Марти Бурнов - Император всего

Бертель и двое из беженцев выскочили наружу. Фарадан, стараясь не лезть на рожон, шел за ними. Хардильеры переговаривались между собой, покуривая какую-то дрянь, и совсем не ожидали нападения. Парочка солдат и вовсе сидели на земле, побросав рядом оружие. Они и еще один погибли первыми, даже не успев понять, что с ними случилось. Четвертый, прежде чем упасть замертво, несколько секунд удивленно рассматривал обугленную дыру у себя на груди. Остальные успели попадать на землю и принялись отчаянно отстреливаться.

— Назад! — скомандовал Фарадан и отскочил к яхте.

— Нет! Добьем их, пока они не связались с остальными!

— Да черт тебя дери! — Фарадан бросил гранату, которую приберег на крайний случай.

Раздался взрыв, послышалось несколько стонов, сверкнуло несколько выстрелов и все стихло.

— Все? — спросил Аскилт, подходя к Фарадану. В его руках был нож, что раньше принадлежал лейтенанту — садисту.

— Надеюсь, — Фарадан опустил оружие.

Сзади послышался легкий шорох, и прежде, чем Фарадан успел вновь вскинуть пистолет и повернуться, Аскилт резко дернулся, разворачиваясь назад. Мгновение спустя, Фарадан наблюдал, как пиратский нож в руках гвардейца входит в живот хардильерского солдата. Аскилт и сам наблюдал за этим словно со стороны, с удивлением уставившись на нож, а затем на агонию хрипящего у своих ног солдата.

— Ваши шансы были на равных, — Фарадан указал на здоровенный тесак, что держал в руках убитый. Видимо, его оружие полностью разрядилось, и он решил попросту прирезать недотеп, что стояли к нему спиной. — Но, тем не менее, я у вас в долгу, генерал.

Впервые обращение "генерал" прозвучало без насмешки.

— Да ладно, Фарадан, это мы у вас в долгу, — безобразно ковыляя, из трюма показался Гитон.

— Что дальше? — подошел Бертель.

— Надо сматываться! Мой истребитель рядом.

Бертель кивнул и поплелся вслед за Фараданом. Он был очень расстроен. В этой схватке он потерял еще двоих людей из своего отряда.

Фарадан тоже был расстроен: чьи-то мозги заляпали его безупречный мундир.

Под проливным дождем искореженный истребитель, подпрыгивая и заваливаясь, совершил посадку на главном космодроме Арридона — столице Консорциума Хардильеров. Не попав на взлетную площадку, он скрежетал по полю, пока не остановился, упершись в ангар. Группа военных во главе с лейтенантом службы безопасности поторопились к нему, держа оружие наперевес. Они остановились и заняли позицию у входного шлюза. Время шло, шел ливень, а из истребителя никто не выходил.

Не выдержав, вконец промокший лейтенант ударил по шлюзу прикладом. Шлюз открылся, выпустив облако сиреневатого дыма. На пороге стоял министр Эль Мизар.

— Ну и мерзкая тут у вас погодка, — поморщился министр.

— Президент Консорциума Сальм Алан приказал доставить вас…

— А… Я понял! Вы хотите подержать мой зонт! — не дослушав, прервал его Эль Мизар.

Лейтенант осекся и услужливо раскрыл зонт над головой министра.

— Простите, министр… — вновь начал лейтенант.

— Минуточку, — Эль Мизар вытащил свою трубку и принялся набивать ее зельем. Затем он неторопливо раскурил ее и с наслаждением затянулся. — Вы, наверное, хотите проводить меня к президенту Консорциума?

— Так точно! — обрадовался лейтенант.

— Так чего же мы ждем?..

— Что происходит, Эль Мизар? — президент Сальм Алан нервно вышагивал по своему огромному, роскошному кабинету. — Дангары повсеместно нападают на нас! Их главнокомандующий Одирон в бешенстве. Он кричит, что война началась, и обвиняет в этом нас. Это, якобы, наш крейсер уничтожил их истребители! — он затравленно посмотрел в огромное панорамное окно, как будто опасаясь увидеть за ним дангар. — Еще он обвиняет нас в том, что мы якобы похитили у них наследника Каберонской империи, которого его доблестные воины взяли в плен.

— Одирон всегда в бешенстве и всегда что-нибудь кричит. И, как правило, всякую чушь. Не хотите закурить? Вам срочно надо снять стресс, — Эль Мизар, как ни в чем не бывало, протянул свою трубку.

— Я перевернул весь Консорциум вверх дном, никто ничего не слышал о наследнике. Так куда же он делся?! Не дай бог, гибель наследника сейчас повесят на нас! Вы слышали, что творится на Кабероне?! Это партизанская война! — президент нервно выхватил трубку и затянулся. — Немедленно берите свой крейсер и решайте эту проблему! Вы столько лет выручали нас. Война с дангарами сейчас абсолютно ни к чему!

Эль Мизар медленно затянулся и выпустил струю сиреневатого дыма:

— К сожалению, я не могу взять свой крейсер. Его угнал мой адъютант.

— Не беда. Я дам вам новый крейсер. Лучший крейсер, только сделайте что-нибудь!

— И еще мне понадобится новый адъютант, — Эль Мизар знал, что к нему все равно приставят кого-нибудь, чтобы следить, поэтому было лучше попросить об этом самому. — Насчет наследника я бы пока не переживал. Если кто-то похитил его у дангар, то, по крайней мере, дангары не смогут сами убить его и свалить вину на нас.

— Точно, Эль Мизар, точно, я как-то об этом и не подумал, — президент вновь затянулся, явно с облегчением.

— Теперь насчет того, кто пытается развязать войну. У меня есть доказательства того, что дангары пытались меня уничтожить. Взгляните на мой истребитель! Проверьте записи бортового компьютера.

— Надеюсь, вы не пострадали? — президент озабочено посмотрел на Эль Мизара, он боялся потерять своего лучшего дипломата, зная, что удачно переговоры с дангарами больше не сможет провести никто. — А кстати, где вас носило все это время?

— В некотором роде, я был в плену. Мерзавец Фарадан взял меня в заложники и отпустил, лишь получив от меня письменные гарантии полной неприкосновенности. От вашего имени, конечно.

— Вот, подлец!

— Да, мерзавец, каких свет не видел! — сокрушенно покачал головой Эль Мизар.

— Ну да ладно, с этим разберемся потом. Вы готовы к переговорам прямо сейчас?

— Боюсь, что нет, — министр покосился на свой мундштук, — лучше бы подождать до утра. После всего случившегося, хотелось бы немного передохнуть.

— Конечно, конечно… — Сальм Алан смотрел на министра с надеждой. — Идите, и ни о чем не беспокойтесь. Я все подготовлю к вашему вылету.

Эль Мизар отправился к себе. Он побродил по кабинету, затем подошел к окну и отдернул шторы. Сквозь струйки воды, стекавшие по стеклу, разными цветами светили ночные огни Арридона. "Интересно, как будет выглядеть мой кабинет на Кабероне… и какой будет вид из окна?" Взгляд упал на письменный стол. Его изящная форма и утонченная резьба, как и прежде, радовали глаз. За долгие годы он так привык к этому столу, что стал считать какой-то частью себя. От расставания на глаза навернулись слезы. "Эх, жаль, нельзя забрать его с собой! Хотя… может быть, потом удастся как-нибудь его отсюда выудить".