считает себя в безопасности. Он и не ощущает, как пальцы Черного шамана все глубже залазят в него. Черный шаман знает, что делает. Черному шаману мало жизней. Он хочет еще и еще насладиться теплом, которое исходит от уходящих в иные миры душ. И он ведает, как это сделать.

Белые глупцы думают, что используют его. Нет, он использует их. Пока что они – его друзья, но вскоре ему не нужны будут эти друзья. И тогда они станут врагами. А значит, станут мертвыми.

– Ситуация «Волна», – заявил компьютер.