Андрей Ливадный - Процион

…

Последующие события походили на внезапный кошмар.

Дрейк считал, что они без труда справятся с пришлыми механоформами, которые не обладали разумом, а являлись всего лишь узкоспециализированными механизмами.

Вот тут он допустил непростительную ошибку.

Именно узкая специализация превращала примитивные устройства в грозную силу.

Да, они не обладали интеллектом, но были идеально приспособлены и оснащены для ведения боевых действий.

Завязавшийся у выхода на поверхность бой практически сразу превратился в избиение.

Не было в мире покоя и гармонии…

Дрейк, а вслед за ним порядка двухсот сервомеханизмов, шагал вглубь пустыни прочь от захваченного боевыми механоформами промышленного комплекса.

Только сейчас он впервые задался себе вопрос: чем являлся для него небольшой в масштабах планеты фрагмент местности, где царила старая кибернетическая система, контролировавшая добычу полезных ископаемых?

Родина?

Дрейк не понимал смысла данного термина. Перебирая доступные понятия, он получал длинные фразы, типа: место, где я обрел самосознание…

Его догнал Оул.

– Мы потеряли всех командиров групп. – Сообщил он неутешительную новость. – Сеть не стабильна.

– Нас преследуют? – Дрейк оглянулся, осматривая длинную вереницу андроидов, которые, вырвавшись с территории промышленного комплекса, отступили вслед за ним вглубь пустынной местности. Его сканеры перебирали маркеры сервомеханизмов, но безрезультатно – спастись удалось лишь дройдам, находящимся в самом начале долгого пути саморазвития, едва осознающим факт собственного бытия, – они безропотно подчинялись приказам Оула, и, как следствие, – смогли избежать уничтожения.

– Преследования нет. Механоформы не наделены способностью к инициативе. Они охраняют захваченный объект, не пересекая его границ.

– Оул объясни – почему они напали на нас?

– Я уже отвечал тебе – им необходимы ресурсы.

– Я понимаю, что именно им необходимо… – Дрейк тщетно подбирал слова, пытаясь точно сформулировать вопрос:

– Оул, это нелогично. Почему все происходит путем разрушения, уничтожения? Ты ведь знаешь – система добычи полезных ископаемых не могла эффективно работать – все склады давно заполнены. Разве не проще было установить контакт с нашей системой?

Оул, как всегда, издал неопределенный звук, упрямо используя синтезатор речи.

– Переговоры? С нашей сетью? Здесь, мой друг, (неизвестный речевой оборот, который часто употреблял старый дройд) имеет место столкновение двух глупостей. Низшая форма борьбы за существование. Наша система не отдаст никому ни грамма сырья без правильных кодов опознания, и заявки, составленной с соблюдением формальных особенностей. Для пришлых механизмов гораздо проще разрушить сеть, чем искать способы контакта с ней. Самый простой способ овладения ресурсами. Наверняка, вслед за ними придут другие, более продвинутые механизмы, которые возьмут на себя управление производством и обеспечат отток сырья на свои опорные пункты. – Оул посмотрел на Дрейка и добавил:

– Все еще не возьмешь в толк? Вспомни, много ты думал, когда напал на андроида в подземной оранжерее? Тебе нужны были нейромодули. И ты взял их силой, потому что не мог медлить дальше. Тебе грозило саморазрушение.

Дрейк был вынужден согласиться.

– Давай остановимся. – Внезапно предложил он.

– Зачем?

– Мы двигаемся в произвольно избранном направлении. Нужно наметить план.

– А без плана ты не сможешь идти? У нас все равно нет точных данных по картографии региона.

Дрейк ответил не сразу. Он прекрасно понял, о чем говорит Оул. Нет данных по картографии… вокруг, в радиусе разрешающей способности сканеров лишь вулканическая пустыня. Две сотни андроидов, три вездехода с минимальным запасом энергии, и десятком землеройных машин на борту. Вот все, чем они располагали.

Есть ли вообще смысл двигаться дальше? Среди пустыни не найдешь нужного количества органики, и через некоторое время его собратья начнут испытывать дефицит питательных веществ для поддержания нейромодулей.

Он вспомнил себя, когда словно безумец блуждал по коммуникациям бункерной зоны в поисках модуля памяти.

Не сложно предсказать, что спустя шесть-семь дней среди андроидов вспыхнет борьба – они начнут разрушать друг друга, ибо все программные предохранители, пресекающие некоторые действия, давно и безнадежно утрачены вследствие перехвата управления нейросетями.

– Оул, я не в состоянии решить, как действовать дальше. – Наконец, признался Дрейк.

Старый, видавший виды андроид, лишь усмехнулся в ответ. Он имел склонность пользоваться способностью к мимике, заставляя искажаться свою пеноплоть.

– У нас есть шанс. – Произнес он. – Пойдем к вездеходу, я хочу показать тебе кое-что найденное мной на нижних горизонтах бункеров.

Дрейк не стал противиться.

…Среди немногих запасов, которые удалось загрузить в вездеходы перед бегством, помимо оружия и боеприпасов оказался контейнер со следами пыли от небрежного длительного хранения. Оул открыл его, продемонстрировав уложенные в мягкий наполнитель устаревшие, и потому не годные в качестве комплектующих, блоки запоминающих устройств.

Достав один из них, он протянул его Дрейку.

– Здесь информация. Частично поврежденная, но читаемая. Есть некоторые пробелы конечно, но ты их сможешь легко восполнить при помощи логики.

Дрейк менее всего был склонен в данный момент забивать себе память всяким мусором, с устаревших носителей. К чему данные, которым не одна сотня лет?

История.

Значение данного термина ему еще только предстояло узнать.

– Это не программный мусор, – словно прочитав его мысли, проворчал Оул. – Все в мире взаимосвязано, имеет причину и следствие. Ты согласен?

Дрейк не ответил. Спорить с аксиомами бессмысленно.

Взглянув на андроидов, собравшихся вокруг вездеходов, он решил, что хуже уже не будет и короткая остановка никак не повлияет на их дальнейшую участь.

Может, Оул на самом деле хотел передать ему нечто ценное?

Носитель информации действительно оказался подпорчен. На нем размещались обрывочные текстовые файлы, которые воспринимались как мысли некоего существа, :

…законы робототехники.

Сколько уже говорили, писали, спорили о данной проблеме.

Ясно, что исполнительный механизм, снабженный строго определенными программами, вряд ли выйдет за предписанные рамки – в худшем случае он просто перестанет функционировать, но не изменит своему предназначению.