Minor Ursa - Реализаты (СИ)

Одновременно с их небольшой, странной, но всё же уже почти семьёй, в Прагу прибыла очередная разношерстная делегация: близнецы-телепаты, Роберт, Джош и два смешливых детёныша-морфа.

Маленькие морфы ни капельки не были похожи на морфов, — обыкновенный мальчик и обыкновенная девочка. Впервые увидев их обоих — так неуловимо, но всё же так бесспорно похожих на Аю, Бенжи даже подумал, что только по причине этой схожести готов любить их, этих морфов, всех — не меньше, чем любилась Ая.

И озадаченно усмехнулся, удивившись собственным мыслям.

— Ахой, — сказал маленький рыжеволосый мальчик. — Я даже не очень знаю, как себя вести, когда машина смеётся.

— Да, собственно говоря, так же, как и в случае, когда смеётся кто-либо другой — как обычно, — пожала плечами Ая. — Хуже, если машина плачет.

Девочка, до этого внимательно разглядывавшая насупившегося Мэтта, встрепенулась и подняла зелёные глазёнки на Бенжи:

— Но ведь машине нечем плакать?

— Нечем, — согласился Бенжи.

Девочка была так похожа на Аю, что будь ему чем плакать, он бы заплакал.

— Кхм… Ну, что ж, — подал голос один из близнецов. — Все причастные лица в сборе, так что, видимо, можно начинать.

Реализаты и маленькие морфы переглянулись — начинай: личное присутствие ни для кого из них не было обязательным.

— Кхм, — вслед за первым прокашлялся и второй близнец. — Как представитель расы людей, обладающий даром телепатии, и, вследствие этого, наделённый должностным правом принятия решений, официально заявляю — планета Земля в лице Генерального комитета Организации объединённых наций и планета Хаффа в лице её представителей, в дальнейшем именуемые Сторонами, выражают желание развивать отношения, основанные на взаимном уважении, и отмечают необходимость долгосрочного сотрудничества. Сотрудничество между сторонами заключается в следующих формах…

Близнец оглядел присутствующих, и под этим задумчивым взглядом неожиданно для себя самого Бенжи внезапно понял, что в произнесении решения вслух нуждаются только Аины родители, Мэтт, и, к большому его сожалению, он сам.

— Консультации и рабочие встречи между Сторонами в течение одного местного астрономического года, проведение конференций, семинаров и симпозиумов по актуальным для Сторон темам, а также, по истечению вышеуказанного срока, взаимный обмен несовершеннолетними наблюдателями.

— По согласию сторон могут развиваться и другие формы сотрудничества, — нежным детским дискантом сказала девочка-морф.

— Безусловно, — улыбнулся ей молчавший до этого Роберт, и улыбка его вышла скорее волчьей, чем человеческой. — Направляющая сторона, принимающая сторона… А, может, хватит высиживать не пойми что, как высиживают веками эти скорбные головою? Мы с Джошем хотели бы пригласить фройляйн на Альфу.

Джош задумчиво потёр кончик носа, скосил глаза сперва на Роберта, затем на девчушку и сказал, обращаясь не столько к нему, сколько к ней:

— Дада, ровно неделю назад мы проспорили до хрипоты всю ночь на тему о том, зависят ли значение и смысл различных знаковых форм — да и вообще сама идея "обозначения" — от различий в способах взаимодействия существа с миром. Так что, для начала, если бы Вы согласились принять предложение и посетить нашу скромную ярангу, мы все могли бы считать это конференцией по актуальной для обеих Сторон теме. Или семинаром. Как Вам больше нравится.

— С удовольствием, — ничуть не смутившись, басом ответила крошка.

Бенжи торопливо оценил быстро меняющиеся вводные данные и развернулся к близнецам:

— Надеюсь, в свете последних событий процедура регистрации моего челнока как частного судна пройдёт и проще, и в более сжатые сроки?

— Да.

Андроид оглядел присутствующих и на секунду почувствовал себя если и не реализатом, то, по крайней мере, временным центром тяжести:

— Тогда я бы хотел предложить свои услуги.

Ая проснулась в ужасе от того, что дом двигался.

Движение было чуть заметным, слабым — слегка покачивалось висевшее на стене в углу бра, стилизованное под навесной уличный фонарик, еле видимое в темноте на рыжей стене.

Тело среагировало быстрее головы и подняло дыбом всё, что могло считаться волосами. Ужас накатывал волнами — не только голова, но даже руки и спина пытались поднять дыбом растущий на них пушок. У тела почти не было веса. Воздух начал реализовываться в большое, холодное, живое одеяло, сгустился у кровати, мешая дышать, и трогал Аю за плечо. Проснись, Ая! Проснись!

Самым странным в этом кошмаре было то, что спавшая с ней под одним одеялом и гревшая её чёрная длинноногая кошка тоже проснулась, но только спокойно и недовольно — потянулась затёкшими тонкими лапами, муркнула и перевернулась на другой бок.

Дом по-прежнему качало. Он полз. Ужас леденил Аино тело. Она слышала плавный ход дома, дёргалась в держащих её невидимых липких лапах и пыталась поднять голову. Показать, что не спит. Больше не спит.

В закрытую дверь колотили — дверь ходила ходуном, за дверью была паника. И внутри у Аи, в душе, тоже была паника. Она вдохнула поглубже, вцепилась руками в кровать, изо всех сил пытаясь повернуть вспять реализацию. И воздух у её кровати умер.

Ая вскочила, рывком сбросила с себя одеяло и подбежала к окну.

Дом плавно качал боками, ворочался, показывая ей, куда он приполз, и, в конце концов, присел и затих, колыхая мягким зелёным брюхом. В окне был обрыв. Там, далеко внизу, переливались бирюзовым водяные террасы Низины, а в чёрном небе над террасами огромной круглой сине-зелёной каплей висела Земля.

— Мама, папа, я больше не сплю, — выдохнула она, и барабанить в дверь перестали.

— Ая, у тебя всё хорошо? — это мама.

— Да, мама. Да. Спасибо. Идите спать, — Ая уткнулась лбом в холодное стекло.

Всё в порядке, девочка, молча сказала она сама себе и попыталась улыбнуться, бывали времена и похуже.

Она нашла Бенжи сидящим на ступенях старой заброшенной станции и присела рядом, на поросший травой металл.

— Весёлый у меня сегодня выдался подъём.

— Случилось чего? — не понял Бенжи.

— Гадость какая-то случилась, и я даже не знаю, откуда она проросла.

— Расскажи.

Бенжи слушал одновременно и её, и висящий высоко вверху гравитатор, гудевший в почти неслышном диапазоне, смотрел на Аины ноги, на тонкие зелёные перья травы, на изъеденный временем металл и молчал.

— А… — резюмировал он, когда она наконец закончила. — Ясно. По-моему, это — вполне здоровое желание контролировать ситуацию. А я тут, пока ты спала, сам с собой переливанием из пустого в порожнее баловался. Вышло анапестом и в рифму. Хочешь?