Дмитрий Сиводедов - Случайный шаг

— Давай, поднимай перегородку, — послышался голос Мелисы из динамиков скафандра.

— Да да, один момент, — переключив подошвы на магнитный режим, когда они цепляются к полу, я неспешно зашел в шлюз, дернул за ручку и услышал через внешние микрофоны:

— В доступе отказано!

— Открыть шлюз! Доступ согласно протоколу Д-9, - как упоминалась раньше, протокол подразумевал капитанские полномочия для любого находящегося на борту человека во время катастрофы.

— В доступе отказано, причина: вы не аттестованы как спасатель категории II или выше, — металлическим ровным голосом сообщил корабль.

— Отлично, просто отлично… — недовольно пробурчал я, злясь на самого себя.

Ремонтируя обшивку и перепрограммируя датчики квантового поля на использование аномалии третьей планеты в качестве ориентира, я как-то и не задумывался, что тем самым привожу корабль в порядок, а запуск атмосферы стал критической точкой — бортовой компьютер больше не считал ситуацию настолько критической, чтобы позволять постороннему отдавать приказы.

— Мелиса, у нас проблема с открытиям дверей, капитанского доступа меня лишили, — сообщил я, раздумывая, в каком из отсеков оставил плазменную горелку — похоже придется резать еще раз.

— Ну вот, начинается… Ты не собираешься ведь дырявить входную дверь?

— Эээ… Вообще-то, я так и хотел сделать, — а руки уже сами нашли рычажок активации потока частиц.

— Эх, вечно вы мужчины так поступаете — давай работай, но чтобы на станции и царапины не осталось!

— Мне нужно пять минут! — в разрезании всей двери не было необходимости, так как вполне можно обойтись и петлями. Теперь на судне стало еще на одну серьезную пробоину больше из-за упрямства железа.

Все про все заняло обещанные пять минут, но Мелиса успела переодеться из длинного платья в скафандр и теперь ожидала меня в закупоренном с внутренней стороны шлюзе. Ради безопасности она опустила забрало шлема и провела герметизацию костюма.

— Пойдем? — кокетливо спросила Мелиса, щеголяя в белоснежном скафандре.

— Да, надо поскорее закончить с этим, пока тут еще чего-нибудь не сломалось, — находиться на разваливающемся корабле, когда он сам не осознает этого и не дает собой управлять — мягко говоря, рискованное занятие.

— Об этом ты должен беспокоиться, а меня пациент ждет.

— А времени на пробуждение сколько понадобится?

— Минут десять, если все пройдет без осложнений, в противном случае ей может и пару суток придется провести в капсуле.

— Долго…

— Не беспокойся, при замораживании на столь короткий период с организмом ничего не должно случится, — утешила меня Мелиса, заметив легкую дрожь в голосе.

— Будем надеяться.

Вскрыв еще одну перегородку, мы оказались в небольшом помещении с матовым саркофагом в центре. Все огоньки были зелеными, кроме желтого индикатора выполнения программы — тот указывал, что первоначальная процедура заменена на анабиоз, а красных показателей вообще не имелось.

— Поехали, — Мелиса приложила руку с вшитым идентификационным чипом к кнопке открытия и просто нажала на нее.

— И все? — в ответ на такое простое действие капсула еле слышно загудела и начала процедуру пробуждения.

— Да, моей помощи здесь не требуется. Пациентка абсолютно здорова, — пробурчала Мелиса, с интересом смотря на диагностический экран.

— Что-то не так? — чрезмерное внимание к ровным показателям меня насторожило.

— Нет, все хорошо… — задумчиво прошептала Мелиса, набирая какие-то команды.

— А что ты тогда делаешь? — руки Мелисы прямо порхали над пультом управления.

— Подробную диагностику… Состояние тела просто идеально… Такого не бывает! — теперь Мелиса с головой ушла в результаты сканирования.

Более не отвлекая работающего врача, я смотрел на капсулу. Вот раздался короткий писк, и пластиковая крышка отъехала в сторону. Внутри капсулы лежала хрупкая девушка, почти подросток, с золотистыми волосами. Вытянутые в улыбке губы и тихое ровное дыхание создавали впечатление умиротворения и спокойствия — словно она действительно принцесса из сказки. Вот Кия дернула короткими ресницами и открыла темно-фиалковые глаза, хотя время пробуждения еще не пришло. Стоило только ей сосредоточить взгляд на мне, как мирная улыбка превратилась в звериный оскал. Следующее действие произошло столь стремительно, что глаза еле успели различить неожиданный прыжок и последующий за ним удар в грудь. Гибкий и мягкий скафандр не смог защитить меня, поэтому тело залила нестерпимая боль, и мозг незамедлительно отключился…

— Три ребра… Нет это тоже… Режу… — сквозь назойливый шум в ушах мозг выцепил часть диалога.

— Придется имплантировать… — сознание то проваливается в пропасть, то возвращается назад.

— Эта часть тела больше не нужна… На выкид… — обрывок фразы заставляет меня встрепенуться и собраться — отчаянно неохота терять какую-то часть тела, но очередная волна уносит разум в пучину.

— Все, успех… Теперь займемся телом… — последняя фраза, услышанная в тот день.

— А Грей-то поспать любит, в отличие от тебя… — разбудил меня мягкий женский голос.

— Ничего… От этого тоже вылечим… — пообещала молодая девушка.

— Так, пациент проснулся. Грей, слышишь меня? — спросил первый голос, в котором я опознал Мелису.

— Арррр… — пересохшее горло издало непонятные звуки.

— Расслабься и не напрягайся… — посоветовала девушка, исполняющая сейчас обязанности лечащего врача.

'Легко сказать расслабься! Тело-то я не чувствую!' — ниже шеи словно наложили мощную анестезию.

— С тобой все хорошо. Тебя прооперировали, и теперь ты идешь на поправку, — Мелиса продолжила успокаивающий монолог.

— Так, давай проверим рефлексы тела. Моргни каждым глазом по разу.

— Арр… Арр… — стоило приподнять веки, как из глаз брызнули слезы боли — яркий свет потолочных ламп буквально ослеплял.

— Повышенная светочувствительность… — заволновалась незнакомка.

— Вижу, надо исправить… — отозвалась Мелиса и стала стучать по клавиатуре.

— А обезболивающее?

— Зачем? В отличие от тебя, он хорошо зафиксирован… — буркнула Мелиса и продолжила размеренно набирать команды.

'Чего?!' — я попытался как-то дернуться и издать хоть какой-то протестующий звук, но анестезия с большей части тела никуда не делась, и мне оставалось только хлопать глазами.

'Черт, черт!!' — в голове поднялась паника. Категорическая непереносимость боли и так сильно попортила мне жизнь, сейчас же может ещё и убить!