Галина Раздельная - В шаге от бездны

     – Ну что ж? – подумав, заговорил он. – Возможно, я начал не с того. Вам не нужны все основы. Что толку? Вы не в состоянии полностью понимать то, что делаете, не осознаёте, как вы это делаете. Вы слишком молоды для открывшегося вам ларца возможностей и шалите игрушками в нём, как глупые дети. Быть может, вместо десятков основополагающих уроков вам поможет один – главный, учащий тому, на что способна энергия.

     Ненадолго замолчав, Владыка галактики начал терять физическую форму, преобразуясь в светящийся ком энергии. Её потоки плавно обволакивали пустынную плотную сферу. Всё произошло очень быстро. Ни Энлиль, ни Энки не заметили этого мягкого живительного перехода, но уже в следующее мгновение ядро под их ногами затерялось где-то очень глубоко внутри, обрастая горячей, вязкой мантией плазмы. Ещё неуловимый переход – появился свет, а за ним вздыбилось и растеклось ядовитое жёлтое сияние.

     Друзья синхронно оторвались от поверхности невероятной возродившейся звезды, будто та могла навредить им. Лишь оказавшись за световой час от яркого титана, оба, не контролируя накатившей паники и испуга, вернулись к физической форме, материализуясь на ближайшем куске хлама.

     – Сдались вам ваши тела!

     Антарес нагнал их в миг, появившись рядом.

     – Что вы к ним липнете? Из-за своих укоренившихся предрассудков вы пропускаете удивительную возможность.

     Учитель заставил их обернуться к звезде.

     – Многие ли могут похвастаться прогулкой по солнцу? – романтично заметил он.

     Энтузиазм Владыки галактики остался неразделённым. Наблюдая за тем, как наёмники судорожно дышат и подрагивают от потрясения, Антарес вновь приободрился. Шокировать ему нравилось больше, чем угождать, но повторяющаяся канитель начинала уже раздражать гордого ментора.

     – Это и есть твой урок? – глотая ненужную атмосферу карликовой планеты, прошипел Энлиль. – Заставить нас бояться?

     Владыка галактики назидательно расправил плечи, удивляясь своему терпению.

     – Во-первых, прекратите дышать. Мне казалось, что этот этап у вас уже пройден, – сдерживая желание прибить нерадивых учеников, заговорил он.

     Переглянувшись, друзья лишь сейчас заметили, насколько сильно походили на себя прежних. Оба, подавив всплеск эмоций, успокоили мысли. Их физические оболочки вернулись к стабильности. Заметив это, Антарес скривился.

     – Во-вторых, – его палец взлетел вверх, – не цепляйтесь за это.

     Кисть пренебрежительно указала в сторону наёмников.

     – Тело вам, по большому счёту, ни к чему, как и дыхание. Не связывайте себя с физическим воплощением. Оно не играет особой роли. В этом кроется ещё один минус вашей ускоренной эволюции. Вы стали практически совершенны, но думаете по-старому. Тут дело в привычке. Возможно, вы и сами начинаете это понимать, но всё равно ничего не можете с собой поделать, продолжая держаться за привычное, за известные вам догмы и правила. Одно из таких правил – у живого создания должно быть тело.

     – Однако, – Антарес улыбнулся, – добро пожаловать в мою реальность! Для высших рас Вселенных тело – не более чем один из инструментов общения, осязания и познания. Сюда же я отношу и многие привычные вам вербальные и невербальные методы общения. Для подобных мне – это лишь удовольствие либо забава, на которые не должно уходить и толики драгоценной энергии.

     Вы, в свою очередь, подчиняясь привычке, продолжаете тратить слишком много усилий на то, чтобы сохранить свои физические оболочки, а потом, когда они, естественно, страдают от вашей тупости и нерасторопности, тратите ещё больше, чтобы собрать их заново: ищете себя, строите, испытываете адскую боль. Кстати, эта боль иллюзорна и надумана вами же.

     Наёмники переглянулись, но Антарес не дал им вмешаться в разговор.

     – Да, боль ненастоящая, – повторил он. – Нет ничего неприятного и тем более болезненного в построении физической оболочки. К тому же, для того чтобы воссоздать физическое воплощение, не нужен рассеянный материал. К слову, достаточно взять мысль и то, что есть под рукой, то, что поблизости.

     В пример своих слов Антарес неожиданно разлетелся на частицы и так же быстро восстановился вновь.

     – Я построил это тело, – его руки скользнули вдоль туловища, – из того, что оказалось рядом, а не собирал прежнее. И, опережая ваш вопрос, я по-прежнему остаюсь собой, даже если моё воплощение не состоит более из первичного материала. Как? – спросите вы.

     Энлиль и Энки кивнули.

     – Ничего противоречивого, – продолжил Антарес. – Я – это моя сущность. Прежде всего, мой разум и душа. Я – это величина неосязаемая и неизмеримая, она не имеет границ. Все остальное – будь то тело или любое иное обличье – лишь вместилище этой неосязаемой величины, моей сущности. Потеряй я хоть все свои обличья, хоть самое главное – свою галактику, я всё равно не потеряю самого себя.

     – Кажется, я начинаю понимать… – прошептал Энлиль.

     – Хвала тебе! – передразнил его Антарес. – Когда-то для вас главным казалось то, что осязаемо и трёхмерно. Теперь же ваша физическая оболочка не что иное, как очередная одежда, которую вы можете кроить, перекраивать, шить, перешивать, резать, выбрасывать и создавать до бесконечности часто. Тело – инструмент для разума, посредством которого воспринимается окружающий мир. И данный инструмент далеко не единственный из вам доступных. Была бы только энергия. Примите это. Попытайтесь в следующий раз, когда ваше тело будет уничтожено, не гоняться за разбросанными остатками самих себя, а бросить их и воссоздаться из подручных средств. К тому же, вы можете быть практически кем и чем угодно. Я уже говорил вам, – главное преимущество, которое вам дала ваша эволюция – это свобода.

     Владыка галактики ненадолго замолчал, собираясь с мыслями.

     – Практически все высшие расы подчинены неким условностям…

     Голос его стал тише, пока полностью не исчез, оставшись лишь в головах парней. Ладонь Антареса непроизвольно легла поверх его кулона с миниатюрной галактикой.

     – Неким, я бы сказал, цепям, – добавил он.

     – Я не утверждаю, что у вас нет границ, – вздохнув, продолжил Антарес. – Но у вас, по крайней мере, нет этих цепей.

     Владыка галактики вновь умолк, погрузившись в свои раздумья. Энлиль окликнул его, но их наставник отмолчался. Настроение его резко переменилось, что, впрочем, было для него не редкостью. Из бодрого и многословного лектора он опять превратился в ворчливого задиру.