Анатолий Шинкин - Космические перевозчики

Раньше не уставал, старею. И еще неотвязное беспокойство, начавшееся с вечера, когда проезжая по улицам не встретил ни пешеходов, ни встречных гравипедов. Я оглянулся. Музыка давно звучала – медленный шлягер из позапрошлого века, три пары кружились в центре кают-компании. Девчонки болтали, смеялись и гремели посудой на кухне, вовсе не собираясь соперничать в приглашении на танец героя-космолетчика. Точно, старею. Красоткам уже не нужен. Себя еще представляем молодыми, но уже не вернется наше вчера. Только усмехнуться печально и поджать скорбно нижнюю губу. Двадцать семь от роду – это возраст. Пора спать.

– Что за черт? – яркая ослепляющая вспышка ударила по окнам-иллюминаторам общежития. Я стоял вполоборота и потому сохранил зрение. – Все в убежище! Налет!

Реакция космолетчиков на мгновенное изменение ситуации не подвела. Танцующие молча рванули к лестнице. Вика хотела заспорить, но Леха быстро сориентировался, подхватил борцовским приемом на плечо и резво потащил мою бывшую попой вперед на выход. Вика негодующе стучала кулачком по его спине.

Взрыв произошел в десятке километров, значит, звуковая волна дойдет секунд через тридцать, ударная почти через минуту. Успеваем, но будет ли этот взрыв единственным?

Бросился в кухоньку. Надежда с тарелкой в руках и Женька с полотенцем радостно обернулись. Надежда собралась сказать что-то смешное, уже и улыбнулась ехидненько, но я разом отмел шутливое настроение:

– Девчонки, улыбаться вслух над начальством не принято. Налет! Давайте за мной, – для верности схватил за руки, потащил к дверям, отмечая мимоходом, как радостно вспорхнуло на молочных бедрах серенькое с блестками платье.

Мы нырнули в бункер, Сашка, ожидавший нас на входе, уже закрывал толстую бронированную дверь, я остановился помочь и на меня налетела бежавшая следом Надежда. Пришлось обхватить ее руками за талию, чтобы не свалиться. Сашка насмешливо зыркнул глазами на наши объятия и повернул штурвал запорного устройства. Свистящий настильный звук, многократно приглушенный бетоном, волной прошел над нами. Погас свет, но еще раньше я заметил прожигающий взгляд Вики. Теперь у моей бывшей два врага.

Принцип работы частотно-шаговой бомбы в создании волны определенной частоты, как правило, частоты колебаний железо-бетонных конструкций. Волна извне накладывается на волну собственных колебаний сооружения, возникает мощный резонанс, и на месте падения бомбы остаются только обломки разрушенных зданий. Оружие считается "гуманным", так как людей эта штука специально не убивает, только заваливает обломками, ослепляет светом да оглушает звуком. Очень современный гуманизм – после одного взрыва тысячи искалеченных, полуслепых, полуоглохших бомжей.

– Все от стен. Стоять на одно ноге! – крикнул в темноту, хотя уверен, – космолетчики – народ обученный, – все именно так и стоят.

Сверху послышался грохот рушащихся конструкций. По-счастью, подземные сооружения, чаще всего, почти не страдают, видимо грунт глушит колебания, но тряхнуло впечатляюще. Взрыв нужно пережидать, стоя на одной ноге, чтобы не попасть в "шаг волны". Сердце, конечно, не камень, но и судьбу лучше не испытывать.

– Отбой! Леха, будь добр, включи аварийное питание.

– Уже включаю, – Леха щелкал тумблерами в углу убежища.

Мигнули, погасли и загорелись "дневные" лампы, осветив сводчатые потолки, панели управления по стенам и нас, стоящих разрозненной толпой в центре большого зала.

– Света, можно расслабиться и успокоить Серегу. Верни парню осмысленную улыбку.

Шутка "прошла" – народ заулыбался на краснеющие щеки влюбленных. Будто специально в пару искренних и застенчивых подбирали.

– Леха, узнай обстановку, свяжись с живыми, с начальством, – я кивнул на панели. – Есть предложение, побольше улыбаться перед лицом опасности и поддерживать друг друга. Катрин, помоги коллеге.

Девушка быстро подошла к Лехе. В четыре руки застучали по голографическим клавиатурам. Серега, открыв оружейную пирамиду, раздавал экипажам лазерные автоматы – бластеры – самое скверное из человеческих изобретений: после трех выстрелов, десять минут на подзарядку, после тридцати – можно выбрасывать.

У меня трофейный АК-47, с Планеты Негодяев, когда кончаются патроны, можно использовать как дубину – оружие на все времена. Подумав, забираю из пирамиды лазерный револьвер, – в ближнем бою эффективное оружие.

– Мне нужно наверх, – Вика перещелкнула предохранитель бластера, проверяя заряд, и, взяв оружие наизготовку, направилась к двери.

Серега побледнел и рванулся останавливать. Ну что за парень? Выражает чувства всем своим существом, да еще лицо, как доска объявлений: все переживания на нем крупными буквами.

– Серега, приглуши свои порывы. Вика, тебе наверх по делу или это очередной фортель по демонстрации своей значимости?

– Я не обязана перед тобой отчитываться! – оскалив до некрасивости свое милое лицо, с упорством, достойным лучшего применения, она пыталась повернуть штурвал запорного устройства. – Девчонки, помогите мне, а эти трусы пусть дожидаются, пока их освободят, чтобы продолжить унылое существование вдали от опасности.

– Не примут тебя, Вика, – я подержал паузу, – в общество бескорыстных улыбок.

– Из бескорыстия вырастают лохи и быдло, – Вика будто нечаянно направила на нас бластер. – Девчонки, помогайте.

Света и Женька быстро подбежали, неловко перехватывая и мешая друг другу, попробовали крутить. Надежда осталась на месте, глядя на меня своими неповторимыми задумчивыми глазами. Сделала два шага вперед, будто протанцевала, и оказалась рядом:

– С тобой спокойно.

Иногда нужно просто быть рядом, и человечек обретет уверенность и сделает нужный шаг. Такое выражение "чувствовать плечо друга". Тяжело приспосабливаться к женщинам: взгляд невольно задерживается то на форме полуоткрытой груди, то на высококачественных, чего греха таить, супер сексапильных ногах. Это потом они примелькаются, а пока мужское начало явно превалирует у меня над деловыми мыслями.

– А вот с тобой не очень, – шутка получилась пошловатой, но искренность ответа заставила Надю улыбнуться. Легким движением она тронула мой локоть и слегка прижалась плечом.

– Леха, что там? – попытался я за строгостью спрятать смущение.

– Пока глухо. Попрятались в укрытия и ждут следующего взрыва.

– Следующего? – переспросила Надежда. – А сколько всего?

– Обычно – два, – не отрываясь от клавиатуры, ответил Леха. – Серега, за временем следишь?