Нэйт Кеньон - Орден

Что-то начало пробуждаться в ней — огромное и могучее. Прежде чем потерять сознание, Лия собрала последние силы и закричала. Звук эхом отдался во всей башне, но его заглушило злобное карканье птиц. Они хлопали крыльями, словно аплодировали ей, в предвкушении невиданного зрелища — ее скорой смерти.

Каин услышал крик Лии.

Он почувствовал страх и надежду. Она — жива, а значит, у него есть шанс. Он бросился вверх по ступеням и, подняв голову, обнаружил, что добрался до конца лестницы. Далее была небольшая площадка, очередная дверь и окно, из которого открывался вид на скалы и серое море.

Каин остановился у окна, судорожно дыша. Какой же он старый и разбитый! Он и понятия не имел, как вообще смог забраться настолько высоко.

Приложив руку к двери, он ощутил энергию, пронизавшую башню.

Она струилась из глубин земли. Или, возможно, наоборот, уходила в недра. Посох сразу засиял, собирая силу, которая текла сквозь пальцы Каина.

Он прислушался и уловил тихий удар, шорох, а потом низкий стон. Он отшатнулся.

Наконец он догадался. Это был горн Джероннана.

Похоже, внутри едоки.

Каин тронул дверь, и оказалось, что она не заперта. Он распахнул ее и узрел хаос.

Он очутился в круглом зале без мебели или украшений. Только в подставках, напоминающих костлявые руки, пылали два факела.

Но взгляд Каина был прикован к центру зала.

Лия лежала на полу лицом вверх. Ее руки и ноги сковывали цепи. Едоки присосались к ее запястьям, лодыжкам, шее и губам. Их бесформенные тела кровопийц подрагивали от удовольствия, лысые черепа влажно блестели сквозь редкие пряди волос. Каин слышал чавканье, их плечи шевелились, кости проступали сквозь тонкую кожу.

Они уподобились гигантским птицам. «Уродины».

Глаза Лии закатились. Ее кожа посерела, а плоть начала сморщиваться, как высохшее яблоко.

Каин ринулся к Лие, сдавленно вскрикнув от ярости и отвращения. Поднял посох и произнес слова заклинания, которые сами вырвались из него. Посох ослепительно вспыхнул, и едоки, залитые красным сиянием, зашипели и отпрянули. Один из них снова застонал. Они вскочили на окна, из их плоти выросли перья, а носы превратились в черные клювы. Еще миг — и они улетели прочь.

Каин рухнул на колени рядом с Лией, коснулся ее лица. Ее кожа была ледяной и липкой, и она не просыпалась. Но она не умерла. Он нащупал еле ощутимый пульс у нее на запястье. Гнев наполнил его душу. Каин мягко прижал голову Лии к своей груди. «Они за это заплатят!»

Внезапно Каин заметил темную фигуру в одеянии с капюшоном. Она буквально возникла из воздуха. Руки незнакомца были спрятаны в длинных рукавах одеяния. Он плыл вперед, как привидение.

Лия дернулась, и ее спина сильно выгнулась. Башня задрожала.

— Я ждал тебя, Декард Каин, — сказал человек, снимая капюшон. Взору Каина открылось уродливое лицо.

Глаза Слуги Тьмы были глубоко посажены и горели, подобно углям. Кожа имела лиловый оттенок. Нос отсутствовал, вместо него зияла черная дыра. Губы разошлись, обнажив беззубые десны.

— Гаррет Рау, — произнес Каин. Встал. — Ты и не знаешь, что наделал…

— Пути Хорадримов давно мертвы, — заявил Рау. — Началась новая эпоха, в которой будут властвовать Горящие Преисподние и рожденные от адского огня. Я возглавлю этот путь, и ты станешь последним свидетелем гибнущего мира, заточенный здесь навеки.

— Белиал осквернил твой ум, — вымолвил Каин. — Ты должен выслушать меня, Гаррет. Ты не можешь верить в его ложь. Он будет использовать тебя — до поры до времени. Он пожрет тебя заживо, поглотит твою душу и выбросит то, что от тебя останется.

— Умно, — улыбнулся Рау. — Ты назвал меня по имени. Хочешь войти в доверие, попытаться заставить меня вспомнить, кто я. Возможно, тогда тебе следовало бы именовать меня Тал Раша.

— Я не понимаю…

— Настоящим именем моего предка, которое я ношу по праву. Того, кто был навеки заточен в гробнице Баала твоим кровным предком. Но Джеред Каин тоже пострадал… от своего же соратника.

Лицо Слуги Тьмы исказила злобная гримаса.

— Или ты забыл?

Каин покачал головой.

— Нет, — сказал он. — И Тал Раша сам сделал свой выбор. Он забрал Баала с собой и избавил Санктуарий от зла.

— Так говорится в истории. Ложь окутала истину. Твой Джеред Каин — никакой не герой. Он использовал демоническую магию, чтобы обмануть Тал Раша, и засунул в него Камень Души. Восстал против друга. Джеред пожертвовал им, чтобы иметь возможность спастись самому. Он — трус.

— Джеред и Тал Раша были боевыми товарищами, Хорадримами. Тираэль избрал их, чтобы вывести мир из тьмы. Они…

— Молчать! — заорал Слуга Тьмы. — Не пытайся просветить меня, Декард Каин. Я читал тайные свитки, где говорится совсем другое.

Он резко обернулся и схватил книгу с подставки, показывая Каину изображение на обложке.

— Вот герб семьи Тал Раша.

Он вытащил из-под одеяния кусок рваной бумаги, демонстрируя точно такой же рисунок.

— Это от моих родителей, которые умерли, когда я был еще младенцем.

Каин покачал головой. Даже такая мысль казалась ему полным абсурдом. Кроме того, Тал Раша не имел детей.

— Ты не прав, — возразил он. — У Тал Раша нет генеалогического древа. И никогда не было.

Лицо Слуги Тьмы стало еще яростнее, и Каин увидел на нем отблеск из прошлого. Перед ним возник дерзкий мальчик Гаррет Рау.

— Как ты смеешь! — воскликнул Слуга Тьмы. — Ты забросил свою семью так, что они сбежали и стали жертвой демонов. Их души до сих пор страдают, взывая к тебе. А ты не можешь и не желаешь ничего сделать. Теперь не защитил этого ребенка! Уже поздно. Твоя драгоценная Лия умрет и подарит жизнь тем, кто разрушит весь Санктуарий.

— Нет, — сказал Каин. — Белиал обманул тебя. На мою семью напали разбойники. Обычное ограбление. Они…

Рау выставил руку. Из его ладони вырвалось голубое пламя, ударило Каину в грудь и отбросило назад. Он упал на спину, абсолютно беспомощный. А башня продолжала вибрировать, и ее гул поглощал все остальные звуки.

Слуга Тьмы поглядел на Лию и окатил ее струей огня. Она дернулась, и из нее вырвалась яркая вспышка. Каин уже ничего не видел и не слышал, кроме биения собственного сердца.

Энергия пронизала Черную Башню, уйдя вниз, в зал, заполненный силой тысяч смертных. Хранилище взорвалось с чудовищным грохотом. Ударная волна разметала все вокруг, а энергия ринулась дальше.

В безмолвных подземельях Аль Кута стоял человек. Анук Маанор широко простер руки и улыбнулся, когда начали просыпаться те, кто был долго погребен под землей.