Маргарет Дэвис - Космический десант

— Это он вам сказал? Что просто хочет поговорить? Он солгал. Кайли, он работает во Втором Отделе. Следователем. Его профессия — заставлять людей говорить, когда они не желают делать этого добровольно.

— Грег, он не собирается заставлять вас говорить или делать то, чего вы не хотите. Даю вам слово.

— Вы правы, он не собирается, потому что я не предоставлю ему такой возможности. Не знаю, чего тебе нужно, Кинан, но я не намерен говорить с тобой.

— Может быть, хотя бы выслушаешь меня, прежде чем показывать зубы? — невозмутимо сказал Кинан. — Я пришел сюда потому, что возникли некоторые вопросы относительно суда над тобой, вопросы, которые могут начать пересмотр твоего дела.

— А мне наплевать на твои вопросы! Что было, то прошло, и точка. Я не хочу иметь никаких дел ни с тобой, ни с Корпусом. Никогда!

— Если ты считаешь, что все в прошлом, почему же тогда тебя по-прежнему мучают кошмары? — неожиданно спросил Кинан.

— Кто тебе…

Лукас осекся и воззрился на Кайли. Кинану доводилось и прежде наблюдать за людьми, осознающими, что их предали, но он никогда не видел чтобы предательство воспринималось с такой пронзительной болью, которая отобразилась в глазах Лукаса.

— Вы… рассказали ему, Кайли? — прошептал он и вдруг вскричал — О чем еще вы ему рассказали? О чем?

— Больше ни о чем, — ответила побледневшая Кайли.

— Я очень на это надеюсь, поскольку, что бы вы ни сказали, он использует это против меня!

— Остынь, Грег! — бросил Кинан. — Послушай, ведь мы с тобой дружили в Академии. Ты был моим лучшим другом. Неужели ты думаешь, что я способен навредить тебе?

— Люди меняются.

— Да, но не всегда в худшую сторону.

— В моем случае как раз наоборот.

— Ты хочешь сказать, что кто-то считает тебя хуже, чем ты был раньше? И кто же?

— Я не стану отвечать на твои вопросы. Мне хорошо известны трюки, посредством Которых следователи Второго Отдела могут развязать человеку язык. Но со мной у тебя эти фокусы не пройдут, Кинан. Я не буду с тобой разговаривать..

— Грег, ты действительно хочешь, чтобы я оставил тебя в покое и ушел?

— Да!

— О'кей, я уйду. Но прежде я хотел бы задать тебе два вопроса. Всего два. Если ты и тогда не пожелаешь говорить со мной, я исчезну и даже дам тебе слово, что больше никто не придет вместо меня. Только ответь сначала на вопросы, пожалуйста.

— А если я не соглашусь? Что тогда? 

— Тогда мне придется тебя арестовать, и я все равно задам тебе свои вопросы, но уже в то время и в том месте, которые я буду выбирать, а не ты.

— Вы не можете сделать этого, — подал голос Джон Роберт, до сих пор хранивший молчание. Он поднялся с дивана и встал рядом с Лукасом. — Вы не можете арестовать гражданское лицо. Не имеете права.

— Имею. Более того, управляющий станции окажет мне содействие. Вы можете нанять любого омарлинското адвоката, но если я заявлю, что задержал Грега Лукаса по соображениям военной безопасности, я имею право держать его под арестом в течение сорока восьми часов, а этого времени вполне достаточно для того чтобы задать все вопросы, которые меня интересуют.

— И после этого вы смеете называть себя его другом? — вскинулся Джон Роберт. — Я не знаю, по какому кодексу чести вы живете, Кинан, но для нас он явно неприемлем.

— Не трать понапрасну слова, — сказал ему Лукас, не спуская глаз с Кинана. — Я давно усвоил, что с военными пререкаться бессмысленно. У тебя два вопроса ко мне, Кинан? Прекрасно. Задавай их. Но предупреждаю, я отвечу только на два. После этого ты отваливаешь. Итак, твой первый вопрос?

