Галина Раздельная - В шаге от бездны

     Архонт слегка повернулся к Кали.

     – С этого места начинается история самого осколка.

     Валлиэн с тоской посмотрел на пустую оправу.

     – Какой он? – неожиданно спросил Архонт. – Прекрасный?

     Изящная стать исполина приосанилась, взгляд невольно разгорелся.

     – Он безупречен? Венец всего прекрасного? – быстро заговорил Валлиэн. – О-о-о, наверняка носитель подобен застывшей в камне непогрешимости. Ну же, опиши его! – потребовал он.

     Кали неохотно поднесла камень к лицу. Перед ней на ладони едва заметно поблёскивал мутный неровный кристалл, лишённый и сотой доли тех похвал, что ему даровал Архонт.

     – Он… – неуверенно начала девушка, – … он мутный.

     – Так? – подгонял её Архонт.

     – И… кривой.

     – Кривой? – с досадой молвил хозяин пещеры.

     – И… обычный…

     – Хм. Обычный, – окончательно погрустнев, повторил Валлиэн.

     – И…

     – Достаточно, – остановил девушку Архонт. – Ждал большего, признаться. Мне отчего-то носитель всегда представлялся идеальным.

     Архонт внезапно заулыбался сам себе.

     – Неплохая ирония, деточка, – повеселел он, – оставить несовершенному творению несовершенный подарок!

     Кали попыталась вставить вопрос, но Валлиэн оживлённо замахал руками.

     – Тише, тише! – запричитал он. – Будь добра, сиди молча! Тебе не понять, как долго я не говорил об этом. Как давно моей памяти не касались эти воспоминания!

     Его гостья явно не поняла возмущений Архонта. Сам же Валлиэн, успокоившись, немного помолчал. Вернув в свой голос спокойствие, он заново повязал нити порвавшегося рассказа.

     – …И вот что нам было оставлено, – продолжал Архонт. – Несколько заветов да этот осколок. Догадываюсь, что до сегодняшнего часа тебе удавалось лишь строить бредовые предположения о происхождении твоей находки. Но каким-то образом ты, впрочем, дошла до вывода, что носитель мог принадлежать Создателям. На этом, милая, твои успехи и заканчиваются.

     – Осколок – наше спасение, – шёпотом произнёс Архонт. – Он есть творение единого разума всех Создателей.

     – Уходя, напоследок, дабы дать этому мирозданию не только надежду, ими был выточен не имеющий аналогов кристалл-носитель. И, так как наши Создатели помиловали свою ошибку, каждый из них внёс свою частичку в исправление несовершенства. Их единый разум воссоединился, дабы поместить рецепт исцеления внутри данного носителя. В результате, осколок впитал в себя знания, большинство из которых доступны исключительно только Создателям.

     После оттачивания всех его внутренних граней, творцы явили нам свой последний дар. Естественно, никто из нас его не увидел и не почувствовал. Нам пришлось просто поверить в его существование. И некоторые из нас действительно поверили, посвятив поискам всю последующую жизнь.

     Изначально о самом носителе мы знали мало, лишь мизер, да и тот напоминал седое предсказание. Создав кристалл и наполнив его сакральными познаниями, творцы оставили наши миры, обронив на прощание несколько фраз.

     Глаза Архонта закатились, словно тот копировал повадки давно ушедших теней Создателей.

     – Осколок слеп, говорили они, – повторял басистым голосом Валлиэн, – осколок мудр. И не явится он, пока не поймёт, что ошибка достойна спасения. А коли явится, обретший его сумеет посеять зерно, из которого и произрастёт…

     – Ничего такого я не сеяла, – непочтительно прервала его Кали.

     Валлиэн неприятно дёрнулся и собирался уже отчитать гостью, но Кали его опередила.

     – Вопрос, ради которого я разыскивала творцов, никак не связан с осколком! – быстро заговорила она.

     – Кочевник? – догадавшись, спросил Архонт.

     Девушка кивнула.

     – Нет мне дела до притчей и рассказов, – излишне гневно продолжила Кали. – Время беспощадно ко мне, и я не могу растрачивать его, зная, что всё равно не найду искомого!

     Кали резко поднялась. Страха в ней по-прежнему не было. Не успев удивиться своей смелости, она потребовала от Архонта, чтобы тот снял энергетический кокон. Выждав немного, Валлиэн равнодушно потёр длинные пальцы.

     – Ох, не люблю я этого, милая, – мрачно произнёс он.

     Его гостья внимательно взглянула на Архонта. Свечение от него практически истощилось, потускнело, а вслед за ним в черноту погрузились не только глаза Валлиэна, но и невзрачная пещера. Здесь бы самое время вновь вспомнить о здравом смысле, хотя бы отчасти проникнуться подступившим к душе животным страхом, к которому её толкал Архонт, однако Кали опять ничего не заметила. Не заметила она и того, как тонкие, бесцветные нити чужого разума всё сильнее сплетались в её душе, притупляя инстинкты. Через минуту молчания ей совершенно перехотелось не только бояться, но и возмущаться или что-то требовать, лишь чувство замутнённой тревоги где-то глубоко внутри отдавало слабым, незамеченным импульсом.

     – Простите мне моё поведение, Великий Архонт, – покорно выговорила Кали.

     – Не люблю я повторяться, – тем временем заметил Валлиэн.

     В очередной раз девушка молча вернулась на указанное ей место.

     – Я ведь говорил тебе, – нашёптывал он. – Всё, что тебе нужно, всегда было и есть с тобой.

     Горящие темнотой глаза проникли в самую сердцевину разума Кали, практически беспрепятственно разгуливая в мыслях девушки. Поймав одну из них, Валлиэн с трудом рассмотрел смутное очертание осколка, его истинный вид. В этот момент Кали ощутила неестественную тяжесть носителя, будто тот невзначай прибавил пару килограммов. Крепко зажав кристалл в ладони, она потянулась в сторону Архонта.

     – И как это поможет мне? – почти чужим голосом шепнула она.

     Архонт самодовольно растянулся на каменном стуле, меняя под себя неказистую мебель и полностью утопая во внезапно появившемся высоком кресле.

     – Сам осколок – никак, – снисходительно ответил он. – А вот то, что в нём…

     Валлиэн встрепенулся.

     – Что я тут пытаюсь растолмачить, деточка? – не мигая, затараторил он. – Единый разум Создателей заключён в этом камушке! Ну же, думай!

     На этот раз Кали не пришлось гадать с ответом.

     – Там есть ответ, как помешать Тёмному Кочевнику! – возбуждённо вскрикнула она.

     Архонт всплеснул руками.

     – Ну вот!

     Правда, радость его гостьи длилась ещё меньше, чем время, понадобившееся ей для поиска ответа. Через мгновение Кали была уже серьёзна.