Анатоль Нат - Приключения Вехтора

Замолчав, Корней так и остался стоять у борта, с флегматичным видом разглядывая проплывающий перед его взором пейзаж.

— Что ты там такого интересного заметил, — громко и насмешливо спросил его Сидор, подходя, и прислонившись к борту лодьи рядом с ним.

— Красивый берег, — кивнул Коней на высокий и обрывистый берег реки, проплывающий как раз перед ними, перед этим дождавшись чуть заметного утвердительного кивка Сидора.

— Эй, любезный, — окликнул он какого-то матроса, постоянно вертевшегося возле них, — а скажи ка мне, есть ли у этих мест какое-нибудь своё, особое название?

— Да как же не быть, — тут же откликнулся матрос, придвигаясь чуть ли не вплотную к Корнею. — Это…., - протянул он руку к берегу, собираясь на что-то указать, и кулём свалился на палубу под оглушающим ударом Корнеевского кулака по голове.

Флегматично, так и не изменив лица, даже не дрогнув ни единым мускулом, Корней обнажил свою саблю и спокойно пошёл на небольшую группу матросов, стоявших рядом с ними.

— Все на корму, — ткнул он кончиком сабли в брюхо ближайшего, мгновенно шарахнувшегося от него матроса.

— И ты тоже, — подал голос из-за его спины Сидор, качнув неожиданно появившимся арбалетом. — Тебе, капитан, говорят, — повторил он. — Живо на корму.

Подталкивая пинками, вяло двигающихся и скупо переругивающихся матросов, они загнали всех, кого обнаружили на палубе в каморку на корме, как будто специально приспособленную под это.

Предварительно проверив её на предмет наличия колюще-режущих предметов, и ничего не обнаружив, как и окошка, хоть мало, мальски пригодного для побега, они утрамбовали там первую партию матросов. Затем, тщательно обшарив все помещения лодьи, они, под угрозой арбалетов, заставили и оставшийся экипаж сгрудиться в тесной коморке, пообещав, тем не менее, их выпустить, как только сочтут нужным.

— Однако, они явно привычные к подобному обращению, — хмыкнул Димон, наблюдая, как команда лодьи флегматично относится к тому, что их заперли.

— Или надеется, что они там ненадолго, — мрачно заметил Сидор, рассматривая берег, возле которого их застала эта суета с командой.

— Опана, — медленно выговорил Димон, склонившись над бортом судна и заметив уходящий в воду конец якорного каната. — А кто мне скажет, когда это они успели якорь сбросить? — вопросительно посмотрел он на сгрудившихся, на корме приятелей.

— Пока Сидор бегал за Маней, а ты за своим арбалетом, они уже и лодью остановили и к схватке подготовились. Только вот чуть не успели на нас наброситься, — усмехнулся Корней.

— Думаешь, это то место? — задумчиво спросил Сидор, рассматривая высокий берег, уже скрывающийся в вечерних сумерках.

— Лодья стоит. Стоит в какой-то протоке. Никого рядом, и во всей округе на реке, нет. Чего тут думать то, — насмешливо заметил Корней, нервно пройдясь от борта к борту и бросив взгляд в сторону уже опустившегося за горизонт солнца. — Надо готовиться. На рассвете их следует ждать. Надо только выпустить пару матросов потрусоватее, чтобы изображали обычный порядок на судне.

Дальше, они отобрали парочку матросов с самым запуганным взглядом и выгнали их на палубу, изображать обычную жизнь речного судна, ставшего на стоянку возле приглянувшегося берега реки.

Как Корней и сказал, ничего больше не произошло. Вокруг была разлита тихая вечерняя благодать, и единственными звуками, разносившимися по реке, были только шлёпанье мокрой швабры, которой чистоплотный Корней заставил обоих матросов драить грязную палубу, да невнятное мычание Сидора, напевавшего какую-то свою песенку.

Дождавшись, пока ночная тьма полностью не покрыла реку, полностью скрыв всё, происходящее на судне, Корней загнал обоих матросов обратно в чулан, превращённый ими в тюрьму. Распределив всех по намеченным им местам, полностью перекрывая все угрожающие направления, себе же он оставил место, наиболее, по его мнению, опасное.

— Если ни откуда и пойдут, — тихо заметил он мрачному Сидору, устроившемуся на бухте якорного каната по соседству с ним, — то только с этой стороны. Больше, просто неоткуда. Сзади, — кивнул он в сторону противоположного борта, — стремнина. Спереди — плёс. Пойдут со стороны плёса. Тут легче всего подобраться незаметно.

Следующие полчаса все аккуратно устраивались на своих отведённых местах. Уложив арбалетные болты так, чтобы они не мешались при стрельбе, и в то же время всегда были под рукой, вся компания постепенно успокоилась и настроилась на длительное ожидание, понимая, что ранее, чем с рассветом, гостей ждать не стоит.

— 'Туман, — думал Сидор, сидя под бортом лодьи, — удобно для нападения, но как же они нас найдут? Не дай Бог, ещё мимо промахнутся, ищи их потом по всей реке. Жди нападения неизвестно когда и непонятно откуда. Блин, — Сидор медленно почесал нос концом арбалета. — Вот непруха'.

Этим ранним утром над рекой стоял необычно густой туман. Было такое впечатление, что вода просто парила, подымая вверх тонкие, размытые струйки пара.

Правда, и время это утром назвать было бы не совсем верно. Так, краткий предрассветный миг, когда ночь уже ушла, а солнце ещё не взошло и не разогнало лучами эту промозглую сырость, что начинала постепенно пробираться под куртки притаившимся под высоким бортом ребят.

Сидор, мучительно подавляя зевок, тщательно всматривался в клубящиеся полосы тумана и понимал, что с этим звоном, поселившимся в его ушах от нервного недосыпа, ему совершенно не на что надеяться, а не то, что услышать тихие звуки, крадущихся по реке лодок.

Вдруг Корней, медленно и осторожно поднял руку, привлекая их внимание, и пальцем несколько раз потыкал в сторону, куда они все так напряжённо смотрели. Было видно, что он что-то там услышал, но до Сидора не доносилось совершенно ни единого звука, не говоря про то, что, среди клубов этого тумана, ему не видно было ни малейшего движения.

Тихо и осторожно придвинувшись поближе к борту, и, старательно за ним укрываясь, Сидор переглянулся с Димоном. Тот, недоумённо глянул на него и тут же скривил рожу, вопросительно пожав плечами.

Однако, буквально через мгновение, и до них стали доноситься какие-то тихие, неясные звуки, неожиданно появившиеся над рекой. И ещё через пару мгновений, до Сидора стало доходить, что это могут быть только звуки, издаваемые вёслами, тихо шлёпающими по воде.

— Две, — одними губами, беззвучно выговорил Корней, одновременно показывая пальцами количество лодок, осторожно двигающихся в сторону их лодьи.

Дождавшись того мгновения, когда лодки полностью выдвинутся из полосы тумана, они ясно смогли рассмотреть две небольшие лодки, грузно сидящие чуть ли не под самые борта в воде, и битком набитые вооружёнными людьми.