М. Гуминенко - Созвездие близнецов

Пабло отлепился от переборки и скромненько шагнул навстречу. Судя по всему, он уже давно ждал. Рек остановился.

— Простите, что беспокою, — начал лейтенант. — Можно с вами поговорить?

Рек вздохнул, поправил спадающий с перевязанного плеча пиджак, вспомнил про обезболивающее — и кивнул.

— Только давай присядем, лейтенант.

Они устроились тут же, на ступеньках. Пабло хмурился и явно не знал, с чего начать. Но потом начал с главного.

— Я не знаю, как мне рапортовать командиру о своём поступке в бою…

— О каком поступке?

Пабло вздохнул:

— Ну, что я вас бросил с девчонками там… на Олимпии.

— И что? Ты считаешь, что нужно было спрыгнуть с катера и залезть к нам под сеть?

Пабло покосился на Дагварда, не понимая, шутит тот, или говорит серьезно.

— Я бы мог… — начал он. Но Рек не склонен был слишком долго слушать околесицу.

— Да ничего ты не мог! Ты сделал то единственное, что было правильным. Представляешь, схватили бы всех четверых. Кстати, дырка, которую проделал в стене лорд Хазар, была не очень широкая. Прыгать из нее приходилось по очереди. Разумеется я, как старший группы, выпустил бы вас троих вперед. А сам бы уже не успел. Охрана вбежала в камеру. Еще секунда — и меня бы схватили. А второй возможности они бы уже не дали.

Рек подождал, пока Пабло уложит все его слова в голове, потом хлопнул его по плечу и встал.

— Твоё отсутствие оставило мне шанс. А то знаешь, не люблю я в плену задерживаться.

Пабло поднялся следом. Его многочасовые терзания сменились некоторым недоумением: с этой стороны он ситуацию не рассматривал.

— Ты хороший солдат, лейтенант, — убежденно сказал ему Рек. — Но теперь, если ты не против, я пойду. Спать очень хочется. Завтра мы рано улетаем.

— Как?! — дошло до лейтенанта Мадина. — Вы не попрощаетесь с группой?

— Да мы уже, вроде, попрощались, — напомнил Рек.

— Ну, хоть напутствие какое-нибудь напоследок сказали бы.

Рек кивнул и чему-то усмехнулся.

— Ну, можешь передать остальным, что я желаю всем вам однажды дорасти до настоящего спецназа.

Напутствие Река было вполне объяснимо, если учесть, чем же являлся космоспецназ. Рек, одарив лейтенанта Мадина выклянченным у себя напутствием, повернулся, придерживая сползающий пиджак, и побрел к кораблю.

"Ну не может напоследок гадость не сказать!" — вздохнул лейтенант. Однако на душе у него было уже спокойнее.

Рек однажды сказал: "Вселенная большая, но люди умеют сделать ее тесной". На-Ла хорошо понимала, о чем он говорит. Ей всегда казалось, что всем, ну просто исключительно всем, кого только она ни встречала в своей жизни, постоянно не хватало места. Эльдорианам было мало своей Эльдории и кучи колоний по всему своему сектору и трем соседским. Земляне только и делали, что открывали новые планеты и пытались их колонизировать, даже если атмосфера не подходила и расстояние от метрополии исчислялось месяцами полета в космосе. Ну, о всяких воинственных народцах типа вегов или талповцев и говорить не стоит. Те вообще умудрялись заполнить своим присутствием все космопорты и пробирались даже туда, куда их изо всех сил не пускали. И это все при том, что ни земляне, ни эльдориане, ни веги, ни кади не могли до конца освоить свои собственные планеты.

Все, что происходило в космосе, казалось На-Ле огромной очередью в супермаркет за дефицитным товаром. Она и не пыталась разобрать, кто за чем стоит и его ли это место. По мнению На-Лы вокруг было достаточно народу для того, чтобы решать неразрешимые вопросы.

Вот Дагварды, к примеру. Им как раз по уму и по энергии разбираться, что, где и почем. Рядом с ними На-Ле было спокойнее. Они не лезли напролом, не пытались сделать лучше для одних путем того, чтобы насолить другим. Они вообще не имели привычки делать несколько дел одновременно. Наверное, поэтому у них и получалось все, или почти все.

Иногда На-Ла проникалась почти что нежными чувствами к лорду Хазару за то, что он так удачно сторговал ее братьям. Да, именно сторговал. Иначе не скажешь. Было это больше четырех лет назад. Рек рассказывал ей, как это произошло. Однажды…

…На транзитной эльдорианской станции с многообещающим названием "Лойкамоийя", что в переводе с эльдорианского означает "Красивая жизнь", к ним подошел высокий эльдорианин и приглушенным голосом, глядя в неопределенное пространство над их головами, произнес:

— Не хотите ли… приобрести кади?

— Чего? — переспросил Рек, и в голосе его чувствовалась профилактическая угроза. Понятно, что станция эльдорианская и эльдориане здесь хозяева. Но это не значит, что всякий может подходить к землянам и издеваться. А Датч вообще промолчал.

— Купите кади, — еще тише повторил эльдорианин.

Датч только собрался объяснить, что эльдорианин их не за тех принял, что они не торгуют ни кади, ни кем другим, только набрал в легкие воздуха, но в это мгновение незваный собеседник вклинился между братьями, подсаживаясь за их столик.

— Это хороший специалист, компьютерщик. Вы не пожалеете…

Он бегло обвел их взглядом, понял, что его слова не производят должного впечатления и доверительным шепотом продолжил:

— Видите ли, я нахожусь в затруднительном положении. — Он замолчал и конспиративно оглянулся.

Датч отложил спланированный монолог о том, что они не работорговцы и над столиком воцарилась тишина, какая только может воцариться над столиком в достаточно многолюдном баре.

Эльдорианин решился продолжать, быстрым, приглушенным голосом, еле различимым в общем гуле:

— Я устроил этому кади побег из тюрьмы. Он за это оказал мне некоторую услугу… — эльдорианин нервно стрельнул глазами по бару. — Теперь все закончилось, но я в затруднении. С одной стороны получается, что я скрываю беглого и мой долг — немедленно выдать его властям. Но это будет с моей стороны непорядочно по отношению к самому кади. Ведь это я устроил ему побег. Хотя эльдорианское правосудие не будет в этом разбираться.

Близнецы помалкивали, ожидая, что он скажет дальше. Все это сильно смахивало на провокацию.

Со слегка утрированной жалостью эльдорианин сказал:

— Ну вы же сами понимаете: если вы его не возьмете, мне придется его сдать. Я же не могу его вечно скрывать.

— Гм-гм!!! — крайне агрессивно сказал Рек.

Почему-то эльдорианин воспринял это как нечто положительное. Он тут же воспрянул духом и сказал:

— Я пришлю его в закрытом контейнере перед самым вашим взлетом. А сумму я за него прошу чисто символическую. На тот случай, если вы с ним попадетесь, вы всегда могли бы отговориться, что вы не устраиваете побег эльдорианскому преступнику, а купили себе раба. Это существенно меняет ваше положение перед нашим законом. — Эльдорианин обозрел по очереди каждого Дагварда и решил пояснить, на тот случай, если они не поняли: — Разумеется, в положительную сторону! Если же я попадусь на этом мероприятии, я всегда могу отговориться, что преследовал личную выгоду, так как выдают властям преступника бесплатно, а я его продаю вам за деньги, соблюдая свой личный корыстный интерес. Для эльдорианского правосудия и то и другое — смягчающее обстоятельство.