Елена Силкина - Песня о неземной любви

— Сдался бы ты властям, положена же амнистия тем, кто добровольно… — начала она в который раз.

— Аннигиляция или минимум стирание памяти мне положены… А если даже и не так, то всё равно везде достанут бывшие соратнички…

Внезапно включился инфор на шее у девушки и загремел на всю рубку голосом Ирруора.

— Ира, ты где?

— Да я тут соотечественника встретила, немножко разговариваем, немножко пьём водку, ничего криминального не делаем, всё в порядке, тут абсолютно безопасно, скоро буду. Я недалеко, за попугайской «тарелкой» и скалой.

Резкий вздох был ей ответом, потом через краткую паузу:

— Хорошо.

Инфор отключился.

— Это твой маур, что ли? — с любопытством спросил Ап. — Ни хрена себе, ради тебя по-русски шпарит!

— Ага, он самый. Пять минут отсутствую, уже обеспокоился, — буркнула Ира.

— Так беги к нему, завтра ещё заскочишь в гости, если захочешь.

В этот момент распахнулась дверь, и в рубку ввалился давешний качок в чёрной коже.

— Ты что это, сволочь, тут устроил? Внимание привлечь хотел? Сдаться властям и всех заложить? — заорал он, подскакивая к Апу и хватая его за грудки.

— Я всего лишь дурачился, плясал вместе с кораблём, Бей, я же говорил, что в бар хочу, на танцульки и набухаться, тоскливо мне тут в одиночку…

— Я тебе сейчас устрою танцульки…

Бей рванул на нём фиолетовые штаны и тут заметил Иру.

— А это кто у нас тут такой интересный?

— Это моя соотечественница, Бей, и ты её не тронешь.

— Не тебе решать, кого мне трогать. Ну-ка, ну-ка…

Бей выпустил Апа и направился к Ире, осклабившись.

— Я сказал, ты её не тронешь! — Ап загородил ему дорогу, но не надолго. — Иногда не остаётся другого выхода, кроме как набить кому-то морду…

За время произнесения этих слов Бей успел отправить Апа одним ударом на другой конец рубки, а Ира — вылететь за дверь.

— Ты! Оставь его в покое или я приведу инспекцию! — проорала она из коридора на гала-пиджин.

После чего скатилась вниз по трапу, побежала прочь от корабля и с разбегу врезалась в высокого человека в чёрном комбинезоне, как в дерево. Он поймал её в охапку, удержав тем самым от падения, вместе с ней отскочил как можно дальше от корабля, бросился на землю и накрыл девушку своим телом. «Тарелка», в которой находились Ап Галкин и Бей, засияла плазменным облаком, рванулась ввысь и исчезла в небе.

Человек в чёрном комбинезоне поднялся на ноги, поднял Иру, стянул со своей головы капюшон герлона — порыв ветра тут же растрепал его золотые волосы — и вопросил:

— Ты объяснишь мне, что тут произошло?

Она взглянула ему в лицо и узнала Инто. Облик, виденный мысленно и мельком, прочно врезался ей в память.

— Я встретила соотечественника, мы разговаривали за жизнь и пили водку с соком, а потом явился его то ли подручный, то ли начальник… Короче, в том корабле улетел Ап Галкин и с ним кто-то гораздо более опасный. А я тебя узнала, ты Интосайи. Проводи меня пожалуйста к Ирруору, это вон туда, а то я немножко пьяная, и у меня мир качается, я раньше никогда не пила водку, а тут пришлось, понимаете ли…

— Понимаю, — сказал Инто, взял её под руку и повёл.

Маур бежал им навстречу большими прыжками, а когда увидел их, то пошёл шагом.

— Это откуда? — спросил он, едва они сошлись вплотную.

Она нагнула голову и увидела, что он имел в виду. Её алое платье из макси превратилось в мини — подол обгорел и оплавился больше, чем наполовину. Туфельки вообще исчезли с ног.

— Внезапный старт пирата, — ответил мауру Инто, глядя на него очень пристально и очень сурово. — Лично я неопытных дилетантов и детей вообще бы в космос не пускал.

Ира немедленно загородила собой маура от инспектора и при этом так стремительно развернулась всем телом, что чуть не упала.

— А где тогда они получат опыт, если их никуда не пускать? — закричала она. И осеклась. Орать на Инто ей казалось неправильным, он успел заслужить её уважение, но и унижать Ирруора она тоже не могла позволить.

Кахурианин вынул её из рук Инто и прижал к себе.

— Илэ-оо. Благодарю тебя за её жизнь. Зайдёшь к нам?

Инспектор молча кивнул, и они втроём направились к кораблю Ирруора.

Маур быстро заметил, что девушка нетвёрдо держится на ногах, и поднял её на руки. Она не долго протестовала — не хотела спорить при Инто.

На борту кахурианин хотел отнести землянку в её каюту, но она категорически воспротивилась.

— Я не настолько много выпила, чтобы мне стало плохо, я побуду здесь.

Он понял, что она хочет присутствовать при разговоре с инспектором.

— Ты любопытна, как маурина, — он улыбнулся и сел с нею на руках в кресло.

С довольным выражением лица она прикорнула головой у него на плече, приготовилась слушать интересующий её разговор и незаметно уснула.

Она проснулась вполне протрезвевшей и обнаружила, что инспектор уже ушёл. В рубке царила оглушительная тишина и никого, кроме неё, не было. Она проснулась оттого, что услышала совершенно невозможный на борту у маура звук — звон бьющегося стекла. Как будто что-то массивное и хрустальное с силой швыряли об пол. Она сразу вскочила и понеслась разыскивать Ирруора.

Он обнаружился в спортзале — метался там, как ягуар в клетке. Несколько быстрых шагов взад-вперёд, бросок ничком наземь, два молниеносных удара когтями, и на полу появляется участок ковролина, разодранный в клочья, затем прыжок на ноги и снова — бег в небольшом замкнутом пространстве, почти на одном месте. Изрядная часть напольного покрытия вокруг маура была уже превращена в узкие ленточки.

Ира в изумлении и испуге принялась озираться по сторонам. Она ещё ни разу не видела обычно сдержанного кахурианина в таком состоянии.

Он краем глаза заметил движение в дверях, перестал метаться, спрятал когти и повернулся к ней.

— Кто и что расколошматил? Такой звон раздавался, — она никак не могла углядеть осколки.

— Мне очень хотелось что-нибудь разбить, ты просто услышала мысли.

— Что случилось?

— Я хотел просмотреть будущее, как делал раньше. И не увидел вообще ничего. То ли Нарг меня так хорошо приложил, то ли кто-то заблокировал.

— Не расстраивайся. Куча народу живёт без этого всю жизнь…

— Наобум.

— Ну да. А что делать? Я понимаю, что ты привык всё прочитывать и просчитывать, а теперь, как без рук. Ничего страшного на самом деле. У меня есть некая разновидность предчувствия, оно слабое, неопределённое и срабатывает не более, чем за сутки до события, но позволяет по крайней мере определить, что в данный день что-то этакое произойдёт. Ты бы видел меня на лестнице в вечер похищения! Я бродила взад-вперёд, как безумная — ты тащил на улицу, а собственная интуиция гнала обратно в Люськину квартиру…