Михаил Хрипин - Воина миров. Второе пришествие
— Шахтер — стрелку, прием! — Клодан вызвал майора.
Из коробки раздались треск и пощелкивания. Капитан покрутил настройку. Громада снаряда давала наводку даже на экранированный кабель.
— Докладывайте, шахтер, — проскрежетал искаженный голос.
— Грузовой отсек чист. Обнаружил вход в служебные коридоры. Решил спуститься для обследования, прием.
— Есть ли следы противника, шахтер?
— Движемся служебными проходами, все чисто, противник не обнаружен, прием.
— Понял. Наверху спокойно, продолжайте операцию, прием, — в голосе майора слышалась удовлетворение.
— Прошу разрешить изменить план, прием.
— Слушаю, шахтер, — ответил майор.
— Проходы слишком извилисты и заполнены аппаратурой. Страховочные тросы затрудняют движение. Прошу разрешение снять страховку, прием.
— Как далеко вы прошли, шахтер?
— Считаю, прошли половину корпуса, прием, — оценка была грубая, но конструкция аппарата совпадала с известными капитану чертежами, он был уверен в положении группы внутри снаряда.
Последовала пауза, капитан терпеливо ждал. Он чувствовал, что майор Гаспар не мог рисковать тратить драгоценное время на кардинальное изменение плана операции. Капитан был заранее уверен в исходе переговоров, но соблюдение субординации не будет лишним.
Майор знал, что может доверять Клодану. Выбирая его для выполнения этой роли, он был уверен, что безопасность группы будет под надлежащим контролем. «А за успех операции в изменившейся ситуации капитана можно будет поощрить». Гаспар включил микрофон.
— Прием, шахтер. Снять страховку разрешаю. Зафиксируйте тросы в проходе, двигайтесь с повышенной осторожностью.
Капитан облегченно выдохнул. Подниматься на поверхность, обсуждать новую процедуру безопасного спуска и перемещения по запутанным внутренностям снаряда, спускаться снова… Второй раз будет уже рутиной, а настрой на задание, как на рутину, притупит внимание. Ответственность за группу подразумевала непрерывную ясность сознания командира, пусть даже ценой дополнительного стресса.
— Понял, стрелок. Продолжаю операцию, отбой.
Клодан зачехлил рацию и закинул за спину.
Сказанное в тесном коридоре, хранящем едкие запахи нагретой изоляции и смазки, ретранслировалось в эфир передатчиком наверху. Разговор был услышан охранявшим вход офицером через дублирующий динамик. Дополнительная предосторожность, все члены команды должны обладать общей информацией об изменениях в приказах и о новых оперативных решениях. Он приготовился к тому, что натяжение и толчки тросов, наблюдаемые им, прекратятся, и он лишится дополнительного источника данных о ситуации внизу.
Капитан закрепился в наклонном проходе, уперев ноги в металлический щит на противоположной стене. Отстегнув карабин, защелкнул его на скобе, тщательно проверил прочность. Затем переместился к каждому спутнику, поочередно проделал те же манипуляции. После краткого инструктажа по приемам спуска без страховки, предназначенного, скорее, для неопытного в подобных делах доктора Лозье, группа продолжила исследовать интерьеры марсианского снаряда.
Через несколько шагов инженер-механик остановился. Чуть пройдя вперед, Клодан не сразу заметил отставшего. Он обернулся и направил на Салье фонарь.
— В чем дело?
— Разрешите обратиться, мсье капитан?
— Говори, что случилось?
— Здесь что-то не так. Я хорошо помню, как должен идти этот проход. Здесь наверху должен быть еще один люк, такой же, как тот, в который мы спустились.
Внимание Клодана обострилось. Он почувствовал прилив азарта, толкающего вперед, заставляющего проникнуть в тайну.
— Ты хочешь сказать…
— Это модифицированный снаряд, мсье. Я не уверен, что мы знаем, что ждет нас впереди.
— А что нас должно было ждать?
Салье постарался ответить, не используя технических терминов.
— Грузовой отсек там, наверху, должен был уже кончиться. Над нами должен быть отсек для тех гуманоидов. Но в коридоре нет люка, ведущего туда. Из известных нам чертежей ясно следует, что люки для наблюдения за обитателями отсека были в каждом туннеле.
— Насколько ты уверен?
— Я буду уверен абсолютно, когда мы обследуем каждый из трех подобных проходов. Я просто обращаю ваше внимание на странность, мсье капитан.
Офицер провел ладонью по лбу, потер уставшие от контрастного света фонаря глаза.
— Выбора у нас нет.
— Понимаю, мсье.
Салье вдруг почувствовал, что его слова привели к тому, что часть ответственности за будущее операции оказалась переложенной на него. Стало неловко, но в то же время он отметил, что исследовательский задор подпитывает его усиливающимся потоком адреналина.
— Пойдешь рядом со мной. Будешь сообщать обо всех несовпадениях.
— Слушаюсь, мсье капитан.
Салье протиснулся мимо биолога, приблизился к капитану. Теперь, когда он уже начал излагать подозрения, было легче перейти к еще одному пункту, беспокоившему его с момента спуска в туннель.
— Посмотрите сюда, мсье, — он указал фонарем вправо от себя.
Ниша в том месте, где стена касалась потолка, была вскрыта. Пятно яркого желтоватого света легло на странное переплетение кабелей, свисающее из-под потолка. Несколько жгутов были оголены и скручены, удивительно напоминая работу неряшливого электромонтера.
— Интересное место, — ответил капитан.
Он сразу отметил, что именно привлекло внимание инженера. Капитан, не имевший технического образования, задумался.
«Даже ребенок поймет, что такое качество сборки невозможно для устройства, способного перелететь с одной планеты на другую. Этот аппарат полон загадок, а мы еще не приблизились к разгадке даже самой простой из них. Стоило ли продолжать спуск?».
— Я заметил подобные места еще раньше, когда мы только спустились.
«Это сделало разумное существо, но как позволили себе чудовища создавать снаряды подобным образом? — Капитан видел, что в своих мыслях скоро придет к очередному неразрешимому противоречию. — В конце концов, пусть в этом разбираются специалисты. Я должен всего лишь обеспечить возвращение группы в целости и с важными данными».
— Мы не можем объяснить это сейчас, так? в таком случае, нам остается только спускаться дальше. — Капитан слегка сожалел, что приказал сообщать о замеченных странностях. Это вносило в ситуацию еще больше неопределенности, наслаивающейся, подобно капустным листьям на кочерыжку, на главную проблему — куда исчезли все чудовища и все оборудование из отсека?