Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников - Кира Иствуд

— Я… я плохо подготовилась к уроку, поэтому… профессор Алистер Дрейк снизил мне бал.

— То есть, это справедливое снижение? — Уточнил Сайрос.

— Да… — не поднимая глаз, я сцепила руки на коленях.

— Смотрите, пожалуйста, на нас, когда отвечаете, — рычаще потребовал Оберон. — Или вам есть что скрывать?

— Н-нет, — я вскинула глаза и тут же наткнулась на два горящих взгляда. Испуганная стайка мурашек побежала с шеи на лопатки. Невольно захотелось вжать голову в плечи. Но я заставила себя сидеть неподвижно.

В аудитории были только мы втроём.

Как и в том сне…

“Я мышка. Мышка… Я им не нужна”, — повторила я в уме.

— Значит, вы не успели подготовиться к занятию? — по-звериному наклонив голову, мягко спросил Сайрос. Взгляд в отличие от голоса у него был совсем не мягкий, а острый как бритва.

— Да.

— Судя по оценкам, это не в вашем стиле. Чем вы были так заняты вечером?

— Ничем таким! Просто…

— А ночью? — спросил Оберон, вглядываясь в моё лицо. Его энергия снова накатила на мой пси-щит, отчего спина покрылась холодным потом.

Со стороны — мы просто беседовали. А чувство было такое, будто на меня наставили бластер.

— Я… — я снова опустила глаза, не в силах выдержать пристальный взгляд. Но тут же вскинула его вновь. Стиснула кулаки на коленях. И вздёрнула подбородок. — У меня много работы в научном кружке. Голова забита исследованиями! Да, снижение баллов было… но это временно! Я всё верну назад.

— Уверен, так и будет, виана, — оскалился Оберон. И я заметила, что его клыки были чуть длиннее, чем у людей.

“Будто звериные”, — холодом пронеслось в мыслях. И одновременно странный жар стал сворачиваться в животе.

— Тогда давайте поговорим о ваше научном клубе, — вкрадчиво продолжил Сайрос.

— А что с ним? — настороженно спросила я.

— Вы доверяете своим подопечным?

— В полной мере!

— А они вам?

— Конечно! — возмутилась я.

— Судя по отчётам, вы сейчас работаете над новыми пси-тониками. Какие самые интересные разработки, на ваш взгляд?

— М-м-м… Мне кажется, наиболее интересные — это стимуляторы способностей, чтобы смягчить откат чистки. Мы добились больших результатов в том, чтобы…

— А что насчёт снов?

— Снов? — я едва не пискнула, в последний момент удержав голос.

— Ну, у вас есть какие-то разработки, связанные с усилением пси-активности… сновидений? — Сайрос спрашивал с улыбкой. Но улыбка это была не добрая, а будто у ищейки, что напала на след.

Святая туманность! Я никогда не была хорошим лжецом.

Но сейчас делала всё возможное!

— Нет, ничего такого, — я отрицательно качнула головой.

И будто кожей почувствовала колючее недоверие, льдом мелькнувшее в золотых глазах шиарийцев. Может, что-то неправильное было в моём тембре голоса или в лице — я не знала. Но нужно было срочно спасать ситуацию.

— Впрочем! — торопливо добавила я. — Я могу отвечать за своих подопечных, но не за другие научные группы! Вдобавок есть исследования, к которым мне доступ закрыт. Также имеются разработки, которые косвенно можно применить к снам. Вы можете сами посетить лабораторию и убедиться. Все образцы находятся под наблюдением. Ничего незаконного! Вы можете их изучить…

“...если вам кажется, что лаборатория что-то скрывает!” — этого я не сказала вслух, но это зависло в воздухе.

Несколько долгих секунд длилось молчание.

А потом Сайрос откинулся на спинку.

— Любопытно… — прокомментировал Оберон, качнув хвостом.

— Думаешь, нужно проверить? — вслух спросил его Сайрос, так, будто меня здесь не было.

— Если адептка позволит…

— А почему бы ей отказываться? — мурлыкнул Сайрос, окидывая меня пристальным взглядом.

— Тогда вперёд.

— Виана… — это Сайрос обратился уже ко мне.

— Д-да? — мой голос дрогнул.

— Вы позволите… вас понюхать?

* * *

…Что?

… ЧТО?!

— П-понюхать? — я позорно заикнулась на первом слоге.

Моё тело на инстинкте подалось назад, будто спасаясь от этого самого “понюхать!” Я упёрлась лопатками в спинку дивана. Мурашки, которые и без того бегали по спине и затылку, стали ощущаться как колючий озноб.

— Именно это я и сказал, — качнул хвостом Сайрос.

Меня бросило в жар. Потом в холод. Я хотела хоть что-то ещё ответить, но не находила слов. Да и как тут вообще их отыщешь?! Что за безумное предложение?! Это вообще нормально такое вслух произносить?!

Но шиарийцы были серьёзны. Это явно была не шутка.

На несколько мгновений повисла звенящая тишина.

Мне казалось, я просто вмёрзла в спинку строгого неудобного диванчика, на котором неловко сидела у самого краешка. Точно хотела казаться ещё более миниатюрной и незаметной.

Но от внимательных золотистых глаз ничего не укрывалось.

И хотя нас разделяла прозрачная сенсорная столешница — казалось, будто — никакого препятствия нет вовсе.

Дольше молчать было уже нельзя. Мне надо было как-то отреагировать на эту безумную… и крайне опасную для меня просьбу! Но как?!

— Ну так какой ваш ответ? — мужчины поднялись со своих мест и мягко двинулись ко мне, обходя прозрачный столик с двух сторон.

— З-зачем это нужно?! — пискнула я, вскакивая, чтобы не оказаться зажатой с двух сторон на диване. Успела в последний миг! Сердце уже не просто торопливо стучало, оно буквально пыталось выпрыгнуть из груди.

— Виана, ну что вы так реагируете. Мы же вас не съесть предложили, — мурлыкнул Сайрос с таким плотоядным видом, словно именно “съесть” меня он и собирался.

Шиарийцы плавно приближались. Я инстинктивно отступала, пятясь назад. Они словно загоняли меня, как охотники добычу.

— Это просто эксперимент… научный. Вы же любите науку, виана? — хищно улыбнулся Оберон, делая ещё один хищный шаг ко мне. И заставляя меня отшатнуться. Жаль только, что всё это отдаляло меня от спасительного выхода из аудитории. Белый неоновый свет вмурованных в казённую стену ламп ещё никогда не казался мне таким неуютным. Он отражался в золотых глазах шиарийцев, отчего зрачки словно горели изнутри.

Со стороны происходящее, должно быть, выглядело так, будто два льва играются с мышонком, загоняя его в угол.

Но я всё же не была мышонком!

Даже если хотела им казаться.

И ухватившись за эту мысль, я вдруг решилась. Как в ледяную воду с разбега сиганула!

— Нет! Я против! — почти выкрикнула я. Как будто бы проявив смелость. Да только голова закружилась от страха и перенапряжения воли.

Шиарийцы вопросительно вскинули брови.

— Почему же? — нарочито удивлённо спросил Оберон.

— Вы что-то скрываете, виана?

— Просто не хочу!

— А причина? — ласковая угроза переливалась в голосе Сайроса.

— Это не… неприлично! — мои щёки пылали, и я подозревала, что кожа у меня окрасилась в ярко-розовый, а уши уже бордовые.

— С