Анатолий Шинкин - Космические перевозчики

– А ты, по-любому, будешь философствовать, и я уже не знаю, что хуже? Серега, – я оглянулся, но моего второго пилота в доме не было. Скрылся втихомолку. – Надя, ты слушаешь, – я тронул мочку уха.

– На связи.

– Зарядите пушку и включите круговой обзор. Сереге люк не открывать. Федор.

– Слушаю, – забасил в ухе голос Федора.

– Если появится Серега, пусть померзнет у входа, до нашего возвращения. Проверь груз в кластерах.

– На предмет?

– Начальство не перебивай. Поищи, нельзя ли чем вооружить наш звездолет, но сначала проверь, заперт ли шлюзовой люк.

– Уже бегу.

– Андрей, у нас Светка сбежала, – голос Нади срывался от волнения.

– Надя, заприте люк и никого не впускайте. Похоже, наши вторые пилоты собираются угнать один из транспортов. Прямо, хоть на охраняемую платную стоянку космолет загоняй… Федор?…

Федя Боцман молчал.

– Леха, пулей на корабль, останови Серегу и Светку.

Леха с бластером наперевес рванулся к выходу, Сашка дернулся было следом, но я придержал его за плечо.

Ситуация начала принимать оттенки драматичности. Светка с Серегой решили захватить корабль, остается понять, зачем? В ухе запел скайп, и сразу зазвучал голос Лехи:

– Андрюха, здесь толпа с зелеными ленточками агрессивно митингует на предмет государственного переворота. К кораблю не пройти.

– Возвращайся. Мы выходим.

Я оглядел присутствующих: Неэль, два его брата, крепкие тридцатилетние ребята, Нэлька и Сашка, с бластером в руках.

– Пошли, – я машинально проверил "рожок" Калашникова, поставил оружие на предохранитель и забросил автомат за плечо. – Ищущий согласия, находит согласие и дружбу, ищущий драки – ее и находит.

В конце улицы гужевалось множество спин, поминутно вскидывающих кулаки вверх, в ответ на истеричные выкрики яростно искаженной усатой морды моего бывшего компьютерщика. Рядом с ним решительно оглядывались второй пилот и механик брошенного майором экипажа, не плохие, помнится, ребята, но, очевидно, прониклись "революционными" идеями амбициозного подонка. Вокруг кучковались полтора десятка плотно сбитых аборигенов, высматривали в толпе нелояльных лидеру.

– Дрю, – Нэлька настойчиво дергала меня за рукав, – они нас свергнут?

– Не напрягайся, – я приобнял ее за плечи и наклонился к лицу. – Пока цезарь сохраняет спокойствие, свалить его трудно, а твой батя образец невозмутимости.

Действительно, Неэль смотрел на беснующуюся толпу не просто спокойно, а даже равнодушно. Из-за угла дома вывернулся Леха и подбежал к нам.

– Сейчас обхохочетесь, – его черные глаза сверкали от возбуждения. – Угадайте, кто "направляющая и движущая сила" здешней революции?

– Только не надо говорить, "все беды от Земли"…

– Почти угадал. Наш генерал Иванофф. Платит и заказывает музыку, и собирается "потанцевать" в свой карман планету Приют Путника, а братья-вегетарианцы у него в шестерках. Налицо революция как частный случай всеобщего озлобления, а в каждой революции есть своя музыка – лейтмотив хаоса, или сметающего урагана.

– Заурядный "бархатной" сценарий, – Леха уже начал надоедать со своими затянутыми псевдо философскими периодами. – Проплаченные, прикормленные активисты, пользуясь пассивностью населения и толерантностью власти, создают видимость общественного мнения и, с букетом роз и ножом в кармане, предлагают правителю уступить трон. Ничего нового придумать не в состоянии: разоряют планету, берут ее за бесценок, а потом начинают стричь купоны, – я повернулся к Неэлю. – все понятно? Пожалуй, вам следует наплевать на демократию и собрать свою конницу.

Неэль кивнул и повернулся к братьям, сказал им несколько слов. Парни вскочили на своих крылатых конов и умчались вдоль улицы. Мы быстрым шагом двинулись к бунтующей общественности. Наука толпы давно изучает. В нашем случае толпа голосящих создана точно по науке.

– Алексей, припомни раздел из учебника психологии о работе с толпой.

– Обезглавить, напугать, взять под контроль, возглавить, – отчеканил Леха.

– Короче!

– Ошарашить и озадачить.

– Тебе поручаются второй пилот и механик. Алексей, здоровые ребята из охраны – твои. Только постарайся не калечить. Справишься?

– Командир! – Сашка радостно развернул плечи. – Я со всей нежностью.

– Пошли. Неэль, продумайте речь для подданных.

Толпа расступается перед решительными людьми – аксиома, мы без помех дошли до пригорка, с которого витийствовал продвинутый вегетарианец, охрана попыталась выстроиться перед ним, но стушевалась под взглядом, да еще Сашка погрозил указательным пальцем, наполовину отогнув его от пудового кулака.

Я подошел к бывшему компьютерщику, снял с плеча автомат и врезал прикладом между бегающих глаз. У меня из кармана выпал лазерный револьвер, но наклоняться за ним нельзя. Я предупреждающе поднял ладонь в сторону зароптавшей толпы. Эффект неожиданности сработал, но нужно еще подержать паузу, перенастроить революционную толпу на спокойный разговор. Одно неверное движение, и нас сомнут, растерзают.

Толпа смотрела на меня, я молча ждал наступления тишины. Краем глаза отметил, как Леха настойчиво втолковывает что-то механику и второму пилоту: начал разговор, значит, парни уже нейтрализованы, а вот охрану из аборигенов удерживает на месте только вид мощной двухметроворостой Сашкиной фигуры.

В конце улицы показалась конница, и толпа перед нами зашаталась испуганно, в задних рядах отдельные нестойкие элементы стали отделяться, старательно делая вид, мол, "шли мимо". С другой стороны показался еще один отряд.

Неэль шагнул вперед, поднял руку, горячо заговорил на мелодичном Путникском языке. Подчиняясь голосу, люди кивали в такт словам, притопывали ногами, запели вместе с ним. Я давно заметил, что люди охотно следуют за вождем, если у того за плечами реальная сила, например, две группы вооруженных всадников.

– Братка!

Я обернулся. Очухавшийся компьютерщик подобрал револьвер и, старательно целясь, раз за разом нажимал спусковой крючок.

"Насилуй свое тело и душу, жуя вершки и корешки, можешь урину пить, если надеешься, что заработаешь этим небесное блаженство, но зачем навязывать свои взгляды людям?" – я усмехнулся и пошел навстречу выстрелам.

В свое время выкинул лоха и мазилу из экипажа именно за неумение стрелять в цель. В револьвере десять зарядов. Передо мной мелькнула Нэлька, откинула челку с третьего глаза и шепнула в лицо компьютерщика:

– Сдохни, придурок; застрелись, пока патроны не кончились!

Судя по фразочке, крутые блокбастеры – основное чтиво моей сестрички. Нужно будет перенаправить ее на классическую литературу, – филолог я, блин, или где? Подчиняясь гипнотизирующему лучику, компьютерщик обреченно потянул ствол револьвера к виску и спустил курок. Первый и последний раз его выстрел попал в цель. Я взъерошил ладонью Нэлькины волосы и прижал сестренку к себе.