Сергей Працюк - Возмездие: Перезагрузка
Проигнорировав требования Устава, Карт выбежал из диспетчерского центра и устремился к месту аварии. Спасатели уже стояли на крыше истребителя, пытаясь с помощью плазменных резаков прорезать обшивку. Сквозь дым можно было различить отблески пламени внутри кабины. Карт бессильно поджал мандибулы, чувствуя свою беспомощность, но продолжал стоять на месте, понимая, что уже ничего нельзя было сделать.
Наконец, им удалось прорезать кабину. Кусок обшивки вместе с обломками металлопластика отвалился, пламя тут же вырвалось наружу, однако в кабину оперативно направили струю концентрированного нуль-геля.
Один турианец, не обращая внимания все ещё полыхавший огонь, полез внутрь. Ему удалось вытащить что-то черное, и по палубе пронесся тяжелый вздох. Карт отвернулся. Пилот во много раз превысил скоростные лимиты во время посадки, единственный шанс у него был только в катапультировании, но Сегес от него отказался.
Повернувшись, Карт заметил Лайона. Командир застыл с неопределенным выражением на лице и сложил руки на груди.
— Я полагаю, что Вы собой довольны, майор? — наконец, озвучил он свою мысль.
— Я Вас не понимаю, сэр.
— Вы все прекрасно понимаете. Не надо было слишком сильно браться за них. В результате в первый же день пилоты и механики измотаны до предела, погублен один член моего экипажа, вдребезги разбит «Меч» ценой в восемьсот тысяч кредитов и едва не взорвался к Духам весь авианосец. И что теперь мне, по-вашему, писать в отчете?
— Коммодор Лайон, не надо забывать, нам объявили войну геты, — спокойно ответил Карт, — церемониться нельзя, нам просто не до этого. У лейтенанта Сегеса возникла аварийная ситуация, Устав разрешает в этом случае катапультироваться, но он ослушался, и результат налицо. Я должен научить этих ребят летать и сражаться, пусть лучше смертные случаи будут во время тренировок, но не в бою.
— В СБЦ я сталкивался с такими отморозками, как Вы, не признаете правил, вообще ничего, — процедил Лайон и припечатал его холодным словом. — Вы дартский сын!
Карт возмутился, но вовремя сдержал себя и только кивнул.
— Если это ваше мнение, то я не буду спорить, — холодно отчеканил Карт.
— Я хочу довести до вашего сведения кое-что. Это ситуация будет подробно изложена в моем отчете. Ещё во время службы СБЦ я не любил таких парней вроде Вас, но вы флотские ещё хуже.
— Я не дредноут, чтобы всем нравиться, — сухо ответил Карт, — и вообще, сэр, задумайтесь над тем, что Вас привело в боевой флот.
Лицо Лайона потемнело от ярости, в глазах плескался гнев, очевидно, он понял этот намек. Коммодор угрожающе поднял левую руку и ткнул в лицо Карта.
— Можете не сомневаться… Считайте, что ваши дни во флоте сочтены! — выкрикнул он и, даже не удосужившись отсалютовать в знак окончания разговора, ушел к лифту.
— Парень, конечно, виноват, но при чем здесь Вы?
Повернув голову, Карт заметил Ксирит.
— Мне не нужна защита! — грубо сказал он и также ушел к лифту.
* * *— Так, обратили все внимание сюда! Смотрите очень хорошо, можете подойти и пощупать. Это приказ!
Карт стоял возле разбитого бомбардировщика и сурово оглядел пилотов вокруг. Ещё не выветрился специфический запах сгоревшей электропроводки и расплавившегося металла. Внезапно одна турианка вырвалась из общего строя и подбежала к стыковочному шлюзу, где её и вырвало. Тактично повернувшись спиной, и стараясь игнорировать тошнотворный запах обгорелой турианской плоти, Карт продолжал говорить.
— Гиль Сегес, которого вы все знали как своего соседа в кубрике и по столу, погиб при игнорировании пункта 174 Устава ВКС Иерархии. Теперь вы должны очень внимательно всмотреться в его истребитель и запомнить раз и навсегда все, что здесь увидите. Наши предки выигрывали в древности войны, потому что не допускали ошибок; а к тем, кто допускал хоть одну-единственную ошибку — применялось суровое наказание. По сути, лейтенант Сегес выбрал меньшую из форм наказания за свой проступок. В случае, если бы он остался жив, его ждал бы суд — за нарушение Устава в ситуации опасной для пилотирования и игнорирование прямого приказа вышестоящего офицера. Я очень хорошо понимаю каждого из вас, в свое время я был таким же молодым турианцем, жаждущим славы, большей чем у сверстников. Это пройдет, у кого-то быстро, у кого-то нет. Через четыре часа нам предстоит очередной вылет, но сначала, каждый из вас поднимется на эту платформу и очень внимательно изучит то, что осталось от истребителя Сегеса. Вольно.
Карт отвернулся и сошел с платформы. В спину ему прилетело обидное.
— Дартский сын…
Турианский слух очень чуткий, в этом была особенность их физиологии. Поэтому хоть слова были произнесены тихо, Карт без труда узнал голос сына генерала. Но он не остановился и не стал оглядываться. А зачем ещё реагировать на посторонние реплики?
Поднявшись на жилую палубу, Карт прошел к своей каюте. Рукой нашарил стул, приставленный к столу с личным терминалом и с выдохом сел. Приведя мысли в относительно спокойное состояние, майор придвинулся к столу и включил экран компьютера.
То, что он хотел сейчас сделать, было необязательным, но в определенных кругах поощрялось. Конечно, трудно правильно подобрать слова для утешений, но, тем не менее, он должен был это сделать. Поэтому Карт нацепил на пальцы сенсорные контакты и начал набирать на голографической клавиатуре текст.
«Госпожа Верайн… Ваш сын служил под моим командованием, и мне нужно…»
Неожиданно пальцы его замерли. А что если он виноват в гибели ее сына?
«Духи, дайте мне силы выдержать это испытание, — беззвучно помолился он. — Разве я убийца сына? Я сделал что-то неправильное?»
Сомнения грызли его душу. Где-то в глубине он осознавал, что все подсказывало ему возможность трагической развязки, и все же он не вмешался и позволил этому произойти.
«Мне доверили эту молодежь, чтобы я обучил их — и как я вообще мог допустить такое?»
Перечитывая горевшие на экране строчки, Карт вдруг вспомнил свою младшую сестру и день, когда она получила подобное извещение. В нем сообщалось о гибели их родителей, служивших в 79-ом патрульном флоте, и произошло это через неделю после нападения батарианских пиратов на человеческий Элизиум. Война тогда охватила практически весь Аттический Траверс, батарианцы стали безнаказанно нападать на торговые пути в Пространстве Совета. 79-ый флот ценой больших потерь сумел остановить пиратов и не допустить их к внутренним мирам Иерархии.
А на следующий день после получения извещения сам Карт стащил в городском магистрате идентификатор и сфабриковал свои документы, приписав себе два года. В соответствии с новым удостоверением Карт уже якобы справил своё второе совершеннолетие, и был готов к зачислению в военную школу. А полтора года назад после Битвы за Цитадель, сестра получила ещё одно извещение, на этот раз о гибели своего жениха, и по совместительству друга детства Карта, который погиб при обороне колонии Равшан.