Кристиан Бэд - Дурак космического масштаба
Дверь открылась, пропуская эрцога Локьё, с целой толпой народа за спиной.
Вот это была немая пауза.
Несмотря на боль, мои губы сами раскрылись в улыбке.
Эрцог смотрел на меня, и я видел, что он узнал.
Лицо Бризо исказилось. Эрцог припёрся не вовремя, ох, как не вовремя.
— Вот ты чем занят так, что даже не можешь меня встретить! — рыкнул Локьё. — Где ты взял это мясо? Ты что, оглох, недомутировавшая крыса?
Смеяться было больно, разорванные мышцы начинали подрагивать, но остановиться я не мог.
— А ну, снимите его! — приказал эрцог. — Только осторожнее, идиоты!
Двое бойцов бросилось ко мне, толстый Пшаки взялся им помогать.
— Приведите в порядок и в белый кабинет. А ты пошли, поговорим, — последняя фраза относилась к Бризо.
О-па. Так чей же это таки корабль? Экзотианский или алайский? По внутренностям карцера определить было сложно. Или это не карцер? Да и название "Коготь" я где-то слышал… Корабль с алайским экипажем на службе Экзотики? Или…
И что же всё-таки случилось? Как я сюда попал?
Толстяк возился со мной умело, навык у него был. Одежду мою он тоже нашёл на раз. Даже спецбраслет вернул. Только без "батарейки". Действительно, зачем ломать дорогую хорошую вещь? Украл элемент питания и ладушки…
Чего-то в моих вещах не хватало-таки… Сапфира с Граны! (Подарка Абио.) Вот жадные гады.
Что же всё-таки у меня с памятью?
Меня вывели в коридор, и я озирался в поисках хоть какой-то пищи для ума.
Навстречу попались двое в экзотианской военной форме. Ещё один. И сразу группа алайцев. Вышли в центральный коридор. Ещё пятеро алайцев. Форма, оружие — отличаются, но не особенно. Зелёные нашивки, узкие глаза, в среднем — чуть ниже ростом, чем люди…
А это, видимо, "белый кабинет". Нет, планировка корабля слишком далека от классической. Наверное, всё-таки алайский.
О, вот и Бризо с кровоподтёком во всю правую половину лица. Эрцог — левша?
Бризо выглядел взбешенным. Сделать больно ему, наверное, не так просто, а вот "испорченное" лицо его раздражает. И эрцог это учёл.
Меня посадили. Я пока подчинялся. Наручников не надели, и то хорошо.
— От тебя одна головная боль, капитан.
— Одна? Не две? — я кивнул на Бризо.
Эрцог улыбнулся криво.
— Не знаю я, что с тобой делать…
— А ты сделай. И узнаешь. Мне самому интересно.
Локьё смотрел на меня прищурившись, и я гадал, увернуться, если он и меня решит украсить как Бризо, или — пусть бьёт.
Эрцог поднял левую руку, украшенную витыми экзотианскими перстнями, поправил один из них…
Я решил не уворачиваться, и просто ждал, чуть наклонив голову, чтобы удар пошёл вскользь, если он будет с левой.
Но Локьё сдержался.
— Скажи, — усмехнулся он. — Как Адам тебя терпит? Характер у него тоже не сахар. Только Боги знают, как ты мне надоел. И я же ещё и вытаскивать тебя должен, — он "снял" с меня свой тяжёлый взгляд и уставился на Бризо. — Ну, за сколько ты его "купил"? Только не ври. Ты знаешь, что я и алайца могу заставить визжать от боли и кататься по полу.
Бризо замялся, но, увидев, что эрцог чуть приподнимается из кресла, вскинул обе ладони, останавливая его.
— Ну! — эрцог был не намерен шутить или медлить. — Этот парень был моим гостем и летел от меня. Я перекуплю контракт.
— Я… — замялся Бризо. — Я не имею претензий… Ваша кровь — моя кровь, ваш гость — мой гость, — пробормотал он, вжимаясь в кресло, как крыса.
— А кто хотел меня купить? — спросил я эрцога.
— Он не скажет, — пожал плечами Локьё. — Контракты составляются так, что он раньше сдохнет, чем откроет рот. Я могу заставить его, конечно, может в момент смерти мы ему память и взломаем, но он мне ещё нужен. Так что, забудь. Тебе и так повезло. Хотя тут уже неизвестно, кому повезло больше: мне или тебе…
Я был уверен — эрцог знает, кто заказал мою голову алайцам. Но он никогда не скажет. А выбить из него это невозможно. При необходимости такие, как он могли полностью отключать определённые отделы мозга. Отрезанные от кровоснабжения — эти участки гибли в считанные минуты. И информация гибла вместе с ними. В империи знали только один способ разговора с эрцогами — вскрыть череп, как консервную банку. Да и то — вскрывать нужно было максимально быстро, пока обладатель черепа не успел разрушить свой собственный мозг.
Бризо тем временем продолжал сереть лицом. С чего бы это, интересно?
— Я могу узнать, что всё-таки твои люди делали на Плайте? — спросил я эрцога.
Тот удивился.
— Это ещё зачем? Или тебе что-нибудь посерьёзнее бича предложить, дурак настырный?
— Я не понимаю, — сказал я просто и без вызова. — Зачем жечь собственную планету? Откуда здесь алайцы? Боюсь, если ты отпустишь меня, я всё равно влезу снова. Потому, что я был достаточно близко от планеты. Это невыносимое ощущение, смотреть и слушать, как она кричит от ужаса… Что же вы делаете?
Эрцог помолчал. Поморщился, словно вспоминая что-то.
— А ты бы мог и сам догадаться. Раз способен чувствовать, что мешает тебе сообразить, зачем в таком деле нужны алайские корабли? Кого ещё на такое пошлёшь?
— Но зачем?
— Ладно. Только в общих чертах. Примерно то, что знает и Бризо. И ты убираешься отсюда.
— Смотря, что я узнаю.
— Ты с кем так говоришь, мальчишка!
Эрцог поднялся и уставился на меня. Но вызова я не принял. Я расфокусировал взгляд и ушёл за него. Потом вообще опустил голову, чтобы не смотреть на Локьё. Я чувствовал, что нам не время сейчас ссориться.
Не знаю, о чём он думал, но он сел, наконец.
— Ладно, Хэд с тобой, — выдохнул он. — Когда ты ещё не родился, мы воевали с хаттами. Ты в курсе?
Я кивнул. Историю войн я знал гораздо лучше истории цивилизации.
— Помнишь, в чём состояла проблема? Хатты были довольно странными гибридами машин и живой плоти. И, если в космосе подбитый корабль не давал шансов ни нам, ни им, то на своих планетах оборону они занимали намертво. Тогда мы взялись за разработку биологического оружия. Этакой помеси вирусов и бактерий, которые разрушающе действовали бы и на механические части хаттов, и на их живую плоть. Был создан жуткий и очень агрессивный технобиологический гибрид. Применение этого "оружия" хранилось в строжайшей тайне. В дэпы это не попало вообще, но, учитывая неисповедимость путей разведки, твои старшие друзья могут знать об этом кое-что.
— Я — нет.
— Вижу. После войны заводы-лаборатории, производившие вирусы, были законсервированы. Но не всех это устраивало. Недавно я узнал, что получено разрешение на расконсервацию… По стечению обстоятельств, производство велось именно здесь, на Плайте. Теперь тебе всё понятно?