Кир Булычев - Искушение чародея(сборник)

   – Что? Опять?! – просипел Фима голосом мультяшного волка.

   – Да нет. Я только заглянул. Мало ли… поломка или еще что. Все было, как и тогда. Пустое помещение, в середине – машина. Я к ней подошел. Смотрю – на приборном щитке бумажка, – Коля положил на стол сложенный вдвое листок. Фима развернул бумагу, снял с пояса пейджер и при его свете прочитал послание.

   «У нас нештатная ситуация. Ваш контракт временно приостановлен.

   P. S.

   Берегите себя.

   – Дела… – Фима почесал затылок. – Выходит, они тебя уволили – нештатная ситуация, ловко придумано. Надо бы взять на вооружение.

   – Что? – Коля удивленно заморгал. – Нет! Ты не понимаешь. Они не врут… это другие люди. Я же тебе говорил. Агенты годами учатся скрывать правду. Для них соврать – это как… маму обидеть.

   – Значит, и правда что-то случилось, – Юля приложила ладонь к губам, – но что это может быть?

   – Война с Сириусом? Или реставрация Империи Звездного пути? – предложил отравленный боевой фантастикой Фима.

   – Я не знаю, – вздохнул Коля. – В нашем времени нештатные ситуации случаются часто. Поезда с рельс сходят, реки разливаются, шахтеры бастуют. Да что угодно. И все быстро с этим справляются. Я решил подождать.

   – А теперь вдруг позвал нас? Пришла новая информация?

   – Не пришла, пришел…

С тех пор как в Той комнате погас яркий свет, дверь перестала закрываться вовсе. Хотя, даже будь она закрыта, такой грохот и лязг был бы все равно хорошо слышен.

   Коля кузнечиком соскочил с кровати. Ну почему именно посреди ночи? Хорошо, что еще в гостях никого нет. А то байкой про родственника из Мурманска не отделаешься. Сначала Герасимов метнулся на кухню и на всякий случай вооружился, схватив из мойки первый попавшийся металлический предмет. Думал – нож, оказалась вилка с налипшими на зубья остатками квашеной капусты. Сознавая, что выглядит нелепо в семейных трусах со слониками и грязной вилкой в руках, Коля все же не стал медлить и искать оружие серьезнее. А вдруг в этот самый момент из будущего в тихий двадцатый век проникает очередной Крыс со своим подручным?

   В комнате с машиной по-прежнему было сумрачно. В неярком свете Герасимов разглядел, что на полу лежит детина в тяжелом кожаном доспехе и сандалиях. Незнакомец был вымазан в грязи и, похоже, ранен. Рядом валялся короткий прямой меч с костяной рукоятью.

   Коля облегченно вздохнул. Резиденты Института времени, отправлявшиеся в далекое прошлое, прежде чем вернуться домой, проходили что-то вроде реабилитации на пересадочных станциях. Резкая смена эпох могла вызвать у агентов глубокой заброски нервный срыв. Людям будущего, проходящим рекондиционирование в XX веке, полагалось много гулять и читать научную фантастику. У Николая Николаевича под литературу был отведен здоровенный шкаф, который Коля регулярно пополнял.

   Герасимов наклонился над незнакомцем – дышит. Теперь снять доспех, дотащить до ванной…

   Контрастный душ привел агента в чувство.

   – Добро пожаловать в двадцатый век, – Коля протянул гостю руку, – как к вам обращаться?

   Вместо ответа мужчина приложил кулак к груди и отчеканил на чистом русском.

   – Авлий Германий Аскин! Девятый Испанский легион, шестая когорта! Черные львы Сципиона! – потом добавил еще что-то на латыни.

   – Э-э, простите, а можно помедленнее, я так много сразу не могу запомнить. Или хотите – мойтесь, а я пока за блокнотом сбегаю, – Коля старался вести себя профессионально. Может, гостя и правда так зовут или ему нужно сохранять легенду?

   – Постой, гражданин!.. Подождите, – с трудом выговорил мужчина, – это же двадцатый век, да? Имя… Меня… Меня Павлом зовут. Фамилия – Гераскин.

   Они сидели на кухне. В доме и во всем мире было тихо. Только капала вода в ванной, да разросшаяся без опеки пенсионерки Чувпило черемуха сиротливо скреблась в стекло.

   – Бриганты окружили нас в тумане. Синеухие, дети Лисицы, Зубоеды и еще несколько меньших родов. Настоящий союз племен! Мы сражались. Без надежды. Сначала Катулл погиб, потом Марк Галисиец, потом добрались до центуриона.

   Павел откусил половину малосольного огурца и принялся жевать, страшно двигая челюстями, словно перегрызал горло врага.

   – Девятый легион, тот, что пропал… я где-то читал, – кивнул Герасимов.

   – Не пропал! Ясно? – рявкнул агент и добавил что-то еще на грубом гортанном наречии. «Наверное, древнегерманский, – решил Коля. – Сейчас точно милиция приедет».

   – Они пали, как герои, сражаясь! Все до одного… Нет, один остался. Чертов предохранитель выдернул меня из гущи боя! – кухонный нож по самую рукоять вошел в столешницу.

   – Я вас очень прошу, немного потише. Соседи могут услышать.

   Коля впервые встречал агрессию у людей будущего. Они могли быть настойчивыми, грубоватыми, даже вредными, но никогда злыми.

   – Может, вам стоит передохнуть, поспать? С утра все может предстать в ином свете, – попытался Герасимов.

   – Спать? Нет! Я не нуждаюсь в рекондиционировании. Это для слабаков, – Павел резко встал. – Я отправляюсь немедленно. Пора заполнять пробелы в истории.

   Через пять минут он уже стоял в своем боевом облачении перед машиной времени. Коля застыл в дверях, разглядывая необычного гостя. Павел был явно не в себе. Однако в задачи Коли не входили сеансы психоанализа со свихнувшимися агентами. Кроме того, его фактически отстранили от дел. И все же Герасимову было совестно вот так отпускать гостя.

   – Может, все же повремените немного, – попытался он в последний раз, – знаете, мне записку прислали. Я не уверен, что машина… Что она…

   – Временить? Время. Каламбур! Ха! – Павел принялся яростно бить по кнопкам. – Сейчас, сейчас я повременю. Узри чудо, варвар! – он до упора вдавил кнопку «пуск», потом еще и еще раз. Ничего не произошло.

   – Не работает – обиженно сказал агент Гераскин. Сел на пол и заплакал.

   Коле сделалось неловко, как тогда со знакомой Николая Николаевича. Но сейчас бежать было некуда. Он немного потоптался на месте, затем шагнул к рыдающему легионеру, присел на корточки, похлопал по спине. Как успокоить ребенка, Герасимов еще более-менее представлял, но что делать со взрослым мужчиной?

   – Ну-ну, будет вам. Что вы, как маленький, в самом деле? Подумаешь, небольшая поломка. Может, там помехи на линии или еще что-то. Скоро починят.

   – Не бывает, – неожиданно спокойно сказал Павел, – не может сломаться. Если только на том конце что-то случилось. Что-то… исключительное.