Владимир Подольский - На пороге

- Сиди спокойно, это не враги.

Подошедший усталый старлей, славянской наружности, вяло отдал честь, представился и предложил выйти из машин. С другой стороны к машинам подошли ещё двое с автоматами наизготовку. Павел Васильевич вышел и обратился к милиционерам, протягивая им документы:

- Ребята, вы там только моего котика не испугайте!

- Котика?

Сержант сунул голову в окно и тут же отскочил:

- Ничего себе, котик! Крупный. Чем ты его кормишь?

- Любопытными сержантами. А так, обычный котик! Ручной, дрессированный… Барсик! Ко мне!

Кот выскочил из кабины в окно и уселся, зевая около ног Павла.

- Ладно тебе, крупный! Вот у моего тестя кот, покрупнее этого будет. Только он почти не ходит, а этот ничего, спортивный! – вступил в разговор старлей, отдавая документы Павлу.

- Правда, ваша, нужно спортом заниматься! – ответил Павел, принимая документы.

- Ребята с вами? – указал старлей на топчущихся в сторонке у своей машины Петра и Сергея. Другой сержант просматривал их документы, поглядывая и на удивительного кота.

- Да. Вместе ездили отдыхать на природу.

- Этих не встречали? - милиционер протянул Павлу ксерокопию ориентировки с нечёткими портретами трёх мужчин, двух бородатых и одного бритого, в котором, впрочем, угадывался недавно почивший главарь неудачливой шайки.

- Нет вроде, не видели. А кто такие?

- Опасные преступники, несколько ограблений и два убийства. Если встретите похожих, звоните в милицию.

- Обязательно!

- Счастливого пути!

- Спасибо. Барсик, поехали!

И снова потянулись за окнами машины бескрайние степи с редкими посёлками и городишками, поскольку трасса в основном шла мимо крупных городов. Поздним вечером остановились на отдых в мотеле. Взяли два двухместных домика. Отправляясь на ужин, Павел оставил, было Барсика в домике, но тому непривычно было закрытое помещение, где оставаться в одиночестве он отказался. В результате он увязался следом, взрыкивая на чужих и топорща загривок. Кое-как его успокоили, и в столовой он вёл себя уже не так нервно, но постоянно поворачивал голову на всякий шум и на звук разговоров. Впрочем, обильная еда сделала его более меланхоличным.

Ужинающие водители, казахи и славяне смеялись и показывали на него пальцами, а он спокойно убирал из огромной миски свою сырую курицу.

- Мама, смотри какая киса!

Павел обернулся на детский возглас и обомлел от ужаса: светловолосая девочка лет четырёх в джинсовом костюмчике сидела рядом с Барсиком и обнимала его за шею ручонками. Кот, впрочем, не выказывал абсолютно никакой агрессии, он даже жевать перестал, только жмурился, пока девочка, приговаривая «киса, киса», трепала его за уши и подёргивала за хвост. От сердца Павла отлегло. Тут девочка повернулась к нему и спросила:

- Дядя, а как его зовут?

- Барсик! Не трогай его за хвостик, ему не нравится.

- Хорошо. А он ваш?

- Нет, он свой, собственный, – всплыла фраза откуда-то из глубин памяти, – но мы друзья.

- Я тоже хочу такого друга.

- Попроси маму, если она позволит, то ты заведёшь.

Подошла и мама:

- Какой он у вас большой и добрый! Извините! Пойдём Оля, нужно ехать, папа ждёт.

Она увела девочку, крикнувшую на прощанье: «Пока, Барсик!» и тут же приставшую к матери: «Нам нужно завести себе друга Барсика...»

- Добрый! - пробормотал Павел и подозвал официантку расплатиться.

Пришлось, правда, подождать, пока кот долакает миску молока.

Подойдя к домикам, Павел предложил Барсику побегать по территории, «поискать песочек», но кот отказался, и они вчетвером вошли в домик, обсудить, что делать дальше. Сергей включил приёмник и настроился на станцию, передающую оригинальный казахский рок.

Начал совещание Павел:

- Дело в том, ребята, что через погранпост на трассе нам нельзя: на Барсика нет документов. Начнутся придирки, будут требовать справки о прививках и тому подобное. Да ещё в инструментальном ящике у меня – сами знаете!  Не стоит это никому показывать.

- Что же делать?

- Предлагаю ехать порознь: вы по трассе, а мы с котом «лосиной тропой». Есть тут такая через границу. Приходилось ездить, давно уже, правда, наличку возил, а обратно – запчасти. На российской стороне созвонимся и встретимся.

- Это не опасно?

- Ну, если не убегать, то стрелять не будут! Зато оштрафуют и перетряхнут до нитки...  Тихо! – Павел указал на приёмник. Шли новости:

«…. блестяще проведённой операции, органами внутренних дел Казахстана удалось обнаружить и блокировать банду Султана Бакиева. Во время задержания возникла перестрелка, во время которой банда была полностью уничтожена. Никто из сотрудников милиции не пострадал. Захвачено большое количество оружия. И о погоде. Сегодня вечером в Астане…»

Сергей со смехом приглушил звук:

- Вот как, блокировали и уничтожили! Кому-то теперь ордена достанутся!

- Генералам в Астане ордена, а милиционерам, которые «обнаружили и блокировали» – медали! – отозвался Павел.

- А это точно они? – засомневался Пётр.

- Точно! – ответил Павел – на ориентировке было написано: «Султан Бакиев, Ахмад Мамадов», третий неразборчиво. Кстати, для нас это очень хорошо, выходит, мы к этому делу непричастны.  Ладно, с плеч долой! Так, как поедем?

- Наверно, мы лучше вместе поедем, дядя Паша. Да, Серёжа? Ответственность в случае чего вместе понесём.

- Вместе, конечно, веселей. Хорошо, тогда спать идите, завтра в семь часов подниму!

- По Москве или по-местному?

- По Гринвичу!

Друзья ушли, пожелав спокойной ночи «дяде Паше» и Барсику. Павел снова предложил, было Барсику погулять, но тот улёгся под столом и гулять отказался.

Утром, после утренней пробежки наперегонки с котом, постучав в дверь домика москвичей и обозрев их заспанные лица, Павел ошарашил их новостью, что Барсик оказывается, умеет пользоваться унитазом, даже воду спускает! После чего, Павел отправился в душ, (правда, только холодная вода) оставив друзей в полном недоумении. Встретились за завтраком. Народу в столовой было мало, так что поели без лишнего ажиотажа и засобирались в дорогу.

Однако, сразу выехать не удалось. Послушав звук мотора «Байкала» москвичей, дядя Паша с сомнением покачал головой и полез под капот что-то регулировать. В результате, выезд был отложен, зато мотор заработал как часы. Под вечер подъехали уже к самой границе, съехали с трассы на кривой просёлок и под покровом темноты без помех пересекли пограничную речку, а точнее почти сухой неглубокий овраг вдалеке от пограничных постов, казахстанского и российского.