Владимир Подольский - Звезды на дисплеях

По случаю почти полной невесомости, Пётр подал борщ в мягких пластиковых 'грушах', а картошку в тарелках, прикрытых тонкой целлофановой плёнкой. На третье был любимый капитаном чай с лимоном и сок, по выбору. Всё, естественно в 'сосках'.

Тактично молчавшая во время обеда Маруся, наконец, когда Мастер добрался до чая, решила, что настало время расспросов:

- Кэп, расскажите, что видели, зачем с собой резак брали? Если не секрет, конечно!

- Любопытная ты, Маруся, всё тебе расскажи! Подключись-ка к скафам, там полный отчёт. Только никому не показывай!

- Хорошо, капитан, сейчас... Так вы их всё же нашли? И похоронили? А почему, никому...?

- Потому, что 'во многом знании - много печали'. Незачем это всем знать, и всё тут! Тебе, кстати задание: вырежи всё через несколько секунд после того, как я включаю лазер и до конца. У меня и у Сергея. А полную запись зашифруй и спрячь подальше.

- Принято, уже сделано!

- Молодец!

- Слушай, а это не покажется кому-нибудь подозрительным? - засомневался Сергей. - Вышли из строя сразу два регистратора...

- Вряд ли у нас запросят эти записи. А если и запросят... регистраторы вещь капризная, сначала сильно охладились, там ведь, чуть ли не абсолютный нуль. Потом, когда я лазер включил, сразу нагрелись. От этого они часто ломаются. Предположим, что 'сломались' и в этот раз!

- А мы дверь долго грели, внутри рубки даже воздух испарился. Мы зашли, походили, посмотрели и наружу, так? - подхватил фабрикацию Сергей.

- Именно, так! Думаю...

- Кэп! На 'Дори' ЧП! - перебил капитана взволнованный голос Маруси, - включаю радиоканал! Из динамиков донеслось:

- ...их двое. Стоят за углом! Что делать, Кэп?

- Кого двое? Говори толком! Маруся, картинку!

На экране замелькали тени и яркие засветки от прожекторов. Капитан сумел разглядеть два странных силуэта. Одновременно прозвучал доклад Старшого с 'Дори':

- Мы шли по залу к шлюзовому. Саша заглянул в закуток, а они стоят!

И оружие в руках.

- Да кто 'они'?

- Репторы, кто же ещё!

- Стоят, значит? И головы на гвоздик повесили?

- Что? Сейчас...

По радиоканалу донёсся шум, невнятные возгласы, а затем смех и доклад Старшого:

- Точно, Мастер! 'И головы на гвоздик повесили'! Это два скафандра репторских, а рядом два шлема на держателях! Ну, Саша, ну паникёр!

- Он всё правильно сделал! Бдительность нужна! А как насчёт оружия?

- Нет ничего, почудилось ему!

На экране между тем появились в деталях два скафандра странной конструкции. Похоже, экскурсанты подошли вплотную.

- Повторяю, ничего не трогайте. И возвращайтесь, следующая партия уже запарилась в скафах.

- Да мы идём уже! 'И оружие в руках'! Старшой снова рассмеялся, смех подхватили.

Связь отключилась. Капитан покачал головой:

- Да, теперь подначки Саше обеспечены! Ну, да он парень и сам юморной, отшутится. Надо же! Я ведь подумал сначала, что мы, старые лопухи, просмотрели ещё два тела. А это скафы!

- А если кто задастся вопросом: скафандры на месте, а где пилоты?

- Не задастся! Там, кстати ещё пустые держатели были, два или три...

- Два, мастер! - ввернула Маруся.

- Спасибо. Видишь, значит, могли быть и запасные скафы. Они их надели, вышли и не вернулись. Финита!

- Да, Вася, понятно. Всё же, это была семейная пара. И они любили, так же, как люди. Всё не могу забыть, как они тянулись друг к другу перед смертью. Дотянулись и умерли! Правильно, что мы не дали...

- Пришёл Пётр! - предупредила Маруся.

Дверь скользнула в сторону, и в проёме показался кок:

- Покушали? - спросил он, - больше ничего не хотите?

- Спасибо, Петро! - поблагодарил капитан, и Сергей тоже улыбнулся и кивнул.

- Тогда я уберу и побегу скафандр надевать. Будет что дома рассказать!

Пётр подхватил подносы и упорхнул. Пока за ним закрывалась дверь, он успел крикнуть из коридора:

- Маркиза я покормил!

- Похоже, его все покормили, - проворчал Василий. - Ну, что, Серый? Пойдем, подремлем после трудов праведных?

- И то!

- Кэп! - это снова была Маруся. - 'Академик Макаров' на подлёте. Расчётное время прибытия четыре часа. Смолин просится на связь.

- Наш сон резко сокращается! - вздохнул капитан. - Соединяй!

- ... зывает 'Академик Макаров'! Выходите на связь! - Маруся вывела канал ближней связи на динамики кают компании.

- Слышу тебя, Женя! Ты, я смотрю, не иначе, как с предельным ускорением шёл!

- Привет, Василий! Так учёные же! На голову совсем сели. Сами пыхтят от натуги, язык еле ворочается, но лепечут: 'А нельзя ли побыстрее?' Фанатики науки, понимаешь! Поздравляю тебя, кстати, с находкой!

- Спасибо! Если бы 'Паганель' так удачно не провалился, ничего бы я не нашёл. Меня бы и близко не было!

- Мориса жалко! Так он ругался, чуть не плакал! Тоже хотел разворачиваться, но ему приказали увечных на Землю везти.

- Да я в курсе! Давай, тормози и на прежнее место. Я задерживаться не буду. 'Пост сдал - пост принял!' Передам тебе кассеты с кернами и на Землю!

- Давай, до связи и до встречи!

- До встречи, Женя!

Связь отключилась. Капитан направился к двери:

- Я всё же подремлю пару-тройку часиков, устал сегодня. Идёшь, Серёжа?

- Нет, я тут посижу, сок твой допью, если не возражаешь. Новости почитаю, кота вот помучаю.

- Как это: помучаю? Маркиз, пошли домой. Бросай этого монстра!

Кот с готовностью соскочил с коленей предполагаемого 'мучителя' и взлетел на плечи хозяину.

Земля, Крым.

Звёзды в Крыму, конечно, совсем не такие, как в космосе. Земная атмосфера приглушает их блеск, добавляет мерцание. Но, всё равно - звёзды это звёзды. И капитан любил смотреть на них. Часто проплывали среди них заметные искусственные светила орбитальных станций. И самая большая и яркая, 'Орбита-7', которую было видно в виде бледного пятнышка на синем небе даже днём. Если знать, куда смотреть, конечно. А ночью она блистала так ярко, что предметы, освещённые этим светом, даже отбрасывали тени.

'Будто, в космосе не насмотрелся!' - с усмешкой думал иногда капитан. Впрочем, сегодня было пасмурно и облака расходиться не собирались. Отпуск подходил к концу. Все визиты были уже сделаны, остались позади и гулянки в Париже, где Морис в полной мере продемонстрировал весь масштаб благодарности, на которую был способен его французский темперамент. Они посетили с Сергеем и своего сержанта-наставника, сухонького старика неопределённого возраста. Тело его сдавало под неумолимым потоком времени, но дух был по-прежнему силён. Советник с оптимизмом смотрел в будущее, строил головокружительные планы и, глядя на него, верилось, что они непременно осуществятся.