— В чем суд признал тебя виновным? В чем конкретно?

Лукас вспыхнул.

— Будто ты не знаешь? Ты же наверняка читал судебные отчеты.

— Я хочу услышать приговор из твоих уст. Ну же, Грег, в чем суд признал тебя виновным?

Лукас стиснул зубы и посмотрел на Джона Роберта и Кайли, словно моля их о помощи. Не дождавшись оной, пилот злобно взглянул на Кинана и отрывисто заговорил, четко произнося каждое слово:

— Я доставил в запретную зону на военном корабле гражданское лицо за вознаграждение в пятьдесят тысяч кредитов. Я вступил в сговор с вышеупомянутым гражданским лицом, намереваясь вывезти из запретной зоны, с планеты Джайнос-3, секретные материалы. Я не вмешался, когда этот гражданский убил двух членов моего экипажа, сопровождавших нас при посадке на планету. Я точно излагаю?

— Вполне. Ну, а теперь мой второй вопрос: ты сделал это?

— Конечно, сделал! — с жаром ответил Лукас. — Меня ведь признали виновным, разве нет?

— Я не спрашиваю тебя о том, что решил суд… Я хочу услышать, что ты скажешь? Ты принял деньги от того гражданского? Ты доставил его на Джайнос-З? Ты не вмешался, когда он убивал твоих людей? Ответь мне, Грег. Только на этот раз скажи мне, что ты сам думаешь, а не то, что говорили на суде. Ну, Грег, я жду? Ты совершил все эти преступления или нет?

— Я…

Он хотел сказать «Совершил»… И не смог. Попытался опять, и снова ничего не получилось. Потом с мольбой взглянул на Джона Роберта, на Кайли, но те, как и Кинан, пристально и безмолвно смотрели на него, ожидая ответа.

Кинан начал что-то говорить, но Лукас не слышал его. И тут Кинан шагнул к нему и крепко взял его за плечи, будто намереваясь вытрясти из него ответ.

— Отвечай мне, Лукас! — потребовал он. — Только «да» или «нет»… Отвечай! Ты привел свой корабль в запретную зону? Ты не вмешался, когда убивали твоих людей? Ну?

«Да! — возопил его разум. — Да!» Но губы отказывались произнести это слово. Лукас хотел вырваться из захвата Кинана, но с ужасом ощутил, что тело его не подчиняется ему. И тут ноги Лукаса подогнулись.

Кинан, пытаясь помочь ему, охватил рукой его грудную клетку.

— Нет! — рявкнул сзади Джон Роберт, но было уже слишком поздно.

Рута Кинана надавила на сломанные ребра, и Лукас непроизвольно вскрикнул. Кинан немедленно отпустил его; Лукас упал на колени, а затем встал на четвереньки, задыхаясь от боли и сдерживая подступающую тошноту.

— Какого черта… — Кинан оправился от секундного шока и опустился на колени рядом с Лукасом. Задрав выехавшую из брюк Лукаса рубаху, Кинан увидел бандаж и синеватые следы от обширных кровоподтеков, начал было изрыгать проклятия, потом умолк, прикусив нижнюю губу. Поддерживая Лукаса за плечи, чтобы тот не упал ничком, Кинан поднял голову и отыскал взглядом Кайли.

— Что с ним случилось? — спросил он с тревогой в голосе. Значит, он ничего не знает о Джероссе, подумал Лукас. Может, Кайли действительно не рассказала ему всего?

Но если она не рассказала раньше, она начала говорить сейчас. Лукас чувствовал, что она расстроена. Он хорошо изучил ее голос. В нем звучал гнев, гнев на Кроутеров, сотворивших с ним такое, и гнев… на себя саму, будто она виновата в том, что произошло с ним. Лукас не понимал этого. Виноват во всем он и только он один. Ей не за что себя винить.