Дэвид Вебер - Война и честь (Война Хонор)

— Итак, леди и джентльмены, — сказала она, обращаясь ко всем присутствующим. — Благодаря капитану Бахфишу мы получили куда более полное представление о потенциальной угрозе, нежели имели по прибытии. В связи с этим мне хотелось бы, не теряя времени, спуститься к тренажеру на флагманской палубе и проиграть несколько ситуаций с учетом новой информации. И если вы располагаете временем, капитан, — она взглянула Бахфишу прямо в глаза, — почту за удовольствие и честь, если вы согласитесь присоединиться к нам. Ваше мнение для меня очень ценно.

— Это вы оказываете мне честь, ваша милость, — ответил, помолчав, Бахфиш.

— Вот и прекрасно!

Хонор широко улыбнулась, встала, подхватила Нимица и посадила его на плечо.

— В таком случае, люди, — сказала она офицерам, еще раз улыбнувшись Бахфишу, — давайте приступать.

— “Пилигрим”, это “Ла Фруа”. Наш бот приближается к вам с направления на шесть часов снизу. Ожидаемое время прибытия двенадцать минут.

— Говорит “Ла Фруа”, вас понял. Э-э, могу ли я поинтересоваться, что вас беспокоит?

Наблюдая за тем, как офицер связи лейтенант Гауэр разговаривает с неким капитаном Габриэлой Канжевич, первой после Бога на борту ходившего под флагом Солнечной Лиги торгового судна “Пилигрим”, Джейсон Акенхайл откинулся в своем командном кресле и тонко улыбнулся. Он вполне мог себе это позволить, ибо находился вне пределов поля зрения камеры, передававшей на “Пилигрим” изображение Гауэра. Для купца “Пилигрим” был невелик и предназначался для быстрой переброски сравнительно небольших грузов (если судить по стандартам левиафанов, бороздивших межзвездные глубины) и ограниченных пассажирских перевозок. “Ла Фруа”, однако, по сравнению с ним казался килькой. Только вот у кильки были зубы, а у кита — нет, так что киту рекомендовалось вести себя исключительно вежливо. С другой стороны, некоторые торговые суда более равны, чем остальные, и “Пилигрим”, занесенный в регистр Лиги, чувствовал себя сравнительно защищенным. Ни один мантикорский капитан в здравом уме не станет провоцировать конфликт с Лигой, рискуя угробить карьеру. По этой причине Канжевич — по крайней мере пока — разговаривала настороженно, но без особого беспокойства.

Вскоре все изменится... если сведения Акенхайла верны.

И лучше бы им, черт подери, оказаться верными.

— Это всего лишь рутинная проверка, — заверил Гауэр экранную собеседницу, затем оглянулся через плечо, словно проверяя, не подслушивают ли его, и снова повернулся к камере. — Между нами, мэм, нам самим это осточертело, но ничего нельзя поделать. За последние несколько месяцев число судов, исчезнувших в этом регионе, резко возросло, и разведка решила, что здесь орудует вооруженный рейдер. С Сайдмора поступил приказ не ограничиваться проверкой кодов, а проводить досмотр каждого торгового судна, оказавшегося в пределах досягаемости. — Лейтенант пожал плечами. — Мы досмотрели уже одиннадцать, но ничего не нашли.

Акенхайл отметил, что, хотя Гауэр и не добавил “конечно же”, его тон позволял истолковать фразу именно так.

— Мы только пришвартуемся, убедимся, что у вас на борту не припрятан гразер, и пожелаем вам счастливого пути. Дело на несколько минут, но без этого мы не вправе позволить вам продолжить путь...

Он снова пожал плечами.

— Понимаю, лейтенант, — улыбнулась Канжевич. — Глупо обижаться на меры предосторожности, направленные против пиратов. Мы окажем вам любое необходимое содействие.

— Спасибо, капитан. Весьма признателен вам за понимание. “Ла Фруа”, конец связи.

Гауэр отключил коммуникатор и, повернувшись, улыбнулся своему капитану.

— Как я сработал, шкип?

— Отлично, Лу! Просто отлично!

“Теперь остается надеяться на то, что Рейнольдс ничего не напутал”, — беззвучно пробормотал Акенхайл себе под нос.

Капитан Корпуса Королевской Мантикорской морской пехоты Дениза Хаммонд встала и направилась к центру десантного отсека бота. В помещении было тесновато, поскольку туда набилось два полных взвода облаченных в боевую броню бойцов.

— Ладно, люди, — сказала она. — Швартуемся через пять минут. На тренировках вы все это уже проходили: глупостей никому не спускать, но и кровавой бани не устраивать... если удастся. Усекли?

Шлем загудел от хора подтверждений, и она удовлетворенно кивнула. Затем повернулась к выходному люку и замерла в ожидании с хищной улыбкой на губах. Если капитан не ошибся насчет того, что им предстоит обнаружить, сегодняшний день будет для нее лучшим за долгие месяцы, а то и годы. Ну а если ошибся... В конце концов, с морпехов взятки гладки. Никто не сможет поставить ей в вину то, что она выполняет приказ... да и солли ей никогда не нравились.

Причальные захваты зафиксировали бот, переходный туннель подсоединился к люку, и лейтенант торгового флота Лиги, которого Канжевич направила в отсек приветствовать визитеров, вытянулся в стойку, которую с натяжкой можно было бы именовать “смирно”. Вообще-то он терпеть не мог наглых манти, — высокомерных выскочек, постоянно путающихся под ногами на торговых линиях Лиги, — но сегодня ему приказали проявить любезность. С учетом некоторых обстоятельств идея была не такой уж плохой, как ни противно её реализовывать. Когда над выходом из туннеля зажегся зеленый огонек, лейтенант изобразил улыбку.

В следующее мгновение улыбку стерло шоком: как только люк плавно скользнул в сторону, лейтенант обнаружил, что смотрит прямо в дуло шокового ружья. Зажатого в бронеперчатках морпеха, облаченного в грозную боевую броню. Частью потрясенного сознания лейтенант отстраненно отметил, что позади офицера толпится еще несколько десятков морпехов... в руках большинства которых было оружие посерьезнее парализаторов.

— Меня зовут Хаммонд, лейтенант, — прозвучало сопрано из динамика боевого шлема морпеха. При других обстоятельствах оно могло бы показаться мелодичным. — Капитан Хаммонд, Королевская мантикорская морская пехота. Предлагаю вам проводить меня к вашему капитану.

— Я... я... — Лейтенант тяжело сглотнул, — Что все это значит? — потребовал он ответа. Вернее, попытался потребовать. На деле получилось нечто похожее на испуганное, растерянное блеяние.

— Ваш корабль подозревается в нарушении условий Конвенции Червелла, — ответила Хаммонд и с глубочайшим внутренним удовлетворением отметила, что лейтенант внезапно побледнел как мел. — Так что я рекомендую вам не тратить времени, — продолжила Хаммонд, пока её бойцы быстро и деловито занимали шлюпочный отсек, — и проводить меня к вашему капитану. Незамедлительно.