Николай Раков - Человек без прошлого

— Когда мы уходили, я вновь получил картинку от кошки. Точнее, от ее хозяина. Он передал, что они не уйдут и утром будут с нами.

— Вот видишь, все идет хорошо, — не отреагировав на то, что Дин сразу не рассказал ему о ментальной передаче, произнес Клест.

Еще часа три они просидели над своим письмом, обсуждая различные варианты. В конце концов пришли к выводу, что отсутствие знаний местной психологии и традиций может резко отличаться от известной им и обращение должно быть кратким, отражая только мирные намерения. Просьбу о помощи решили исключить, исходя из своей психологии. Слабый просит. Сильный предлагает, отдает.

В лобовой бронеплекс они наблюдали ритуал, проведенный хозяевами планеты глубокой ночью. Костер почти потух и не освещал площадку, поэтому, когда Руг заметил передвижение аборигенов, он сразу надел шлем и активировал систему ночного видения. Альбрайт присоединился к нему.

Четверо аборигенов расположились по кругу, скрестив перед собой согнутые в коленях ноги. Раскрытые кисти рук ладонями вверх были положены на внутренние стороны разведенных бедер. Головы с закрытыми глазами подняты вверх. В такой позе они оставались минут двадцать. Окончив ритуал, они улеглись в ряд прямо на камнях и больше не меняли своих поз. По всей видимости, уснули.

Десантники обсудили увиденное, но так и не пришли к определенному мнению. Действия хозяев планеты могли быть как религиозным ритуалом, так и физическим упражнением, способствующим разрядке и накоплению сил. Возможно, это был сеанс ментального или какого-либо другого вида связи.

В конце концов, решив, что утро вечера мудренее, они прошли в боевое отделение бота и, раскинув кресла, провалились в глубокий, но чуткий сон.

Когда первые лучи местного светила скупо проникли в ущелье, разогнав тьму, и просочились через бронеплекс в кабину, десантники как по команде проснулись.

Наступили третьи сутки их пребывания на планете.

Одного взгляда было достаточно, чтобы сказать, что хозяева планеты — ранние пташки. Костер уже горел под своеобразным котлом, над которым курился белый парок. Вода закипала. Хозяева, как и вчера вечером, сидели у костра лицами к вездеходу.

Подойдя к костру, Альбрайт жестом попросил разрешения присоединиться к сидящим и получил короткий кивок проводника. Руг присел на гальку, а Дин, сделав еще шаг вперед, протянул над костром лист пленки с составленным ночью обращением. Проводник поднялся, взял лист и, прочитав сообщение, приложил пальцы ко лбу. Не проронив ни слова, он сделал жест, предлагая Альбрайту сесть, и сам опустился на свое место.

Кипяток пили в молчании.

Десантники, побывав по меньшей мере на десятке планет, знали, что некоторые народы соблюдают установленные церемонии молчания при употреблении священных напитков, таких как чай, винник, блюм. Когда с чаепитием было покончено, члены команды проводника без какого-либо видимого приказа поднялись с мест и унесли в полумрак ущелья котел и своеобразную треногу. Костер был залит остатками кипятка.

Вновь собравшись вместе, аборигены выстроились за спиной проводника. Обведя всех присутствующих взглядом, тот жестом руки указал на вездеход, а потом сделал жест вдоль ущелья.

— Нас, по-моему, взяли в команду и предлагают двигаться дальше, — прокомментировал Клест.

— Мне кажется, в этом и состояла наша цель, — ответил Альбрайт и сделал приглашающий жест в направлении бота.

В полном молчании группа быстро погрузилась в вездеход.

Для удобства проводника Дин сдвинул одно из кресел, расположив его между своим креслом и креслом механика, но немного позади, и указал на него проводнику. Когда все пристегнулись, отдал команду начать движение.

Покинув сумрачное ущелье, они в течение пяти часов двигались по горам, то взбираясь по крутым тропинкам вверх, то спускаясь в глубокие ущелья. Периодически проводник указывал направление и Клест разворачивал машину то вправо, то влево, когда наконец поступил знакомый сигнал остановки.

Вездеход замер перед широким языком старого оползня. По сторонам от него взмывали вверх вертикальные стенки скал. То здесь, то там между валунами сошедшей сверху каменной осыпи росли кусты и пробивалась зелень травы.

Проводник жестом объяснил Дину, что один из его людей должен выйти из машины. Альбрайт прошел в боевое отделение и открыл шлюз. Абориген выпрыгнул на камни, обошел вездеход и вскоре скрылся впереди за нагромождением камней и скал.

Ожидание длилось около получаса. Десантники понимали, что цель их похода достигнута. Разведчик ушел предупредить соплеменников в тайном убежище, что отряд возвращается с гостями и надо приготовиться к встрече.

Когда впереди на скалах появилась знакомая фигура и подняла вверх руку, проводник тронул за плечо Клеста. Вездеход двинулся по краю языка осыпи. Дальше проход между скалами стал сужаться и, пройдя узость, машина оказалась окруженной со всех сторон кольцом скал. Двигаться дальше было некуда.

Клест вопросительно повернулся к проводнику. Тот указал рукой в верхнюю часть лобового бронеплекса. Подняв глаза в указанном направлении, десантники на высоте двадцати метров увидели нависающий сверху скальный козырек. Его верхняя часть представляла собой площадку. Дальше в скале темнел вход в тоннель, явно искусственного происхождения.

Опустив палец, проводник указал на выемку, находившуюся у подножия одной из скал, явно предлагая поместить в нее вездеход.

— Что, командир, — обратился Клест к Альбрайту, — может, покажем местным товарищам, на что мы способны?

— Ты уверен, что бот войдет в тоннель?

— Войдет без проблем. Я думаю, предбанник у них большой, а дальше видно будет.

— Сейчас спросим разрешения у хозяев.

Альбрайт стал жестами объяснять проводнику, что хочет поднять машину наверх. На что получил отказ и жест непонимания, как это можно сделать.

— Ладно. Давай помалу наверх, только без твоих прыжков и прочих фокусов, — скомандовал Дин.

— Какие фокусы, командир. Доставим в лучшем виде. Лифт к вашим услугам, господа, — проговорил механик и с этими словами двинул машину к вертикальной стене.

Ни на секунду не прерывая движения, передние щупальца ходунка вытянулись вперед, укрепились на стене и начали подтягивать машину вверх. Несколько движений — и по вертикальной стене пополз огромный паук. Через две минуты восхождение закончилось. Вездеход стоял на площадке перед входом в тоннель.

Дин обернулся. Рубленые черты лица их проводника отразили эмоции удивления и восторга. Трое встречающих на площадке отскочили в стороны и прижались к скале по обеим сторонам жерла тоннеля. Машина сделала еще несколько шагов и прошла в сумрак искусственной пещеры. Вход в тоннель начал медленно закрываться опускающейся сверху плитой.