Крис Клармон - Первый полет

— Я жив. И хочу оставаться таким. Коридор упирался в другой, пошире. Они уже повернулись к двери, когда Хана высунулась из-за угла и возбужденно позвала их.

— Ты не встречала инопланетянку? — спросил Кьяри, присовокупив подробное описание, хотя видел ее всего лишь миг.

— Метрах в ста отсюда. Направлялась в носовую часть. А что?

После легких понуканий Николь Хана тоже осознала, что находится под наблюдением. Но не удивилась и не встревожилась, заявив, что в подобных обстоятельствах на их месте поступила бы точно так же.

Она привела их в большое просторное помещение, в центре которого находилось обширное голографическое поле, какое Николь не доводилось видеть прежде, и она не сдержала изумленного восклицания. Проекция казалась настолько достоверной, что Николь решилась дотронуться до изображения, дабы убедиться в его нереальности. В иллюзии объема не было ни малейшего изъяна. Вначале на картине появился морской пляж, и пока Николь облетала его, пейзаж изменился. Обрамленный скалами горизонт подернулся дымкой, и Николь влетела в прибой, инстинктивно отпрянув от большой волны и восхищенно ухмыльнувшись при виде друзей, стоящих на безупречно белом песке. Подняв голову, Николь прикрыла глаза руками и прищурилась, чтобы защититься от сияния невероятно яркого солнца. К тому же и более горячего — в переделах поля действовала специальная климатизационная установка, так что Николь сразу вспотела, услышала крики странных птиц, почуяла соленое дыхание моря. Ну, по крайней мере родные планеты обеих рас хоть в чем-то схожи. Не хватало только физического ощущения воды, чему Николь весьма обрадовалась, поскольку в противном случае непременно захлебнулась бы. Океан с шипением забурлил, и на поверхность с леденящим душу ревом вырвалась тварь, достаточно громадная и зубастая, чтобы разом проглотить человека. Отшатнувшись, Николь полетела сквозь голографическое поле кувырком, погрузившись под воду, где ее глазам открылось радужное тело чудища, вооруженное гигантскими плавниками и жуткими шипами на спине. Затем Николь снова вылетела в воздух, нелепо размахивая руками в тщетной попытке восстановить равновесие. Сделав полный оборот, она достигла «земли», но толку от этого не было, поскольку грунт оказался такой же иллюзией, как и вода. Легко пройдя сквозь песок, Николь на пару секунд погрузилась в полнейшую темноту, затем снова выскочила на свет и наконец оказалась в объятиях Кьяри. Сквозь грохот ее собственного сердца она услышала смех команды.

Опомнившись, она тоже расхохоталась, представив, как ее приключения выглядели с берега. Кьяри — благослови его Господь! — сжимал ее в объятиях, вселяя в нее столь нужные силу и спокойствие. Николь мимолетно поцеловала его, а он ответил ей крепким объятием.

— Господь всемогущий, — дрожащим голосом проговорила Николь, — вы видели это чудище?!

— Впечатляет, — заметила Хана.

— У них есть акулы, — сказал Кьяри, отпуская Николь.

Хана пренебрежительно фыркнула и задумчиво вымолвила:

— Или касатки. Киты-убийцы.

— Разумные? — Кьяри уловил ее намек.

— Трудно сказать, комиссар, но я впервые увидела морскую тварь с такой выразительной физиономией.

— Ты чересчур антропоморфна.

— Быть может. Но все же было бы любопытно узнать.

