Клаудия Грей - Потерянные Звёзды

— Лейтенант? — Пилот вернулся в кабину. — Мы готовы к взлету?

— Да, — ответила девушка. — Сделаем еще одну остановку, прежде чем вернемся на «Опустошитель».

— Мм… остановку?

Приказа спасать местных жителей не было, но не было и запрета.

— Освободите столько места, сколько сможете. Подберем еще пассажиров.

Когда Сиена взлетела снова, то почувствовала турбулентность воздушных потоков вокруг. Закусив нижнюю губу, она подняла корабль выше, чтобы тот испытал самое худшее лишь в конце пути. Вулкан вновь содрогнулся, выплевывая очередное облако пепла, звук заставил вибрировать весь корабль. Вероятность повторного извержения очень велика.

«Вы не имеете права рисковать жизнью людей, за которых несете ответственность, ради спасения тех, за кого не несете», — вспомнила она один из бесчисленных параграфов, вызубренных в Академии. Но Сиена выкинула эту мысль из головы. Жизнь есть жизнь. Тем более она могла это сделать.

Приземлившись на углу крыши, девушка вышла из кабины, чтобы помочь разместить гражданских на борту.

Им пришлось хуже, чем штурмовикам, у них ведь не было шлемов с дыхательными масками; многие уже находились в полубессознательном состоянии. Сиена протянула руки к маленькому ребенку, подняла его на корабль и предложила руку его отцу, помогая подняться. Ее штурмовики делали то же самое, как всегда следуя примеру командира.

К тому времени, как последний человек был втащен на борт, корабль был забит до отказа, не сказать хуже. Сиена протолкалась в кабину шлюпа и обнаружила, что пилот уже и не пытался взяться за штурвал. Стоя в стороне, он сказал:

— Не знаю, можем ли мы с таким весом…

— Можем и взлетим, — ответила Сиена с большей уверенностью, чем испытывала на самом деле.

Корабль был способен поднять такой вес, но его маневренность, и так оставлявшая желать лучшего, снизится критически. Полет в раскаленных ураганных ветрах…

Она включила двигатели на полную мощность, и корабль взмыл в воздух. Сначала посудину трясло так сильно, что Сиену в кресле удерживали только ремни, люди в пассажирском отсеке выли от страха. Внизу здания полыхали, как спички. Еще немного, и начнется настоящий огненный шторм — и корабль окажется в самом его центре.

Сиена задрала нос корабля вертикально вверх. Шлюп поднимался медленнее, чем должен был, но все же двигался…

Она увидела, как на горизонте вырастает столб пламени, а вокруг него закручивается жуткий вихрь. Если корабль попадет в такой кошмар, они не выберутся.

Но девушка упорно боролась со страшными ветрами, отвоевывая каждый сантиметр пути, пока наконец судно не вырвалось в верхние слои атмосферы. Сиена выдохнула с облегчением, а из трюма донеслись радостные крики.

Она не смогла сдержать улыбку — и кто мог ее винить?

Однако нашелся тот, кто сделал это: капитан Роннадам.

— Вам было поручено спасти солдат гарнизона, — сказал он, меряя шагами кабинет, пока Сиена стояла перед ним навытяжку, в своей запачканной сажей форме. — А не гражданских.

— Приказы не запрещали мне делать это, сэр.

Глаза Роннадама сузились.

— Ищете лазейки, Ри? Опасная дорожка.

— Нет, сэр! Я имела в виду, что отреагировала инстинктивно и не увидела никаких препятствий к исполнению.

— Вы отреагировали инстинктивно, — фыркнул он. — Иными словами, вы не смогли сверить свои планы у вышестоящих офицеров!

«У нас не было времени», — хотела она возразить, но поняла, что лучше этого не делать.

— Мне очень жаль, сэр. Я должна была прояснить детали миссии до того, как приступить к исполнению. Такой ошибки больше не повторится.

— Знаю, что не повторится. — Роннадам оглядел ее с головы до ног, прежде чем сухо добавить: — У вас безупречный послужной список, так что наказание будет символическим — всего пять недель двойных дежурств. В следующий раз, однако, не рассчитывайте на такую снисходительность.

— Следующего раза не будет, сэр.

Даже пять недель дополнительной работы были небольшой ценой за сорок жизней.

Выйдя из его офиса, Сиена выдохнула с облегчением. Сначала она рассердилась, что ей вкатили выговор за спасение людей, но теперь поняла, что начальство было недовольно лишь потому, что она нарушила субординацию. Само по себе спасение гражданских не было неверным поступком. Империя никогда не возражала против этого.

Кроме того, это был один из лучших полетов в ее жизни. Если бы только она могла рассказать о нем Тейну! Перед ее умственным взором предстало лицо любимого, когда она рассказала бы ему о циклопическом пламени. Он бы жутко завидовал и сожалел, что сам не смог так полетать.

Теперь даже поступки, которыми она могла гордиться, казались пустыми, если о них нельзя было рассказать Тейну.

Грузовой отсек «МДА» был забит ящиками с медикаментами для далекого южного полуострова на единственном мегаконтиненте Оуланна. Месяц назад там случилось сильное землетрясение, разрушившее почти все постройки на обширной территории. Тем не менее Империя не послала никакой медицинской помощи: планета не играла важной экономической роли, а потому не заслуживала серьезного внимания. Несколько богатых благотворителей-колонистов из других миров предложили то, что смогли. Медицинских средств, которые вез фрахтовик, на все нужды не хватит, но хоть кому-то будет оказана помощь. Тейн подозревал, что Логарра согласилась вести этот груз бесплатно.

Когда они прошли через высокие слои атмосферы, Тейн проверил климатологические датчики и свистнул:

— Нехорошо.

Логарра хотела знать, во что они ввязались.

— Мы идем на массивный шторм. Мегаураган, охватывающий добрую четверть всей площади континента.

JJН2 подтвердил его слова, издав сигнал тревоги. Метуат тревожно замурчал.

— Как будто местным без того мало проблем. — Брилл покачала пушистой розовой головой.

— Теперь проблемы и у нас, — добавил Тейн.

Обычно планетарные бури не представляли опасности для космических судов; то, что выдерживало жестокие условия космоса, могло справиться с небольшим дождем и молниями. Тем не менее грузовой корабль, да еще тяжело нагруженный, как «МДА», становился неповоротливым в атмосфере, а мощные ветры вполне могли вывести из строя стабилизаторы — всего на пару минут, но этого времени хватило бы, чтобы корабль навернулся в грязь со всего размаху.