Кристиан Бэд - Дурак космического масштаба

Он налил себе ещё.

— Дальше… В храме я не увидел никаких дверей. Да вообще ничего не увидел: ни алтаря, ни предметов культа. Но входить-то куда-то служители храма должны? Стал искать проход. Кроме любопытства я уже ничего не испытывал. Нашёл, в общем-то. Мне открыли. Побоялись, наверное, что дверь сломаю?

— Кто их поймёт, эйнитов этих. Дальше.

— Мы прошли во внутренний храм. Точно такой же, но побольше. И камень там другой. Черная вулканическая лава. Линии ярче.

— Там не страшно?

— Так же. В первые доли секунды толкнулось что-то в груди. Потом прошло… Ну что ты на меня так смотришь?!

Мерис хмыкнул, прошелся по комнате. Начал проверять аппаратуру слежения. Боялся, что нас могут подслушать?

— А то, — сказал он, наконец, — что во внутренний храм, кроме Проводящих эйи, вообще никто никогда не заходит. А тут простой парень из спецона, ввалился можно сказать с улицы… И что я должен думать? Что я сошёл с ума, ты сошёл с ума? ГДЕ тебя тогда носило? Никто, Агжей. Понимаешь, ни-кто.

— Но я-то зашёл. И ничего особенного там нет. Точно такой же храм.

— Допустим, я поверил, дальше?

— Дальше мы вышли в сад за храмом. Там ребятишки играют, женщины. Сели. Меня провожали двое — старик и парень лет двадцати. Старика звали Патрик Эссо, парня — Трэам. Парень смотрел на меня, как на … Как ты. И боялся до заикания. А старик — ничего. Я сказал, что пришел познакомиться и понять, можем ли мы как-то сотрудничать. Он ответил, что сейчас своим скажет. Просил парня развлечь меня. Мы с парнем опять зашли во внутренний храм, но практически не говорили. Не успели. Почти сразу пришли четверо адептов: два мужика и две женщины. Женщины красивые, особенно, молодая. Попросили снять доспехи и браслет. Я снял.

— Женщины попросили? — съязвил Мерис.

— Ну да. Не привязывайся. Потом… — я потёр виски, произошедшее всё дальше отодвигалось в туман. — …старший из адептов велел позвать еще четверых. Второй мужик попытался возразить, но старший сказал, что не им решать. Пришли еще четверо. Встали в круг и взялись за руки.

— А ты?

— И я тоже. Потом… совсем плохо помню. Я опять ощутил себя в открытом космосе, среди линий этих. Единственное, что помню точно — мне захотелось лечь. Я лёг, но не упал. Очнулся на полу. Вот, в общем, и всё.

— И сразу ушёл?

— Когда я встал, старший сказал, что вы сейчас будете двери ломать. И я быстро пошёл на выход. Даже одевался по дороге. Вышел во внешний храм — передатчик заработал. А, нет, он сказал еще, что Мать меня приняла.

— Ах, тебя еще и мать приняла? — картинно всплеснул руками Мерис. — И всё, безотцовщина?

Я подумал.

— Еще он сказал: "С рождением тебя".

И тут я понял, из-за чего всполошился Мерис. Я тоже читал утром, что адепт эйи считается человеком, "родившимся заново". Просто не обратил особого внимания. Мало ли, что у них там считается? А вот Мерис, похоже, отнёсся к этому "второму рождению" серьезно. У него что, имелись причины? Неужели он действительно решил, что в храме со мной могло произойти нечто настолько необратимое, что я — это уже не я? Но ведь для этого с человеком нужно хоть что-то сделать, а не просто подержать за руку? Хэдэ алати та дагата. И лучше не проси меня переводить.

— Ну и что теперь? — спросил я. — Запрёте меня в лабораторный блок и будете изучать? — Я не был испуган такой перспективой.

Я попросту плохо её себе представлял.

— Не знаю я, что с тобой делать, — поморщился Мерис. — Но только не запирать…

Он снова начал перебирать на столе распечатки с моими анализами.

— Что, сразу резать?

— В смысле?

— Ну, разобрать на запчасти и выяснить…

— Дурак. Ну почему ты такой дурак?! — генерал посмотрел мне в глаза пристально, словно проверяя, не издеваюсь ли я над ним.

— Сам не знаю, — признался я. — Такой уж есть. Эти, которые в храме, кстати, знали кто я. Забыл тебе сразу сказать…

— Я догадывался, что знали. И вообще, что-то слишком много народу про тебя знает… Ты посмотри, какая каша заварилась? За неполных два дня тебя пытаются убрать дважды. Думаешь, лестницу заминировали, чтобы я там прошёл? Как бы не так. Устройство поставили конкретно на твой вес. Плюс-минус килограмм. Риск, что не ты попадешься, конечно, был, но, учитывая, что установили его, пока ты сюда ехал… Кто-то, Агжей, знает гораздо больше нас с тобой. И для кого-то ты, на сегодняшний момент, представляешь серьезную угрозу. Именно ты, со своим непредсказуемым поведением и… — он хотел обругать меня, но сдержался. — Знать бы, что, конкретно, эти эйниты с тобой сделали? Могли ведь, и внушить что-то…

— Вряд ли это "что-то" угрожает нам. Тогда бы убрать меня не пытались. Наоборот.

— То-то и оно. Потому и мне нет смысла не доверять тебе или, как ты предложил, в научных целях на куски изрезать.

— А информаторы в среде эйнитов у тебя есть?

— На уровне твоей Вланы, что называется "просто стоял рядом". Среди Проводящих, к сожалению, по моим сведениям, на контакт в последние годы не шел никто… Не нисходят они со своих заоблачных высот до нашего брата. Спецслужбы планет, где существуют эйнитские храмы, боятся Проводящих как огня. Иначе бы я был, как ты понимаешь, совсем иначе информирован, — он погладил руками виски.

Устал, наверное? Потом коснулся угла рта… Или так ведёт себя человек, который, мягко говоря, часть информации утаивает?

У меня не было оснований не доверять Мерису. Но я знал, что мыслями он делится со мной по минимуму — так уж он устроен. Зам по личному составу, в определённых кругах, это похуже начальника спецслужбы — у того более ограниченный доступ.

— Я вот о чем подумал, — сказал я, чтобы не молчать. — Вдруг и у эйнитов есть свои враги? Какая-то другая секта? Тогда мне кое-что стало бы понятным.

— Мне — нет. Но я попробую узнать. Хоть и мыслишь ты, порой, странно, но… Хэд их возьми, эйнитов этих.

— Чёрт их возьми.

— Кто?

— У Дьюпа в дневнике написано "чёрт их возьми". Ты знаешь, что это означает? — Я встал.

— Понятия не имею. Вали-ка ты к себе, у меня и так от тебя сегодня башка распухла. Сейчас я охрану вызову.

— Не надо охрану. — Сказал я твердо. — Нужна будет — скажу.

Уходя, я чувствовал, что Мерис смотрит мне вслед. Но угрозы я не ощущал. Вернее, ощущал, но не с его стороны. Стоило мне закрыть за собой дверь, как настроение снова начало подниматься, словно в крови заскакали какие-то маленькие весёлые шарики. Причём происходило это само собой. Даже вопреки моей настороженности и озабоченности. Словно бы мне на выходе из кабинета потихоньку вкололи что-то.