Пейзаж снова сменился. Их обступили горы с заснеженными вершинами, сверкающими в лучах закатного солнца, словно бриллианты, воздух задрожал от гула далекой лавины. Затем крупным планом появился лес. Буйная растительность самых причудливых видов и цветов вызвала у землян единодушный вздох изумления. Деревья, точнее, их инопланетные аналоги, вздымались в вышину, порождая на земле вечные сумерки. Повеяло тысячами ароматов, не все из которых оказались приятными, но не было ни малейших признаков животной жизни. Николь оттолкнулась от палубы, но ударилась о потолок, не долетев даже до нижних ветвей. Теперь прямо на глазах началась смена времен года. Листья вспыхнули красками, разнообразием и яркостью затмевая осенние пейзажи Новой Англии, родины Николь, затем землю окутал снег. И хотя на ветках не осталось ни единого листочка, разглядеть небо по-прежнему не удавалось. Лес сменился глухой пустыней, затем водопадом, ниспадавшим с величественного утеса на многие мили вниз. Видели они полярные шапки и остров, заросший экваториальными джунглями. Даже Кьяри забылся в этом фейерверке открытий, увлеченный уникальной возможностью исследовать совершенно незнакомую планету. Потеряв счет времени, они пристально вглядывались в каждый образ, возбужденно перекликаясь и обмениваясь впечатлениями.

— Прямо «Клуб кинопутешественников», — заметил Андрей, когда ревущий буран согнал их в кучу.

— Ладно тебе, ворчун, — огрызнулась Хана, — пусть мы видим то, что нам показывают они, все равно узнаем много нового.

— Да, они весьма откровенные режиссеры, — согласился Андрей. — Но не забывай, Хана, я — дитя общества, где контроль государства над информацией считался задачей первостепенной важности. В итоге мы становились настоящими экспертами подтекста.

Что мы наблюдали, в сущности? Дикие края. Или, скажем, парки. Но ни разу не было ясных ночных небес, когда их ничто не заслоняло от взора — следовательно, не догадываемся, где находится их планета. Мы ни разу не видели их луну. Имеется ли у них таковая? Две? Или ни одной? Где и как они живут? Есть ли у них города, научные центры, производственные мощности? Нас познакомили с планетой, но отнюдь не с обществом.

— Не совсем, — ответила Николь. — Если предположить, что они не подтасовывают информацию, то воздух у них чистый. Мы не видели дымки, которая свидетельствовала бы о загрязнении воздуха продуктами сгорания тепловых электростанций. Воздух у них куда свежее, чем на Земле.

— Ну и с какой целью они это делают? — вслух размышлял Андрей.

— С целью проверки.

— В каком смысле, Бен?

— Представьте, что вы взяли на борт четверых чужаков, представителей незнакомой цивилизации примерно того же уровня развития. Вам непременно захочется выяснить, что они за люди. И вы выпускаете их на своеобразную игровую площадку. Как они будут реагировать на ситуации, в которых окажутся, как будут взаимодействовать? Есть ли у них жесткая иерархия, или поступают кто во что горазд? Дайте им возможность поиграть достаточно долгое время, чтобы они утратили бдительность, и увидите, каковы они на самом деле. Если они не забудут про осмотрительность, это тоже ответ на вопрос.

— Интересно, как мы себя зарекомендовали? — спросила Николь больше у себя самой.

Картина сменилась, снова явив взору морской пейзаж, хотя и не тот, что вначале. Солнце низко висело над морем на небосклоне, который следовало бы назвать «западным», окрасив горизонт в красные, оранжевые и изумрудно-зеленые тона. Небо было не таким синим, как на Земле; когда солнце стояло высоко, небо выцветало почти до белизны. Вглубь, к югу, простиралась плоская равнина, но с противоположной стороны вздымался исполинский обрывистый утес. К вершине его вела извилистая тропка, врезавшаяся в склон, наверху она наверняка обрывается, точь-в-точь как кроны деревьев. Из небытия вдруг возник костер, угнездившийся под прикрытием невысокой скалы, защитившей землян от свежего вечернего бриза, и они сгрудились вокруг огня, радуясь фантомному теплу. Хана принялась восхвалять проекционную аппаратуру, а Николь с благодарностью поймала взгляд Кьяри, послав ему безмолвную команду. Комиссар тотчас же покинул их, чтобы через минуту-другую вернуться с инструментами.