Денис Ватутин - Конец легенды
Один из охранников откровенно зевнул, едва прикрыв рот ладонью.
— Ну, я вообще все это и так понимаю. — Элайя нахмурилась.
— Это хорошо, — кивнул Ши Ян с таким выражением лица, будто и правда был доволен. — Тогда ты поймешь меня: я решил помочь Пастуху Глюков и хотел, чтобы ты была с нами…
— Что?! — Мамочка опять округлила глаза. — Вы же никогда не вмешиваетесь в мирские проблемы! Ши Ян! Разве нет?
— Да, все так, Элайя, — кивнул Ши Ян. — Просто на этот раз проблемы будут у всех нас.
— У нас и так их полно, монах, — хмыкнула негритянка.
— Они станут серьезнее, — спокойно ответил настоятель. — Мы в нашем монастыре сможем дольше продержаться, но и нас это коснется рано или поздно.
— Это как же? — прищурилась Мамочка.
— Ты ведь уроженка Земли? — спросил вдруг настоятель.
— Да… и что? — Элайя нахмурилась сильнее.
— Почему ты улетела сюда? — Ши Ян говорил настолько проникновенно, что не ответить ему казалось дерзостью.
— Это ты к чему клонишь? — Элайя оперлась локтями о колени.
— Скажи мне.
— Ну… вопрос, конечно, интересный. — Негритянка задумалась. — Земля задряхлела… не знаю, как объяснить… Все там как-то не так стало… Беспредел какой-то, давление — цинизма в людях больше стало… Наверное, от перенаселенности… Здесь была перспектива построить все с нуля, сделать по уму, иначе как-то, с точки зрения опыта, нашего опыта… Избежать некоторых ошибок, наверное…
— Обрати внимание, что тобой двигало несогласие с естественным ходом событий. — Настоятель сосредоточенно сдвинул брови. — А по сути — бегство… Так же, как у Странного. Бегство человека из одной действительности в другую, которая только внешне отличается, а по сути такая же…
Я кивнул: совсем недавно я сам пришел к тем же выводам и был благодарен настоятелю за его мудрость и понимание.
— Но, — продолжил тот, — это внутренняя, ваша проблема. А сейчас проблема возникнет внешняя, так как некто пытается повлиять не только на внешние свойства нашей жизни, но и на внутренние. Естественно, это не сможет изменить законов Вселенной, но эта попытка отбросит человечество далеко назад… Вернее, затормозит его надолго. Вот ты сказала, что наш монастырь не вмешивается в ваши дела, и это правда. Мы стараемся вникать в течение жизни, чтобы не совершать лишнего, мы стараемся не приспосабливаться, но понимать, что происходит вокруг нас. Мы держим руку на пульсе реальности. Но иногда даже с нашей стороны вмешательство необходимо. Инь и ян — две вечно борющиеся и созидающие противоположности. Но если кто-то вмешивается в их систему, вне зависимости от того, что скорее всего он проиграет, это пагубно сказывается на развитии разума и мудрости. Да, мы проповедуем смирение, но развитие устроено из двух этапов: эволюция, как постепенное развитие, количественное, и революция, как качественный скачок. Так устроена ступенчатая спираль бытия. Раз мы поддерживаем развитие мира, то, кроме осознания и роста духа, мы должны уметь защищаться тогда, когда это необходимо. Поэтому союз с революционерами нам сейчас так необходим — вместе мы не допустим нарушения баланса…
— Блин, — протянула Элайя, — тебе надо было быть дипломатом… Завернул ты, конечно, мозги, но по сути — ясно… Короче… Ты дашь своих бойцов?
— Самые искусные братья будут помогать вам добровольно, — кивнул настоятель.
— Хорошо, я подумаю, — кивнула Мамочка, сжав губы.
— А вот и вся честная компания подвалила, — пробормотала Джей, переведя свои очки в положение бинокля.
— Кто там? — так же негромко спросил я.
— Да вот… — Она помедлила. — Машина подъехала, в ней Эмиль Хаим с Джеком Нэвилом, его еще Краб называют. Он работает в отделе безопасности Совета. Еще какие-то ребята… Наверное, их шестерки…
— Вот те раз, — почти не шевеля губами, произнес я, глядя в сторону. — А их-то сюда какие черти принесли? Вдруг Хаим меня узнает!
— Не дрейфь, Странный, — тут же последовал ответ. — Мы с тобой как два чумаза, главное — головой сильно не верти…
Мы с Джей были одеты в два залатанных старых комбеза, а на головах наших были конусообразные шляпы из пластика и алюминиевой фольги, надетые на обмотанные вокруг головы платки. Лица наши были покрыты специальным тональным раствором, который очень напоминал сильный степной загар с отшелушивающейся кожей. Примерно так выглядели окрестные фермеры, которые приезжали в Лихоторо продавать свой урожай или вяленое мясо, в основном куриное или свиноконину.
Я сидел на краю телеги, запряженной двумя свинами, и держал в руках засаленные вожжи, а Джей сидела чуть сбоку, свесив ноги с края. Телега была загружена кучей мелкой и пыльной картошки, прикрытой куском целлофана: мы ее арендовали у парочки фермеров, близких друзей наших революционеров. Под куском брезента, почти прикрытого кучей картошки, был запрятан выданный нам Элайей ручной пулемет.
Вокруг волнами колыхались сотни голов и плеч, шумели и толкались люди и медленно, поскрипывая, протискивались такие же телеги, похожие на нашу как две капли воды — как внешним видом, так и седоками. Шныряли чумазые мальчишки, явно без сопровождения родителей. По тому, как они перемигивались, создавалось впечатление, что отираются они в толпе с какими-то криминальными целями.
Центральный автовокзал Лихоторо-Сити был взбудоражен и переполнен: сегодня прибывал сухопутный транспорт из Новых Афин. Этот огромный гусеничный бронированный краулер[24] вмещал в себя сотни людей и много тонн полезного груза. Ездил он с небольшой скоростью — километров двадцать в час, — но зато был хорошо вооружен и безопасен.
На причале вокруг краулера ставилось оцепление, чтобы никто в него не залез и не вылез незамеченным. Надежная охрана была и при входе на причальную аппарель.
Подъезжал он к специальному трапу-причалу и всегда вызывал огромный ажиотаж, сравнимый с праздничным ярмарочным днем. На вокзал текли потоки не только встречающих, торгующих и получающих заказы, но и мелких жуликов, скучающих наемников, которые были не прочь поменять место работы, да и просто любопытствующих. На краулере прибывали купцы, которые продавали и меняли свой товар на местный. Всего таких краулеров было четыре, и ходили они в четыре точки: Арену Геркулеса на юго-западе, Новые Афины на юге и в промышленный центр на северо-востоке Гефестополис, иначе Город-22, который находился в Ревущем Кратере[25].
Этот же краулер, возвышающийся сейчас перед нами огромным стальным утюгом в облупившейся краске, с рядами клепаных иллюминаторов, прибыл со Студеного Дна[26], города на юге, известного своей химической промышленностью.