Селия Фридман - Рожденные в завоеваниях

Через некоторое время после посещения Затара — но не более десяти дней спустя, на протяжении которых он снился мне каждую ночь — мне дали задание в части дома, прилегающей к главному входу. Я там убиралась после эмоциональной и несколько неприятной деловой встречи, и услышала разговор, доносившийся из холла, и этот разговор заставил меня навострить уши.

— … как там твоя азеанка?

— Как я и планировал. Ты ожидал чего-то другого? Я не сомневаюсь…

Дверь захлопнулась, когда они вошли в переговорную залу и автоматическая звукоизоляция скрыла от меня остальную часть разговора. Я еще какое-то время прислушивалась, на тот случай если мужчины снова выйдут, но в конце концов была вынуждена вернуться к работе и молча раздумывать над странными словами.

Азеанка в Доме Сечавеха? Я не могла даже представить себе такое. Зачем здесь быть какой-то азеанке? И где ее будут держать? Какой от нее толк в этом частном владении? Ведь в другом месте от нее наверняка можно добиться большего. Даже страсть Сечавеха к пыткам казалась слишком мелкой и незначительной, чтобы вымещать ее на ком-то из врагов. От пленного азеанца можно получить полезную информацию о Войне, не так ли? Так зачем его продавать — или отдавать — частному лицу?

Вопрос отвлек меня от работы, и в последующие дни я поняла, что должна что-то предпринять и найти ответ на это вопрос. Определенно все было просто: требовалось только запросить компьютер Дома о проживающих здесь лицах, и исходить из этого. Я подождала, пока меня не отправили работать в библиотеку, потом — пока все не покинули помещение, и осторожно приблизилась к пульту управления.

«Дом Сечавеха, — набрала я. — Данные о жильцах, по расам». Такая информация должна быть доступной даже для рабыни.

Спустя мгновение компьютер выдал мне ответ:

браксаны, чистокровные — 1

браксаны, прочие — 14

браксинцы, простолюдины либо полукровки — 397

алдоусанцы — 54

рлеганцы — 3

даккарцы — 2

внашты — 61

аранакцы — 12

прочие: без четкой расовой принадлежности или особые случаи — 23

см. личные данные

Никаких азеанцев в Доме Сечавеха не оказалось.

Я снова просмотрела список. Я сделала ошибку, интерпретируя информацию? Нет, азеанцы не вступают в связи с представителями других рас, поэтому никого из них нельзя отнести к категории «без четкой расовой принадлежности». Это оставляло только особые случаи.

Я выключила пульт.

Долго сидела неподвижно, пытаясь ни о чем не думать. Возможно, если бы мое последнее лечение было успешным, я бы просто отмахнулась от проблемы, которая меня не касается, и вернулась к работе, но дела обстояли так, что амнезия, уже ослабленная полувоспоминаниями о Затаре и желании, на которое он вдохновлял меня, начинала проходить. Я почти вспомнила… что? Я знала эту азеанку? Она сыграла какую-то роль в моем несчастном случае и таким образом оказалась связанной с потерей памяти?

Меня мучили эти вопросы, пока я не заснула. Во сне покой бежал меня — потому что мне снились сны.

… слезы, заливающие лицо, и воспоминание о красивом мужчине с золотисто-солнечной кожей и густыми белыми волосами, и цели, общей для нас и забравшей его у меня в одну ужасную, кровавую ночную смену.

Я хочу умереть! Я хочу быть с ним!

Затар держит меня, довольная улыбка озаряет его лицо, и совершенные, идеальные черные глаза ловят мой взгляд и приказывают мне подчиниться.

— Эксперимент, — шепчет он, и хотя его дыхание согревает меня, я также испытываю отвращение. — Взять женщину, в крови которой течет умеренность, и посмотреть, не может ли только одно окружение заставить ее присоединиться к живущим настоящей жизнью. Посмотреть, не может ли половой инстинкт пробудиться там, где ученые разработали его отсутствие. И мучить ее самым жестоким образом — разбудить этот голод, вызывая его через отчаяние — особый вид мук, ее запрограммировали не поддаваться этому. Сечавех против лучшей азеанской науки. Смотри!

Он приказывает и я поворачиваюсь. Держа меня за плечи, он заставляет меня идти вперед.

— Зекрало! — приказывает он и оно возникает передо мной. Я держу руки около лица…

… золотистые руки на пульте управления…

и Затар приказывает зеркалу отразить мой образ.

Я, я… азеанка.

Лиел!

…И я просыпаюсь, тело покрывается холодным потом. Мое сознание внезапно освободилось от навязанных наркотиками пут, моя память борется, пытаясь пробудиться после долгого сна. Теперь все воспоминания вернулись ко мне — о, как это больно! Лиел умирает и мне нет смысла жить дальше. Я отдам свою жизнь за Азею, я умру во славе среди звезд и заберу с собой само средоточие браксанских знаний и коммуникаций и навсегда присоединюсь к своему любимому.

И Затар… да, я знала его! Я сидела напротив за столом переговоров, когда он сражался в словесной дуэли на этом своем сложном языке, и полдюжины переводчиков, я была среди них, наблюдали за каждым его шагом, анализировали мельчайшие модуляции голоса, надеясь добавить хоть что-то к тому, что заметила командир звездного флота лиу Митете. Я сидела рядом, наблюдая за лордом — плененая взглядом темных глаз, в них горела такая сила, они обещали такое насилие, что требовалось бороться с собой, чтобы не сжаться перед ними в комок. Я ненавидела его и восхищалась им, пытаясь превозмочь кайм’эру.

Теперь воспоминания возвращаются, все легче и легче — и на мое сознание нахлынула жуткая их какофония. Лиел, мой драгоценный Лиел, он улетел вместе с истребителями и погиб во взрыве. Я хотела умереть, потому что не могла жить одна, но меня вела ненависть к Бракси, которая снедала меня столь сильно, что я не могла отказаться от жизни, не нанеся последнего удара по врагу. День за днем я изучала все детали, связанные с Цитаделью, бисалоанские охранные посты, браксанскую ментальность — все, до чего могла добраться. Командир звездного флота подбадривала меня и поддерживала. Хотя она не могла разделить со мной такую сильную любовь, когда расставание с тем, кого любишь, хуже смерти. Лиу Митете почувствовала мою целеустремленность и помогла мне направить ее туда, куда следовало — на отмщение.

Я снова и снова изучала ту мизерную информацию, что знала о бисалоанской станции, выискивала слабости. И я их нашла. Если приблизиться на такой-то скорости, под таким-то углом, при таких вот условиях… видите? Произойдет перегрузка силового поля, оно ослабнет вот в этой части как раз на необходимый промежуток времени, а специальный корабль сможет пробраться сквозь него… Вот оно, есть! Я доказала лиу Митете все это с цифрами в руках и она согласилась попробовать.