Галина Раздельная - В шаге от бездны

     – Если когда-то я и буду вспоминать эту жизнь, то вы точно займёте в ней самую нудную веху, – раздражённо выпалил он. – На чем мы прервались?!

     – Ты говорил, что нам подвластно быть кем и чем угодно, – напомнил Энки. – Вот этого я не вполне понял.

     – Почему меня это не изумляет? – съязвил Антарес, но взгляд его остался добрым.

     Поворчав ещё немного, он опять прибег к словам, оставляя телепатию.

     – И в-третьих, – позабыв про начатое перечисление, повторил Антарес. – Вы можете быть практически чем и кем угодно, если на то хватает вашей энергии. Тут важно, – Антарес заговорил медленнее, подчёркивая каждое слово, – когда вы хотите что-то сделать, к примеру, раздробить эту планету, на которой мы стоим, перенести что-то из одного место в другое, преобразить одно в другое или, скажем, – Владыка галактики обернулся в сторону находящегося вдалеке возрождённого им светила, – зажечь звезду, всё, что для этого требуется, это увидеть себя в будущем действии, стать им.

     Вспомните, как сегодня вы облажались с метеоритом. Освобождённая вами энергия разорвала и его, и вас, а всё потому, что она потекла не в то русло. Вам не нужно было окутывать эту глыбу своей силой и тащить её, словно зверя на поводке. Куда ведь проще стать этим метеоритом, примерить его, как одежду, как ваше тело, и перенести его так же, как вы, хвала Создателям, научились телепортироваться. И таким образом вы можете поступать с практически любой живой и неживой материей.

     Скажем, меня вам, да не настанет этот день, ещё не подчинить, – саркастично протянул Антарес, – но будут создания и существа, – продолжил он, – которые уступят вам право на их сущности, и ими вы также сумеете распорядиться как самими собой.

     – Так это главный урок? То, на что способна энергия? – спросил Энлиль.

     – Нет, – коротко ответил Антарес.

     Он молча указал на оставленное ими светило, исчезая. После короткой запинки, Энлиль и Энки последовали за ним. Хоть оба и не испытывали теперь страха перед пылающей сферой, привычки всё равно ещё тянули их умы назад, в прошлое, и наёмники с опаской ступали поверх жидкой плазмы.

     Антарес же, не удостоив волнения парней вниманием, продолжил прерванный разговор.

     – Главное, на что способна энергия, – беззвучно начал он, – это то, что вы видите.

     Владыка галактики повернулся вокруг своей оси, раскинув руки, указывая наёмникам на кишащую бурю вокруг.

     – Звезды?

     – Созидание, – ответил Антарес. – И…

     Его фраза оборвалась замедленным коллапсом. Пространство искривилось от стремительной деформации, гравитация проворно дёрнулась в нужном направлении. Последовал ослепляющий взрыв сверхновой.

     – …Разрушение, – спокойно закончил Антарес.

     Все трое вновь были на оставленной карликовой планете, наблюдая за распространяющейся вдали вспышкой.

     – Созидание и Разрушение – две вехи одного целого, две стороны видоизменяющейся, перетекающей из одного в другое энергии, – неспешно подытоживал Антарес. – Научитесь применять их одновременно, управлять процессом перетекания энергии, изменять её – научитесь выживать. И тогда, глядишь, от вас действительно появится польза.

     Владыка галактики скрытым зрением подсматривал за изумлённой реакцией его учеников. Похоже, ему удалось зажечь не только звезду, но и своих попутчиков. Мысли у парней рвались к действию, и Антарес не стал их сдерживать

     – А сейчас я хочу, чтобы вы разыскали и натаскали сюда как можно больше мёртвого хлама. – Владыка галактики оживлённо ухмыльнулся взбодрившимся наёмникам. – Только делайте это не по привычке, – поспешно добавил он. – Примеряйте на себя то, что собираетесь перенести, не волочите. Пока не овладеете этим приёмом и не отделаетесь от своих догм, будете отправляться к выбранным объектам сами. Позже вы сумеете переносить их, оставаясь на месте, отправляя только мыслеформу.

     Энлиль и Энки послушно принялись выполнять поручение наставника. Через полчаса в окружении одинокой планеты скопилась приличная свалка космического мусора. Перетащив ещё одну нейтронную звезду и закрепив её в неестественном положении между сборищем метеоритов и затухающим белым карликом, друзья довольно уставились на учителя.

     – Недостаточно! – подогнал их Антарес. – Давайте ещё!

     Наёмники вновь покинули хвост галактики. Её Владыка нетерпеливо осматривал пополнения в несвойственной их миру свалке, где не уживающиеся в обычных условиях между собой объекты находились друг от друга всего в паре километров и не конкурировали при этом за власть. Намечающиеся наброски на подобном холсте предвещали неплохую затею, для которой теперь нечасто находилось время в нудных и тревожных днях Антареса.

     Когда выбранный им участок был забит под потолок, он вернул наёмников обратно. Оба изрядно подрастратили силы, но Антарес не хотел ждать, пока Энлиль и Энки восстановятся. Поделившись с ними своей энергией, чего не делал прежде для них ни разу, хозяин галактики довольно огляделся.

     – Будем Созидать и Разрушать? – поинтересовался Энки.

     Антарес отрицательно повел головой.

     – Будем творить!

     Протяжное молчание заточенным камнем надрезало выдержку Кали. Терпение её было на исходе. Архонт внимательно любовался её жалкими и неумелыми попытками вырваться за пределы прочного сплетённого им энергетического кокона. Трогательная, радушная улыбка озаряла его лишённое непредсказуемой мимики лицо, когда его проницательные угольно-горящие глаза устремлялись за метающейся по замкнутому пространству Кали. В конце концов, у неё сдали нервы, и девушка начала звать друзей на помощь.

     – Ну, деточка, – Валлиэн проворно оказался рядом, силой вернув Кали в её физическое обличье, после чего без церемоний усадил на твёрдый неудобный стул, – ну что ты тут разоралась? Устроила бабью истерику!

     Кали попыталась исчезнуть, но вместо ожидаемого не смогла и пошевелиться.

     – Давай-ка успокаивайся. Никто не собирается тебя обижать. Я просто не хочу, чтобы нас слышали. Ты ведь тоже этого не хочешь?

     Великий Архонт вплотную склонился над девушкой, нависнув над ней подобно тёмно-синей, светящейся скале.

     – Мало ли чьи уши тут бродят? – дружески пошутил он.

     Его лицо уподобилось доброму. Кали же всё равно продолжала видеть в нём лишь угрозу. Это расстроило Архонта. Вернувшись на своё место, он отбросил шутливость, вновь становясь сдержанным и даже серьёзным.