Владимир Подольский - На пороге

- Руки поднимай! – скомандовал вожак, подкрепляя команду движением пистолета.

Друзья подняли руки.

- Зачем стрелял, Ахмад? – обратился вожак к одному из бандитов, подходя поближе – Это просто кощка! Кощку поймал? – спросил он у стоящего с поднятыми руками Павла – Теперь убежал? Плохо завязывал! Я покажу, как хорошо завязывал. Потом...

- Вы кто? Что вы хотите? – спросил Павел.

И друзья поразились произошедшим в  его облике переменам: весь он как-то сник, опустил голову, сгорбился. Да и вопрос был произнесён чуть ли не дрожащим голосом.

- Какой хитри! Я той, у кого пистолет, понял, да? Подходи, покажи, что в карманах!

- Не надо меня убивать! Я богатый! Возьми машину, я заплачу, всё отдам! – плачущим голосом произнёс Павел, медленно с опаской приближаясь к главарю.

Тот рассмеялся:

- Это хорошо, что богаты! Бистро иди!

- Павел послушно прибавил шагу, неловко споткнулся и упал прямо под ноги к бандиту, заорав:

- Ложись!

Не успев поразиться произошедшей с товарищем очередной метаморфозе, друзья упали, где стояли и подкатились под «Байкал». Между тем, Павел дёрнул на себя ноги главаря и тот, заваливаясь назад, нажал на спусковой крючок пистолета. Но пуля ушла в небо. Главарь упал на спину, ударился затылком о плоский камень и затих.

- Менты, спасайся! – несуразно крикнул Павел, приподнимаясь и указывая рукой куда-то в небо.

Поддавшиеся на его уловку бандиты завертели головами в поисках несуществующих «ментов», а Павел взмахнул рукой и один из автоматчиков с криком пропал из видимости, рухнув за валун, на котором до этого стоял. Другой, соображавший видимо быстрее, поднял автомат, но дал очередь не прицельно: серая молния, вылетевшая из-за валуна, ударила его в плечо, и кот вцепился всеми четырьмя лапами ему в голову. Бандит заорал от боли и от ужаса, но, выхватив нож, попытался вслепую ударить нового противника. Одиночный пистолетный выстрел прервал его потуги, мучения и жизнь.

Наступила тишина. Выглянув из-под «Байкала», друзья увидели Павла Васильевича. Он был уже на ногах, и проверял пульс на шее главаря. В другой руке он всё ещё держал его пистолет. Рядом с ним сидел кот. Повернувшись к Сергею и Петру, Павел жестом приказал оставаться там, где они есть, а сам пошёл вперёд к бывшим позициям неудачливых бандитов. Он пропал из виду и на дороге остался только Барсик, судорожно вылизывавшийся.

Минут через пять Павел появился с какими-то мешками в руках и крикнул:

- Эй, пострадавшие! Вылезайте!

- Ну, что там? – спросил ещё не вполне пришедший в себя Сергей.

Пётр, впрочем, тоже ещё не отошёл от пережитого.

- Все холодные. Это хорошо, меньше забот. Подходите сюда, не бойтесь, он больше не кусается.

Друзья подошли и уставились на мёртвого главаря. Павел уже натянул рабочие перчатки и обыскивал его, но в карманах не нашлось ничего интересного, кроме сигарет, пачки теньге – казахстанских денег, мелочи и зажигалки. Всё это Павел аккуратно запихнул обратно, кроме одной сигареты. Скурив её, он аккуратно растёр окурок по каменистой почве. Принесённые мешки оказались рюкзаками, набитыми одеждой, автоматными рожками и прочими бандитскими принадлежностями. Было также довольно много денег в пластиковом пакете: в основном теньге, но было и несколько пачек евро и амеро. И потёртая радиостанция «Кенвуд».

Павел Васильевич аккуратно взял её и, включив, пощёлкал каналы.

- Настроена на казахстанские милицейские частоты, – сказал он, выключил радиостанцию и стал запихивать содержимое рюкзаков обратно, кроме пакета с деньгами, который он разорвал и бросил на землю, причём пачки частично разлетелись, – вот ведь, какой продвинутый бандит пошёл!

- Что делать-то будем? – спросил Пётр, с трудом сдерживая желание застучать зубами.

- Сейчас уберём камни с дороги и поедем дальше. Мы ничего не видели, бандитская разборка была уже после того, как мы проехали.

- Разборка?

- Конечно! Они не поделили деньги, те двое стали стрелять в главаря. Он укокошил одного из пистолета, того, что с ножиком, а сам поскользнулся на щебёнке и упал головой на камень, такой неловкий. Другой подумал, что его ранило, побежал добить, но упал с валуна и тоже разбил череп. Правда первому Барсик помог, но это никого не касается.

Повествуя эту легенду, г. Самсонов, майор в отставке, протёр пистолет носовым платком и вложил его в мёртвую ладонь. После чего, аккуратно приложил её указательный палец к спусковому крючку и слегка сжал, дабы появились на оружии все необходимые отпечатки.

- Пошли камни таскать! Вот ведь, постарались разбойнички!

- Где ты всему этому научился, дядя Паша? – спросил Сергей, с изумлением наблюдая за всеми этими манипуляциями. – А того ты чем, который не успел выстрелить?

- Ахмада? Вот! – Павел достал из кармана куртки и показал ребятам пару крупных стальных шариков от подшипника, – прекрасное оружие средней дальности, бьёт бесшумно и очень больно, а в голову и вовсе – смертельно. Сертификации и лицензированию не подлежит. А научился в армии, нас там многому учили. Одних шариков тонны наверно перекидал! А с другим Барсик помог: если бы не он, я бы мог до пистолета и не дотянуться. Он ему весь скальп сорвал, сходите, посмотрите…

- Не надо…

Пока занимались простой физической работой, несколько успокоились, и уже через несколько минут дорога освободилась. Павел позаимствовал у мёртвого главаря ещё одну сигарету и дал народу последние наставления:

- Если  вас будут просто спрашивать об этом…

- Кто?

- Власти, Петя, власти. Так вот, если будут просто спрашивать – ничего не видели, ничего не слышали! Если, не дай бог, арестуют, говорите, что сильно испугались, лежали под машиной. Короче, валите всё на меня, а я выкручусь. Это самооборона в чистом виде.

- Так может, заявить нужно?

- Кому нужно, Серёжа? Тебе и Пете нужно? Нет вроде. Мне тем более не нужно. Бандитам уже ничего не нужно, получили по заслугам. Думаю, их автоматы уже кое-где отметились. Властям нужно? Так мы им сообщим, когда в России будем. Только анонимно, поскольку лишние хлопоты в виде потерянного времени и суда, который установит нашу невиновность, нам точно не нужны. А то ещё и арестуют от излишнего рвения. А тутошние тюрьмы – вовсе не курорт, уверяю вас! Далеко отсюда до Европы! Впрочем, если вы настаиваете….

Но, никто не настаивал. Друзья заняли места в своих внедорожниках. На переднее сиденье к Павлу прыгнул Барсик, до того сидевший на валуне в сторонке, и колонна тронулась. Беспрепятственно спустившись на равнину и преодолев сеть просёлочных дорог, экспедиция выехала, наконец, и на асфальтированную. Дорога привела их на трассу, где товарищей остановили на милицейском посту. Притормаживая и останавливаясь, Павел погладил Барсика по вздыбившейся шерсти на загривке и успокаивающе, как человеку, сказал: