Лариса Куролесова - Человек без надежды (СИ)
— Вроде бы неплохо, — Силь неуверенно пожала плечами. — Я просто не понимаю, что происходит… У меня уже начинает появляться чувство, что я каким‑то невероятным образом притягиваю к себе неприятности. Может, мне пора закрыться где‑нибудь подальше от людей и вести затворнический образ жизни, чтобы никого больше не затронуть даже случайно?..
— Ну вот уж глупости! — фыркнула Дороти. — Просто несчастливое стечение обстоятельств, что этот доктор оказался лечащим врачом Беверли Кларк. Вероятно, господин Эсстен действительно создал себе хорошую репутацию, раз он настолько востребован. Такое могло случиться с кем угодно.
— Но случилось со мной, — апатично заметила Сильвер. — Вот Ульяну, например, направили к другому психологу.
— А она проживает на твоем же уровне и где‑то поблизости? — осведомилась Дороти.
— Нет, довольно далеко, — признала девушка.
— И чему ты тогда удивляешься? — Монтего покачала головой. — Для вас обеих выбрали наиболее удобные адреса. Брось эти глупости про якобы "притяжение неприятностей"! Лучше расскажи, что произошло… Хотя нет, стоит дождаться Микаэлы, чтобы тебе два раза не повторять. Может, ты пока сообщишь своему лечащему врачу, что в силу обстоятельств тебе необходим другой психолог?
— Пожалуй, чуть попозже, — Сильвер, забывшись, снова почесала забинтованную руку и скривилась от неприятного ощущения. — Пока у меня в голове все мысли разбегаются. Я и с тобой связалась каким‑то чудом!
Дороти Монтего вздохнула и, сложив руки на груди, принялась наблюдать, как Микаэла быстро допрашивает ассистентку доктора. Нельзя было не признать, что Войцеховская — прекрасный профессионал: ей удалось не только успокоить трясущуюся девушку, но и в кратчайшие сроки заставить ее собраться и отвечать на нужные вопросы. Та уже, видимо, поделилась сведениями о том, что с доктором Эсстеном ситуация "растворился в воздухе" происходит впервые, а теперь напряженно размышляла вслух на тему, где бы он мог находиться.
— Профессор разведен и живет один… — тоненьким голоском вещала девушка, ободренная улыбкой Микаэлы. — Отсюда он обычно уезжает прямо домой. Но сейчас я не уверена, что он уехал, — его "сильвер" припаркован у служебного входа, как обычно.
— Какие выходы, кроме парадных, имеются в клинике? — доброжелательно уточнила Войцеховская.
— Только из приватной зоны — мы называем это служебным входом, — с готовностью ответила ее собеседница.
— Очень хорошо, госпожа Траннер, — личный коммуникатор лидера службы безопасности подмигивал зеленым огоньком — на него шла запись. — Кто еще, кроме доктора, имеет привычку пользоваться служебным входом?
— Обычно через него приходит только доктор Эсстен, но иногда он принимал в приватной зоне и некоторых клиентов, которые тоже не хотели идти через парадный вход, — призналась девушка. — Разумеется, только по предварительной договоренности и с соблюдением всех правил!
— Госпожа Траннер, я далека от идеи обвинить доктора в уклонении от уплаты налогов или еще чем‑то противозаконном, — понизив голос, поделилась Микаэла. — Просто обстоятельства таковы, что мне нужно было сегодня пообщаться с господином Эсстеном по поводу одной из его пациенток, а он так несвоевременно исчез.
— Я… я понятия не имею, что случилось! — глаза ассистентки наполнились слезами. — Он должен был вести прием до самого вечера, на сегодня даже обед заказан прямо в приватную зону! Я работаю у доктора Эсстена больше трех лет, и он еще ни разу так не исчезал!
— Вы пробовали связаться с ним по коммуникатору? — поинтересовалась Войцеховская.
— Он заблокирован, — всхлипнула девушка. — Доктор Эсстен никогда — никогда его не блокировал — он пациентам говорил, что ему можно звонить в любое время дня и ночи!
— С вашего позволения мы… с коллегой, — Микаэла сделала широкий жест в сторону кресел, где устроились Дороти и Сильвер, — осмотрим кабинет доктора и приватную зону.
— Вы найдете профессора Эсстена? — заморгала ассистентка.
— Служба безопасности уже работает над этим — он объявлен в розыск, — обнадеживающе произнесла Войцеховская. — Откройте, пожалуйста, двери и позаботьтесь о том, чтобы нас не беспокоил никто, кроме сотрудников службы безопасности.
Девушка беспрекословно подчинилась, и Микаэла, приглашающе махнув рукой Дороти, направилась к кабинету.
— Пойдем, — вдова Дэнни подхватила Сильвер под руку.
Когда за ними с мягким щелчком закрылась дверь кабинета профессора психологии Рудольфа Эсстена, Дороти и Микаэла тут же повернулись к девушке.
— Сначала я хотела бы узнать, что случилось, — произнесла Войцеховская. — Госпожа Фокс, сегодня ваш первый визит в клинику?
— Меня лучше по имени, если вы не против, — Сильвер устало опустилась на мягкий диванчик. — Впервые я была здесь позавчера, а сегодня уже третий мой визит. Доктор назначил на утро, потому что у него весь день расписан, и иначе нам пришлось бы отложить сеанс.
Она осмотрелась, стараясь приглядываться ко всем деталям обстановки, которую толком разглядела лишь вчера — накануне, в день сразу после взрыва, ей было не до того. Обе слушательницы ее не торопили. Еще накануне сама атмосфера в кабинете доктора Эсстена произвела на Сильвер большое впечатление. Здесь буквально все дышало спокойствием и умиротворением, в углу была зажжена аромалампа, распространявшая по комнате приятный лавандовый запах. Несколько ниш, утопленных в массивных колоннах по углам, представляли собой мини — охладители, в них стояли стаканы с готовыми соками и холодным чаем, на подносе, угнездившемся на низком чайном столике, в вазочке красовались конфеты и печенье. В высоту и ширину дальней стены, лишенной окна, стоял шикарный аквариум, в котором плавали целые стайки небольших рыбок.
На стенах, оформленных в светло — коричневых тонах, мерцали голограммы дипломов и фотографий. Похоже, доктор Эсстен очень гордился знакомством со многими известными людьми. Рядом с ним на разных изображениях стояли мэр Города Два, несколько известных ученых, какой‑то мужчина в костюме космопилота, миловидная женщина, в которой Сильвер с некоторым трудом узнала супругу командора Кройчета… Портретная "галерея" произвела впечатление даже на Микаэлу Войцеховскую — осматриваясь, она задержала взгляд на нескольких голограммах и, кажется, даже хмыкнула.
Живое воображение позволило девушке с легкостью вернуться на несколько часов назад, когда она в третий раз перешагнула порог этого кабинета, явившись на прием к доктору Эсстену…