Ирина Горбунова - На грани человечности
Скрестились два деревянных меча, две пары босых ног заплясали вкруговую, по щиколотку в рыхлом песке. Лети, фантазия, сквозь пространство и время, быстрей звездолёта, мгновенней телепортации. Строй и преобразуй окружающий мир, как Бог на душу положит. Ибо превыше законов реальности - правила игры.
Нет больше пустынного пляжа на острове Крит - есть пустыня Ранаирская. Нет изящной беседки в ионическом стиле - есть руины града Ранаира. Нет двоих подростков-землян, девчонки и мальчишки - есть сестра аризианка и ширденский лорд.
И нет Конфедерации, дома-Вселенной, семьи-Человечества - есть Священная война, до первой крови, до последней крови... не увлечься бы до полного самозабвения!
Джошуа начинал теснить Суламифь, пользуясь преимуществом в возрасте, росте и весе. Оба фехтовали отточено, и оба владели Силой; но не во всём равны возможности.
- Смелей же, сестра! Вспомните, что перед вами - сиргентец, еретик, враг Веры Истинной!
Думал воинственным призывом подбодрить соперницу. Добился противоположного результата: вдруг она опустила меч, а там и вовсе из рук выронила. И тень набежала на лицо
- Что ж вы? - Джошуа ещё пытался спасти игру. - Неужто аризианка доблестная сиргентскому язычнику покорится?
-Неужели и правда придётся - так? Переступить через кодекс чести конфедерата и взамен получить вражду? - эхом отозвалась Суламифь.
Смирившись, опустил меч и Джошуа. Присел, скрестив ноги, на горячий песок. Концом самодельного клинка принялся чертить нечто маловнятное, отчего-то испытывая смущение.
- Нужно же вживаться в эпоху, если уж работаешь наблюдателем, - предположил не совсем уверенно.
- Зачем же тогда нас воспитали конфедератами?
- Ну другие-то совмещают "легенду" с истиной?
- Вот они и срывюется на зыбкой грани. Потом до конца жизни оправиться не могут.
Слишком пристально Суламифь вглядывалась не в глаза друга - в море. Словно там, в лазурной дали, таилось однозначное разрешение всех тревожащих её вопросов.
И Джошуа отложил меч, растянулся на песке во весь рост. Бездумно созерцал, как неистовствует зрелое южное лето. Над головой небосвод - звенящая, как колокол, высь. Впереди залив - привольная, безмятежная гладь. Позади лесопарк - настоящие рукотворные джунгли, совсем почти скрывшие школьный городок. И песок пляжа белизной соперничает с беседкой у самой пенной окаёмки волн; и, кое-где, сквозь океан листвы белоснежно проблёскивают купола школьных строений; и в небе сварливые белые чайки - и солнце, тоже раскалённое добела.
Пронзительно-синее, буйно-зелёное, ослепительно-белое - казалось, во вселенной нет ничего, кроме этих трёх красок в предельном своём выражении.
Заслонив солнце, над Джошуа склонилось испытующее лицо Суламифи. Смуглое, точёное лицо, великолепного семитского типа. На славу постарались генетики в галактическом Центре Клонирования... впрочем, разве не добросовестны они - всегда?
- Мне кажется, что всё-таки проще будет вживаться среди аризианок, - проговорила Суламифь задумчиво.
- Лами, Лами. - Джошуа улыбался с мягким укором. - Что за странная у тебя иллюзия: аризианки - хранительницы всех знаний на Элкорне, и всей тамошней человечности впридачу? Среди них куда больше простых наёмниц, поверь.
- Далеко не все, Джош. - Суламифь, похоже, старалась сама себя убедить - Даже настоятельница их Аризия... перед нею я преклоняюсь. Если она сменит того одряхлевшего ортодокса, Владыку Тарлу - за Льюрское королевство можно будет только порадоваться.
- Кто-то ещё придёт к руководству ордена, на смену матушке Аризии. - Джошуа вздохнул.
Суламифь уже присела с ним рядом, зачерпнула горсть разогретого солнцем песка. Тоненький белоснежный ручеёк просочился меж её пальцев: каждая песчинка уносила с собой частичку реального времени.
- Возможно ли вообще примирить ложь "легенды" - с кодексом чести конфедерата? - шепнула тихо, почти безнадёжно. - Историческую целесообразность - неизменно жестокую! - с милосердием, с любовью ко всему сущему?
Воистину, вечный вопрос. Попробуй-ка, юный этшивел Джошуа Сингх, дать исчерпывающий ответ, отныне и на века.
Заслужишь признательность всех будущих поколений - и пожизненный пост главы Совета Чести и Права...
...Молодой кутила, верный рыцарь леди Текеланы, отчалил от своей компании, нетвёрдым курсом направился к трём сарнийкам, заядлым картёжницам. Был в игру принят с ходу, с дорогой пиратской душой. Приятели-лоботрясы следили за смельчаком с дружным интересом, пересмеивались, подначивали. Видно, посулил, правоверный, обыграть "сарниек нечестивых" шутя и неоднократно, и каждую победу посвятить даме сердца.
- Полагаешь, Лами, я стал излишне компетентен, и недостаточно человечен? - Грусть сквозила в словах Джошуа.
- "Легенда", - отозвалась Суламифь неопределённо.
- Предлагаешь выпить за то, чтобы сказку ненароком не сделать былью?
- По крайней мере, тебя едва ли причислят к тайному ордену Хаффеш. Меня же обвинили уже в сопричастности ко всем ересям, крамолам, шабашам и поветриям, имеющим место в мире далуорском. А с другой стороны, готовы и в ранг святой возвести. Равно некомпетентно. Но - иначе не могу.
Рука Джошуа вернулась с ладони Суламифи на кружку с элем. Выпили ещё. Парень, подсевший играть к сарнийкам, нервничал дальше - больше. Со стороны его собутыльников участились смешки.
- Что ж посольство ваше? с войной, с миром? - полюбопытствовала Суламифь.
- Скорей с миром. Уже и в Академии Прогресса полагают, что Священная война изжила самоё себя. - Джошуа улыбнулся каким-то воспоминаниям. - Владычица ваша - женщина благоразумная и обаятельная. Да и королева...
- С отцом Одольдо ты также познакомился бы не без удовольствия. Но тот уже отбыл на острова Меранские. Тоже с миссией доброй воли.
- По счастью, король Ширденский ещё на Меран не зарится.
- Кстати, что делал высокородный посол в столь неаристократическом квартале Льюрона? - Лукавство, быть может, вышло у Суламифи вымученным.
- Одну сестру аризианку ожидал. Ту, которую приютил некогда в своём родовом замке, - отшутился всё ж Джошуа.
- Дабы она удачи вашему посольству пожелала, и благословила его именем Веры своей еретической? Отпираться не стану. Не хотелось бы повстречаться с тобою, как с врагом, на поле брани.