Михаил Хрипин - Воина миров. Второе пришествие

Охранник молча кивнул и исчез.

«Я должен был раньше отдать этот приказ», — укорил он себя, но пресек нарастание сожаления. Нужно сосредоточиться на будущем, прошлое уже не изменить.

Скоро протянут антенну с поверхности и добудут радио. Кларка не волновало, сколько людей из его местных бандитских отрядов погибнет, выискивая еще один работающий приемник по развалинам Лондона. Это неизбежно, земля сотрясается каждый день — напоминает, что поверхность до сих пор находится под неусыпным наблюдением захватчиков. Кларк просто знал, что радио будет в его распоряжении очень скоро. и он сможет продолжить разработку плана, который приведет его на вершину, когда наглых тварей постигнет неминуемая расплата.

Над головами скрипели туго натянутые тросы. Под присмотром оставшегося наверху с ретранслятором рации офицера, группа исследователей под руководством капитана Клодана спускалась в бездонную темноту опустошенного грузового отсека марсианского снаряда. Медленно, стараясь не поскользнуться на гладком белесом металле наклонной стены, люди продвигались все ниже, пытаясь найти ответ на миллионы вопросов. Каждый взгляд по сторонам рождал новые и не давал ответов на предыдущие.

Позади остался ярко освещенный солнцем сегмент внутренней обшивки, позволивший в деталях изучить полированное покрытие с встречающимися тут и там следами ударов. Что-то билось о стены, оставляло выбоины и царапины на плотно пригнанных секциях.

Специалист по материалам, обстоятельный Морис Антрак, разочарованно заявил, что не находит ничего нового, кроме известных, давно имевшихся у земных ученых веществ. Он неожиданно оказался единственным в группе, кто с самого начала исследований потерял возможность сделать важное открытие. Это сильно остудило его пыл, и он решил сосредоточиться на размышлениях о гипотетических причинах повреждений стен. Подобное расследование должны были произвести последующие экспедиции, но никто не знал, будет ли сюда отправлен еще хоть один человек, поэтому Антрак тешил себя надеждой получить поощрение за инициативу. Конечно, если ему удастся придумать достаточно правдоподобное объяснение.

Над головами спускающихся нависло затворное устройство крышки, исполинское сочленение рычагов и приводов, размером с небольшой дом, находящееся в раскрытом положении. не было сомнений, что крышка открыта и выброшена, но где находилась — осталось пока загадкой. Вслед за Антраком, инженер-механик Салье начал испытывать схожее ощущение рутины. Аналогичные механизмы давно изучены и дали прекрасный толчок инженерному делу на Земле.

Дальнейший путь пролегал в тени, но ждать, пока солнце займет положение для освещения по всей глубине, было невозможно. Пришлось воспользоваться головными фонарями. Резкие лучи заметались в пыльной атмосфере отсека, выхватывая пятнами следы обширных разрушений. на пути не попадалось ни одного уцелевшего устройства или хотя бы простейшего крепления. Все, что использовалось, как уже было известно, для фиксации разобранных на части боевых машин, вырвано с мясом и исчезло.

«Что за исполин бушевал здесь?» — в головы каждому участнику приходили схожие мысли.

Антрак отчетливо представлял, какое усилие нужно приложить, чтобы порвать как бумагу тот материал, которым обшиты стены отсека. Он пытался вообразить механизм, способный ободрать дочиста весь этот колоссальный объем, но пришел к выводу, что такого устройства не способна произвести даже дьявольская изобретательность марсианских чудовищ. Тем не менее, множество фиксаторов, кронштейнов и даже исполинские направляющие для извлечения корпусов треножников — все выдернуто как сорняк из грядки.

— Все вырвано как сорняки, — обратился Антрак к Салье, решив немного разрядить гнетущую атмосферу неведения. Пришедшее на ум сравнение показалось остроумным. Он подумал, что образные описания загадочных фактов могут иногда подтолкнуть исследователя на неожиданный поворот мысли.

— Скорее, как паразиты, — ответил механик, расширив пространство аналогий. — Знаешь, Морис, что я думаю? Это не мог быть взрыв. Материал стен не испачкан копотью или чем-то таким. Напротив, смотри, он только присыпан пылью. Это наша, местная грязь. Она насыпалась сюда сверху, после падения.

— Но это означает, что до приземления здесь было чисто.

— Ты догадлив.

— Тогда я по-прежнему ничего не понимаю, — Антрак покачал головой и переступил через очередную рваную дыру.

Аналогии не принесли пользы, и он снова погрузился в размышления. Что-то вертелось на краю сознания, не давая покоя. Он готов был поспорить, что объяснение окажется исключительно простым.

«Буду ли я этим гением?», — подумал он и посмотрел на идущего рядом Салье. Тот близоруко прищурился — оглядывал стену вдали.

По мере того, как разведчики уходили все глубже, стало заметно, что общая форма помещения далека от идеального цилиндра. в глаза бросались отклонения от центральной оси, что намекало специалистам о масштабе сил, с которыми пришлось столкнуться снаряду при падении.

— Знаете, господа, мне кажется, я могу кое-что сказать определенно, — заявил Салье, спеша поделиться только что возникшей идеей.

Остальные остановились и навели на него лучи фонарей. Салье зажмурился и вытянул руку в направлении отверстия позади. Лучи метнулись туда, и он продолжил:

— Посмотрите, стены слегка изгибаются. Было ли это с каким-нибудь из тех старых снарядов?

— Что-то не припомню, — ответил Антрак.

— Рискну предположить, что все дело в крышке, — механику захотелось, чтобы собеседники сами попробовали догадаться.

— Не все здесь изучали крышки этих снарядов, — бесцеремонно поторопил его Лозье, которому не терпелось скорее продолжить спуск.

— Простите, мсье, — сказал инженер. — Постараюсь покороче. Крышка, когда закрыта при падении снаряда, удерживает боковины корпуса от деформации. Пусть не сильно, но она добавляет жесткости снаряду, делает его более цельным, что ли, а не полой пустышкой.

Ища понимания, он быстро оглядел повернутые к нему лица в свете своего фонаря и снова опустил луч.

— Когда снаряд врезается в грунт, масса земли начинает давить на него, особенно, если он зарывается настолько глубоко, как этот. Уверяю вас, боковины других снарядов не были так изогнуты. Все дело в крышке, — он сделал паузу. — Крышки уже не было, когда снаряд летел к земле!

— И что это значит? — сказал Лозье. Он явно не оценил степень важности открытия и стремился поскорее прекратить болтовню.