Талагаева Веда - Катриона-3217. Космическая летопись.

Антарес ждала в одном из коридоров возле панели информации.

— А, вот почему ты так расцвел на гражданской службе, — увидев ее, улыбнулся Чащин и одернул на себе мундир, прежде, чем подойти к девушке.

— Госпиталей на платформе всего три, — сообщила Антарес, когда ее познакомили с Чащиным и рассказали о неожиданном открытии, которое он сделал, — Ваши приключения натолкнули меня на мысль, — она включила микрофон переговорного устройства, которое висело у нее на шее, как наушники от плеера, — Янсон, это Морено. Бедный, Бьорн, ты там скучаешь? А нам не до скуки. Ладно, куплю тебе тот медовый тортик, твой любимый из французской лавочки на пятом уровне. Соедини меня с главным компьютером. Привет, Варвара, говорит помощник Морено. У тебя сохранились записи камеры наблюдения из коридора перед капитанской каютой за четырнадцатое мая текущего года? Мне нужны фрагменты с моментом прибытия бригады «космической скорой». Поищи. Сейчас я зайду в Галанет-кафе, заведу почтовый ящик, и ты мне перешлешь туда данные. Жду. До связи.

— Красива и умна! — восхитился Чащин, — А у нас в армии либо одно, либо другое.

— Так мы не армия, — холодно заметил Мишин.

На то, чтобы получить распечатку с фрагментами видеозаписи камер «Катрионы» ушло около десяти минут.

— Изображение четкое, — обрадовалась Антарес, просмотрев снимки, — С этим можно пойти и на станцию «скорой помощи» и в больницы. С чего начнем, командир?

— Со «скорой», — пожав плечами, ответил Джек.

— Я с вами, — предложил Чащин, сгоравший от любопытства, — Для вас это будет даже удобно. Мой мундир откроет вам все двери.

— Должна же быть польза от военных, — пробормотал Игорь себе под нос.

— Что с ним такое? — шепотом спросил Джека Чащин.

— Его родные жили на Деймосе, в Наворе, — объяснил Джек.

Чащин промолчал в ответ.

Станция «космической скорой помощи» находилась на том же уровне, где взлетно-посадочные палубы и залы приема прибывших. Присутствие лейтенанта Чащина помогло Джеку и его друзьям сразу добиться встречи с заведующим.

— Наша просьба может показаться вам странной, — сказал Джек, оказавшись в его кабинете, — Взгляните, пожалуйста, на фотографии. Не узнаете ли вы кого-нибудь из медиков, которые на них изображены? Они работали или до сих пор работают на вашей станции.

Врач взглянул на снимки, которые переслала Варвара.

— Ух, ты! — удивился он, — Вам, конечно, ни к чему, молодые люди, но такая униформа, как на этих докторах, вышла из моды, лет пятнадцать назад. Тогда я еще здесь не работал. Но, думаю, есть кому вам помочь, — он включил микрофон внутренней связи и сказал, — Доктор Смирнов, пока вы свободны, не проводите ли лейтенанта Чащина и его спутников к тете Элли?

— А кто это? — спросил Джек.

— В свое время сестра Элли Кейн проработала на нашей станции более сорока лет, — объяснил заведующий, — Она помнит всех, с кем работала. Можно сказать, ходячий архив. Теперь сестра Элли работает в больнице, в приемном покое. Это на нашем уровне, недалеко. Вас проводит наш врач.

В кабинет заглянул молодой доктор в белом медицинском комбинезоне, и Джек с друзьями вышли вместе с ним.

— Не понимаю, — сказал Мишин, — Как может женщина проработать на «скорой» более сорока лет, а потом еще перевестись на службу в приемный покой больницы? Она давно должна быть в глубоком маразме.

Сестра Элли из соседней больницы оказалась биороботом. Женщина в светло-синей медицинской форме, с густыми светлыми волосами, собранными в пучок на затылке, и молодым лицом выглядела безмятежно спокойной. Но ее голос звучал живо и эмоционально.

— Я была бы рада помочь вам, господа. Но неделю назад случилось необъяснимое и неприятное происшествие. Все свои воспоминания я переношу из краткосрочной памяти в архивную. Мой архив хранится у меня дома на специальных кристаллических пластинах. Кто-то забрался ко мне в каюту и украл пластины именно за тот период, который вас интересует.

— А без них вы вспомнить не можете? — спросила Антарес.

— Увы, милая барышня, — вздохнула сестра Элли, — Память биороботов отличается от памяти людей. Воспоминания свободно бродят в вашем сознании. А наше сознание имеет пределы заполняемости. Время от времени приходится его очищать.

— Очень жаль, — вздохнул Джек.

— И мне, — сказала медсестра-биоробот, — Вижу, это имеет большое значение для вас. Оставьте мне свои координаты. Если служба безопасности найдет вора и мои записи, я извещу вас.

— Спасибо, — поблагодарил Джек, не особо надеясь, что записи сестры Элли найдутся, — Антарес, оставьте мисс Кейн электронный адрес нашей Варвары.

Они беседовали в помещении приемного покоя больницы. Вокруг было почти пусто, пациентов и посетителей было не много. Раздвижные двери, ведущие в наружный коридор, вдруг открылись, и появился Маэда. Он был очень бледен и двигался как-то странно. Шапки-невидимки на телепате не было, блуждающий взгляд его остановился на Джеке со спутниками, и Маэда нетвердой походкой направился к ним. Лейтенант Чащин встретил появление странного человека с недоумением, Антарес и Игорь с тревогой переглянулись.

— Господи, что с ним такое? — шепотом спросила Антарес.

Маэда остановился напротив Джека и поочередно окинул взглядом всех троих звездолетчиков с «Катрионы».

— С вами все хорошо, — констатировал он, — Кажется, я умер.

С этими словами Маэда упал головой на плечо Джека, повиснув на нем всей тяжестью.

Кабинки неотложной помощи в приемном покое отделялись друг от друга пластиковыми перегородками, а от холла зелеными клеенчатыми занавесками, застегивавшимися на молнию. Пока Маэду осматривал врач в одном из таких отсеков, Джек услал остальных перекусить в больничном кафетерии, а сам остался ждать результатов осмотра. Подождав в холле, Джек заглянул за занавеску. Он вопросительно взглянул на врача, и тот кивком разрешил ему войти. Врач стоял рядом с медицинской кушеткой, на которой на спине, с закрытыми глазами лежал Крис Маэда. Джек вошел и остановился с другой стороны.

— Мы сделали лазерное сканирование мозга, другие тесты, — негромко сказал врач, — У него микроинсульт. Выглядит все очень странно: похоже на то, как если бы его мозги вдруг вскипели.

— Может, так и было, — задумчиво разглядывая бледное, но спокойное лицо Маэды, сказал Джек, — Его можно забрать?

— Да вы что? — возмутился врач, — Сейчас он вне опасности, но ему еще лежать и лежать. Считаете, раз жив остался, лечение не нужно? Даже самые эффективные препараты действуют не сразу.

— Например, «Королева Мэб»? — тоном мрачной шутки спросил Джек.