Илья Стальнов - Последний госпитальер

– Ну как?

– Ничего. Пластогрим и имитаторы класса «Муза».

– Точно?

– Не знаю, – пожал плечами Филатов.

Нет, на пластогрим непохоже. При рукопожатии он мог различить человека, обработанного пластогримом. Электрическое покалывание исходило от человека, обработанного ими. Да еще движения… Имитаторы и пластогрим не могут заставить двигаться так объект, под которого человек гримируется.

– И ничего не смущает? – не отставал генерал.

– Динамика движений. Отсутствие побочных явлений.

– Ах, побочных явлений, – произнес Шутихин, на этот раз голосом Филатова. – Ну это как раз был самый элементарный пункт программы. Голос меняется просто.

– Если честно, то встретив вас сейчас на улице, я бы подумал – куда это Серега Филатов намылился?

– Точно, Сергей. Отличить очень трудно… Комп, набор восемь, – приказал генерал.

Из «моря» вылетел столик, на котором было две рюмки коньяку, дольки лимона и две чашки кофе.

– Прошу.

– Спасибо. Так в чем суть представления, Алексей Матвеевич?

– Суть в гонке технологий. С каждым годом она заходит все дальше и дальше. Закон известен – появление новых средств агрессии вызывает новые средства защиты. Бесконечная погоня.

– Это мне известно.

– А известно тебе, что после твоего побега с Аризоны изменена система контроля в космопортах и всех контрольных участках? Они быстро учатся. Они научились расшифровывать наличие имитаторов и «Музы». Вводится ДНК-контроль. То есть теперь бы ты так просто не ушел с планеты.

– Ас это штуковиной?

– С этой штуковиной… – Филатов-два исчез, и на его месте появился генерал Шутихин. – С такой штуковиной новые аризонские полицейидентификаторы не страшны. Это сложнейший биопластический, голографический и компьютерный комплект.

– Звучит обнадеживающе.

– А как звучит его цена? Он стоит чуть меньше дальнего штурмовика.

Филатов поморщился. Слова генерала подействовали на него.

– Экспериментальный комплект. Надо бы испытать.

– Что вы имеете в виду.

– Обкатать в полевых условиях… В начале двадцатого века еще на старой Земле появилась нашумевшая книга – «Фантомас». Там суперпреступник водил всех за нос, изобретя маски, позволявшие выдавать себя за других людей. Не хочешь поработать фантомасом?

– Возвращение на нелегалку?

– Да…

– Так. И что нужно? Опять Аризона?

– И она тоже. Но главная цель – Ниагара.

– Планета аризонских паучников. Два института. Профиль– биоисследования, киборги, воздействие на массовое сознание, биологическое и бактериологическое оружие, – как на экзамене отбубнил Филатов.

– Точно. Агентурное прикрытие Ниагары у нас дрянное. Кое-что удается узнать, но в последнее время приобретать агентуру там становится все сложнее. Особенно по тому направлению, которое нас интересует больше всего. Информации – капля.

– А нужно – ниагарский водопад?

– Точно. Задача по-своему уникальна. Проникнуть в военно-научный центр под видом кого-то из персонала и произвести выемку из их компьютерных банков особо секретных данных о ведущихся исследованиях. Особо нас интересует деятельность некоего профессора Честертона. Есть подозрения, что возглавляемый им отдел занимается разработкой новых видов бактериологического оружия. Впрочем, нас интересует любая информация о работах этого центра.

– И это сделаю я?

– Возвращаешься на Аризону, выходишь на связь с нашим осведомителем, работающим в Военно-космических силах. И действуешь исходя из обстановки.

– А что, рискнем.

– Тогда завтра – на Енисейскую базу. Две недели на инструктаж и легенду. И в путь, гроза пиратов.

– Отпуск закончен, – усмехнулся Филатов.

«Раковина» из Города-следа – единственная вещь, напоминавшая Сомову об удивительных и увлекательных приключениях на Ботсване. Что-то особенное было в ней. Она притягивала к себе, завораживала. Вот и сейчас, взяв ее в руки, он ощутил некую пульсацию. И тут ему вспомнился Хаабад, Камень силы – ключ от Города-следа, переданный ему Главным жрецом «Храма Ожидания», шаманом. Он ведь тоже так же пульсировал в его руках. В этом определенно стоило разобраться более основательно, и госпитальер положил «раковину» в свой багаж…

И вот – космический госпиталь. Уникальный проект. Попытка человеческой цивилизации нащупать свое новое место в космосе. В отличие от Аризоны духовная жизнь Московии всегда строилась на устремлении вперед, попытке взглянуть на перспективы, стремление к гармонизации окружающего мира в будущем даже путем больших издержек в настоящем, что порой доводило Россию до больших бед, но вместе с тем заключало некую божественную искру, озарявшую русскую цивилизацию.

Ознакомление с недавно введенным в эксплуатацию межпланетным госпиталем продолжалось у нового главного госпитальера почти целый месяц. И это неудивительно, если брать в расчет, что госпитальное хозяйство включало в себя около двадцати пяти различных служб, носивших только чисто медицинский характер, и это не считая других, которые занимались быть обеспечением и поддержанием в нормальном состоянии уникальной техники. Правда, большую часть нагрузки опять же во всех сферах жизни и деятельности госпиталя взяли на себя универсальные медицинские автоматы. Часть из них была типа «Андроид» – они делились на тех, у кого на комбинезонах значилась красная литера "М", что означало «медиколог», и черная литера "Р", что расшифровывалось, как «ремонтник». Во всяком случае, людей из обслуживающего персонала здесь не требовалось. Госпиталь был совершенно уникальным автоматизированным комплексом, который мог обслуживать один врач. А как раз это полностью устраивало Сомова, привыкшего работать в госпиталях-автоматах. Одиночество и было то, что так нужно ему, дабы разобраться в своих проблемах и прийти в себя.

Как врач-практик он томился без живой работы непосредственно с пациентами. Однако и эта работа вскоре появилась – к шлюзу-переходнику космогоспиталя, зависшего на расстоянии нескольких светолет от ближайшего светила, прибыл первый санитарный транспорт с пятнадцатью пациентами, собранными с семи ближайших к станции миров.

Сомов привык фиксировать медицинские данные во время осмотра больных, сбора анамнеза, при проведении тех или иных медицинских манипуляций в памяти компьютера, который позволял воспроизвести любую информацию, как только в ней появлялась необходимость. И это помогало госпитальеру, продумать и оценить свои действия у постели каждого больного.

Поскольку в суете приема первых больных из-за оказания им срочной специализированный медицинской помощи Сомов не смог выкроить достаточно свободного времени, чтобы не торопясь прослушать видео– и аудиозаписи, сделанные компьютером, он решил сделать это при первом удобном случае. И такая возможность представилась в конце третьих суток после прибытия первого санитарного транспорта.