Анатоль Нат - Операция "Бешеные лошади"

— Сколько?

Хриплый, мрачный голос профессора прервал тихие причитания Маши.

— Двести сорок тысяч.

— Хм, — пожевал губами профессор. — Неплохо, — с сомнением продолжил он. — Но…

— Да не будет, — вдруг как-то устало и безразлично перебил его Сидор.

— Поймите вы. Не будет у нас по осени никаких миллионов. Ничего у нас от этого нового коптильного цеха не будет. Ничего кроме неприятностей.

— Маш, — с сочувствием посмотрел он на чуть ли не плачущую подругу, сидящую напротив. — Ты успокойся, подумай и честно мне скажи.

— Ты веришь в то, что Голова со своими друзьями даст нам заработать миллионы?

— Я - нет.

— А вы, профессор?

— И я нет, — вдруг тихо и неожиданно твёрдо проговорил профессор. — Не верил, не верю, и не буду верить в это. Не такие это люди. Они скорее сами разорятся, чем дадут нам заработать такие деньги.

— Ну а поскольку сами они разоряться не хотят, то разорят нас.

— Вот, — ткнул в его сторону пальцем Сидор.

— Убери и не тыкай…

Тихий, холодный голос Маши жёстко оборвал собравшегося было пуститься в объяснения Сидора.

— Не тыч в людей пальцем, — устало и равнодушно проговорила она. — Где тебя воспитывали.

— Если подумать холодной головой, — на одном тоне, не прерываясь, продолжила Маша, — то и я согласна с профессором. Просто не думала что это будет так скоро, — с тоской в голосе проговорила она. — Не хотелось в такое верить. Надеялась ещё немного потянуть, ещё чуть-чуть. Надеялась хоть что-то заработать.

— Мы ж только за одну прошедшую неделю чуть ли не пять тысяч чистой прибыли заработали. Даже несмотря на то что ещё толком не развернулись…

— А уже целых пять тысяч золотых всего за каких-то пару рабочих смен…, - с глухой тоской в голосе с надрывом проговорила она.

— Что мы получаем взамен? — перешла она на сухой, деловой тон. — Только не говори мне что ты ограничился только деньгами. Говори, что ты ещё с этих скотов содрал.

— Услуги, — улыбнулся грустной улыбкой Сидор. — Безплатные.

— Обязались ежемесячно в течении полугода, точнее — начиная с завтрашнего дня и до ноября текущего года, предоставлять нам безплатно шестьдесять возов потрошёной рыбы в любую точку прилегающих к городу тридцативёрстной полосы земель. С безплатными услугами возчиков, телегами и лошадьми, включительно.

— Триста золотых, — тихо проговорила Маня, закрыв глаза. — Экономия трёхсот золотых, вместо заработанных миллионов…, - медленно повторила она, качая головой и как бы не веря в то что сама говорила.

— Четыреста, — хмыкнул Сидор. — Ты не посчитала стольник на кормёжку лошадей и людей.

— Понятно, рыба — для медведей, — грустно хмыкнула Маня. — Тогда вопрос — где? Точнее — куда?

— На Быстринку.

— Так там же у тебя…, - удивлённо распахнула глаза Маша.

— Уже нет, — мрачно буркнул Сидор. — Накануне прибежали те самые хмыри кожевники, с кем я договорился по поставкам рыбы, и пряча глаза понесли какую-то чушь. Что они не могут дать мне рыбы, что у них там одно, другое, третье. Что, мол…, - запнулся он. — То есть, категорически не могут.

— Ну, в общем ты поняла, — вяло махнул он рукой. — Голова их прижал и они отказали нам в предоставлении безплатной рыбы, идущей на выброс. И даже за деньги теперь не согласны.

— А потом, сразу после них, даже не скрываясь, ко мне Староста подкатился с предложением — продай новый коптильный цех. Даю, говорит, хорошие деньги.

— Типа — ты всё понял?

— Я сказал, да. Я понял всё. Когда подписываем бумаги?

— Сегодня и подписали. Цена, как вы видите, вполне приемлемая.

— Вот тебе и ответ на то, сколько бы мы заработали, если б я сейчас отказался.

— И я тебе, Маша больше скажу. Это только начало. Они на наших костях ещё всласть попляшут.

— Но предупредить то заранее мог, — с горечью в голосе тихо проговорила Маша.

— Это уже ничего не меняло, — тихо откликнулся Сидор.

Бегать каждый подобный раз к Мане и согласовывать с ней не касающиеся её дела, он не собирался. Как и не собирался обижать её, честно ответив на поставленный вопрос.

Ненароком как-то устроенный раздражённым Сидором в Управе скандал, что Совет, мол, не оказывает Корнеевскому учебному центру достаточного и должного внимания, неожиданно для всех вылился в подарок для Центра, присланный от Городского Совета. В странный подарок, надо сказать.

Что там хотел этим сказать им Голова, прислав такой "подарок", можно было только догадываться. Лично Сидор, да и постепенно склоняющийся согласиться с его мнением Корней, считали это в неявной форме выраженным издевательством. Но что делать с тем что им прислали, ни Сидор, ни Корней совершенно не представляли.

— Ну и как оно тебе нравится? — недоумевающе, наверное уже в сотый раз за это хмурое утро интересовался у Корнея Сидор.

— Овцы! — задумчиво пробормотал он, разглядывая присланную Советом в подарок учебному центру небольшую отару овец. — Пятьдесят штук.

— С пастухом, — мрачно пробормотал он, рассматривая щуплого паренька, пригнавшего им отару.

— Пастушка.

— Угу, — рассеянно повернулся к нему Сидор.

— Пастушка, говорю, — не оборачиваясь, сердито буркнул Корней, с откровенно гастрономическим интересом рассматривая пасущуюся возле стен Речной крепости небольшую отару.

— Девчонка это! — заорал он прямо в ухо Сидора, видя что тот от его слов впал натурально в ступор и никак не реагирует на происходящее.

— Сказала что её Совет к нам прислал. Что там ей сказали, что она теперь жить будет у нас, питаться у нас и одеваться у нас тоже. Платить ей не надо. По крайней мере до совершеннолетия или пока не выйдет замуж.

— Платой за присмотр за отарой будет её у нас проживание, на нашем довольствии.

— Да слышу, слышу я. Чего орёшь, — сердито отстранился Сидор от Корнея, набравшего в лёгкие вздуха и уже собравшегося снова заорать Сидору прямо в ухо, как будто тот ничего не слышал.

— Я просто думаю. У нас здесь что, филиал детского сада? Или приют для бездомных сирот?

— Или это завуалированная месть такая со стороны Головы за то, что мы ему не отдали Васятку?

— Ты забыл ещё двоих своих протеже, — ухмыльнулся Корней.

— Дашку с Колькой — Великих Коптильщиков, — с насмешливой ухмылкой уточнил он недоумённо посмотревшему на него Сидору.

— Она одна? — нахмурившийся Сидор недовольно кивнул в сторону пастушки.

— Счас, одна, — недовольно проворчал Корней. — Их трое таких. Эта и ещё пара точно таких же худющих малявок.

— Отослал на кухню, чтоб помогали дежурному и чтоб отъедались, — сердито проворчал Корней.