Дэвид Вебер - Шторм из тени

– Не удивлен этому, мэм, – ответил он и она снова ухмыльнулась.

– И не подумала бы, – согласилась она, просматривая на терминале информационный чип, содержащий его личное дело. – Я заметила, что в Академии Вас прозвали «Гвен» (по латинской транскрипции написания его полного имени – прим. пер.) – из-за Ваших инициалов, как подсказывает мне мой интеллект.

– Да, мэм, – согласился Жерве. – Мама никогда не понимала, почему я предпочитаю его имени Жерве. Не поймите меня неверно – я обожаю маму, она прекрасная женщина. Одна из ведущих специалистов Звездного Королевства в области молекулярной химии. Только в этом вопросе она… «пляшет под чужую дудку», как всегда выражался мой отец.

– Понимаю, – Мишель вглядывалась в него еще пару секунд, затем приняла решение. Она снова встала и протянула ему руку.

– Отлично, Гвен, полагаю, раз адъютант всегда часть семьи адмирала, то наше родство станет немного ближе. Добро пожаловать на борт, лейтенант.

Мишель приняла свой берет из рук мастер-стюарда Биллингсли и, начав поворачиваться к двери и ожидавшему ее там аэромобилю Адмиралтейства, внезапно замерла.

– А это что такое? – спросила она.

– Прошу прощения, адмирал? – невинно спросил Биллингсли. – Что именно адмирал имеет в виду?

– Адмирал имеет ввиду это, – ответила Мишель, пальцем указывая на широкую остроухую голову, высунувшуюся из-за угла двери и оглядывающуюся по сторонам.

-Ах, это!

– Именно, – произнесла Мишель, складывая руки на груди и вперив в него не предвещавший добра взор.

– Это кот, мэм, – ответил ей Биллингсли. – Не древесный кот, а простой кот – со Старой Земли. Породы мейнкун (североамериканская полудлинношерстная – прим. пер.).

– Я знаю, как выглядят коты со Старой Земли, Крис, – сказала Мишель резко, не опуская рук. – Не знаю, видела ли хоть раз настолько крупного, но я с ними знакома. А чего я не знаю, так это того, что он делает в апартаментах моей матери.

Вообще то, сейчас и строение и парк при нем принадлежали Мишель, не ее матери, но это был дом Катрины Винтон-Хенке, даже если Мишель и пользовалась большей его частью, когда находилась на Мантикоре.

– Ну, честно говоря, мэм, он мой, – сказал Биллингсли с раскаявшимся видом.

– И когда именно произошел сей монументальный переход в статус отцовства? – немного едко спросила Мишель, когда остальная часть впечатляюще крупного кота появилась в фойе.

– Позавчера, – ответил Биллингсли. – Я… нашел его болтающимся возле Клуба мастер-стюардов. Он выглядел так, как будто ему нужен дом, прямиком направился ко мне и я просто не мог оставить его там, мэм!

– Понятно, – произнесла Мишель, глядя в его бесхитростные и невинные глаза. – Может быть у этой неуклюжей грозы мышей, хомяков, бурундуков и доверчивых маленьких детей есть имя?

– Да, мэм. Я зову его Задира.

– Задира, – произнесла Мишель с кроткой покорностью. – Ну конечно же.

Биллингсли продолжал смотреть на нее как ни в чем не бывало, но это имя предательски выдавало то, как именно этот кот на самом деле попал к нему в руки, подумала Мишель, разглядывая чудовищного кота. Это был первый земной кот, который был сравним с Нимицем по массе. Больше того, Задира был на добрых двадцать сантиметров короче Нимица в целом, и хотя он и был определенно длинноволосым, но далеко не столь пушистым, как древесный кот, что делало его еще более громоздким. Одно ухо несло отметину как будто кто-то отщипнул от него кусочек, а шрам, идущий поперек его дородной спины, оставлял видимый след на его мехе. Еще несколько она заметила на левой стороне его морды. Очевидно, он был бойцом, вдобавок, теперь, когда она задумалась об этом, что-то в нем неодолимо напоминало ей самого Биллингсли. Возможно, располагающая к себе определенно сомнительная репутация.

Она бросила взгляд на своего нового адъютанта, который наблюдал за все сценой с достойным похвалы невозмутимым видом. Однако же глубоко в зеленых глазах Арчера мерцали искорки. Дурное предзнаменование, подумала она. Ясно, что Гвен уже попал под неисправимое очарование Биллингсли.

Возможно, как и один определенный адмирал? задала она себе вопрос

– Ты осознаешь, сколько правил выступают против нахождения домашних животных на борту кораблей Ее Величества? – вопросила вслух спустя мгновенье.

– Правил, мэм? – безучастно повторил Биллингсли, будто впервые слыша это слово.

Мишель начала было говорить, но затем сдалась. Мудрая женщина всегда знает, когда признать поражение, а времени, достаточного для того, чтоб пробиться сквозь кроткое простодушие Биллингсли, у нее попросту не было. Кроме того, не было и желания.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я не собираюсь ни на кого давить, чтоб выбить тебе разрешение таскать этого зверя с собой, – сказала она, стараясь чтоб ее голос звучал как можно тверже.

– О, конечно же, мэм, это я понимаю, – заверил ее Биллингсли без следа триумфа в голосе.

Они удосужились прибыть на 20 минут раньше назначенного срока.

Не самый лучший способ скрыть, что я грызу удила в предвкушении нового назначения, размышляла Мишель, пока их с Арчером препровождали в комнату ожидания. С другой стороны, я думаю, немного поздно пытаться убедить кого угодно, что именно этого я и не делаю. Кроме того, она оглядела просторную комнату, у меня есть время чтоб по достоинству оценить аромат новизны, не так ли?

Последнее расширение здания Адмиралтейства было санкционировано меньше чем через месяц после того, как правительство Высокого Хребта заняло свой пост. Предыдущее было выполнено – вовремя и в рамках бюджета – всего за год до этого дочерней компанией картеля Гауптмана. Очевидно, что правительство, внутренняя политика которого так основательно базировалась на проверенном временем и отлично зарекомендовавшем себя создании подобия активной деятельности, обеспечивавшем ему поддержку, не могло оставить без внимания столь широкий простор для… распила средств. Так что очередное расширение было быстро санкционировано… несмотря на тот факт, что Адмиралтейство Яначека было очень занято сокращением Флота. К моменту своего завершения через несколько месяцев, оно должно было добавить зданию еще 40 этажей и Мишель даже думать не хотелось о том, каков окончательный счет, выставленный Индустриальным Концерном «Апекс».

Может мне и было бы все равно, если бы «Апекс» не принадлежал дорогому кузену Фредди, подумала она.

Не могло быть и речи о том, что кто-то, столь же оппозиционный Высокому Хребту как Клаус Гауптман, получит контракт на строительство. Даже и без своих политических предпочтений, Гауптман был известен за яростное противодействие маленьким шалостям типа искусственных производственных издержек, а его экономисты и бухгалтера были смертью для всего, что даже отдаленно походило на откаты и «удобные» взаимоотношения с коррумпированными политиканами.