Стив Лайонс - Имперская гвардия: Омнибус

Охотник на демонов поднял правую руку, и на его пальцах снова ярко заискрилась энергия. Штель, все еще лежа на спине, был легкой мишенью.

Полковник улыбнулся. Он слышал то, чего не слышал его противник: шаги четырех пар ног в ботинках, спешивших на помощь Штелю.

Палинев появился первым. Он выстрелил из-за ближайшего угла, попав Келлерману между лопаток. Инквизитор обернулся и выпустил свою психомолнию по новой цели, но Палинев уже скрылся. Потом из-за поворота коридора появились Анакора и Михалев — и едва инквизитор успел повернуться, пытаясь укрыться от их огня, как в спину ему начал стрелять Баррески.

Наконец Келлерман зашатался и упал на колени. Силовой меч выскользнул из его ослабевшей руки, и Штель, подхватив оружие, встал над поверженным врагом.

— Император… — прохрипел Келлерман, — Бог-Император видит все… и Он… Он осудит тебя за твои дела… полковник… Станислав…

Штель взмахнул трофейным клинком. Он отплатил убийце сержанта Гавотского должным образом. Он снес с плеч голову инквизитора Келлермана.

— Не понимаю, полковник, — сказала Анакора, стоя над мертвым телом. — Это… это Келлерман? Что с ним случилось?

— Наверное, он заразился, — ответил Штель, — как и остальные техножрецы здесь. Это место… — объяснять дальше не было нужды.

Глаза Палинева расширились.

— Тогда мы должны скорее убраться отсюда, прежде чем…

Штель кивнул.

— Даже скорее, чем ты думаешь. Где Грейл?

— Он ранен в ногу в перестрелке с мутантами, — ответил Баррески.

— Он остался с Петрусским в часовне управления, — добавил Михалев.

Штель уже пытался вызвать Грейла по воксу. Он с трудом слышал его сквозь шипение помех и говорил медленно и громко:

— Слушай, Грейл. Ты должен взять Петрусского и идти… — не договорив, Штель спросил у Баррески:

— Вы добрались до второго шлюза? Нашли там еще одну шлюпку?

— Нет, сэр. То есть, мы не дошли до него. Мы только добили последних мутантов, когда услышали ваши…

— Бери Петрусского, — приказал Штель Грейлу, — и иди к третьему шлюзу. Как можно быстрее. Встретимся там.

Повернувшись к остальным, он указал на четырехместную капсулу в шлюзе:

— Идите, — приказал он.

— Но, сэр! — возразила Анакора. Хотя они уже знали, что возражать бессмысленно.

— Я приведу шлюпку обратно за вами, сэр, — сказал Баррески, — на случай если здесь нет еще.

Штель кивнул. Еще одна ложь, в которую он позволил поверить своим людям.

На этот раз правда открылась им грохотом взорвавшейся крак-гранаты. Взрыв сотряс пол под ногами и едва не стряхнул шлюпку с ее площадки.

Это и был план Келлермана — конечно, за исключением того, что сам Келлерман рассчитывал быть уже далеко отсюда, прежде чем бомба взорвется и внешняя стена базы будет пробита.

Взрыв произошел близко. Еще до того, как затихло его эхо, Штель услышал рев прибывающей воды. Полковник бросился бежать, прежде чем остальные успели отреагировать, прежде чем они попытались бы остановить его.

Он бросился по ближайшему радиальному коридору, к часовне управления.

Он почти добежал, когда его настиг поток воды. Его сбило с ног. Он пытался сопротивляться, но тщетно. Оставалось лишь позволить воде нести его.

Потоком воды Штеля вынесло из коридора в часовню и ударило о что-то твердое и металлическое. Один из черных механизмов в часовне.

Штель вцепился в покрытую ржавчиной поверхность машины, найдя опору, и держался за механизм изо всех сил, а потоки воды обрушивались на него снова и снова. Теперь вода заливала часовню через все входы.

Лишь когда часовня была почти полностью затоплена, вода успокоилась, позволив Штелю вновь двигаться. Он взобрался на механизм, за который держался, поднял голову над поверхностью воды, продолжавшей подниматься, в последний раз набрал воздуха в легкие и снова нырнул. Ему еще предстояло пересечь половину базы.

К счастью, здесь было легче плыть, чем снаружи. Здесь можно было отталкиваться от механизмов и стен коридоров, ведущих к третьему шлюзу. Грейла в часовне управления не оказалось. Это позволяло надеяться, что он понял приказы Штеля и действовал по ним. Если повезет, его отделение больше не потеряет сегодня ни одного бойца. Если повезет, и если будет на то милость Императора…

Снова ледяные поля. Взошло солнце: далекий холодный свет в фиолетовом небе.

Семеро их вернулись. Семь из десяти. Выжившие выбрались из спасательных шлюпок, промокшие и измученные.

Штель вел их почти три километра по льду, прежде чем позволил отдохнуть.

Они все еще ждали десантный корабль, когда раздался взрыв.

Сначала они увидели вспышку, осветившую обширный район моря. Потом в небо взлетел столб кипящей воды в сотню метров высотой, и даже на таком расстоянии Ледяных воинов обрызгало обжигающими каплями.

Когда все затихло, во льду оказалась пробоина четырехсот метров в диаметре. В ее центре была точка, где еще час назад стояли семеро валхалльцев.

Штель снял меховую шапку, склонил голову и вместе с бойцами отделения вознес молитву за души сержанта Гавотского и рядового Ченкова. Могилой для этих храбрых воинов станут лишь обломки подводного купола.

Келлермана он в молитве не упомянул.

Он вознес благодарность Императору за спасение остальных. На базе оказалась еще одна шлюпка, как Штель и надеялся. Ему пришлось напрячь все силы, чтобы добраться до нее — и когда он добрался, то шлюз, в котором она стояла, оказался затоплен, его дверь заклинена в открытом положении. К счастью, Грейл с Петрусским тоже успели вовремя. Грейл изучал руны на панели управления подводного аппарата, разбираясь, как откачать воду из его кабины.

По пути на поверхность они не встретили ни гигантского кальмара, ни еще какие-либо враждебные формы жизни — еще одно благословение Императора.

— Мы выполнили задачу? — спросил Палинев.

Михалев кивнул.

— Мы никого не оставили в живых.

Из них всех лишь он, вероятно, подозревал правду. Правду, которую Штель не мог им сказать.

Никто не сможет доказать, что он умышленно убил инквизитора.

Однако Штель не сомневался, что у Ордо Маллеус возникнут подозрения насчет дела с Келлерманом, как возникли они насчет дела с исповедником Воллькенденом. И они могут задаться вопросом, сколько опасных тайн скрыто в наполовину аугметическом мозгу этого Ледяного воина.

Полковник Станислав Штель взят на заметку — более чем когда-либо.

Это еще не конец.