Алексей Завальнюк - Великий и Чёрный Инквизитор
– Странно это всё. Обряд эльфийского посвящения проходят в возрасте от двадцати и дальше, а ты получаешь такое приглашение. В твоей истории вообще много необычного.
– Не важно, Янрин. Лита, я напишу письмо Аделу и Гилтарису, они приближённые самой королевы и они выполнят любую мою волю. Ты должна любой ценой переубедить королеву. Если ты не справишься, тебе придётся бежать из королевства. Сейчас иди, подготовься к дороге. Я собираюсь оформить твой отъезд к обеду. Сейт, ты поможешь мне написать поддельное письмо для Хабека.
– Чего? – Сейт сделал вид, что не понял, но Керин уже выскочил за дверь
Спустя два часа, в кабинете лидера Конклава.
– Ну что, Керин, чем порадуешь меня сегодня? – спросил Хабек, при этом вид у него был довольный, как у кота добравшегося до валерьянки.
– Я не понимаю тебя, брат. Сначала ты просишь меня остановить Экзеля, затем, вдруг меняешь своё мнение и отпускаешь его в этот гадюшник. Неужели ты надеешься, что он будет бездействовать, из-за того, что ты отдал ему приказ?
– Разумеется, он будет действовать, Керин. У меня почти не осталось профессионалов, все помогают Амиладжар в борьбе с внезапно восставшей нежитью. Экзель прекрасно подходит для выяснения и устранения возникшей проблемы. Я не удивлюсь, если узнаю, что император нанял его, наделив соответствующими полномочиями, и отправил в Брандор.
Керин слушал своего брата и поражался изощрённости его ума. Всё то, что он хотел от него скрыть, было не только известно Хабеку, но и заранее им запланировано.
– Керин, есть ещё что-нибудь помимо Экзеля? – этот вопрос вернул наставника в реальность.
– Есть. Пришло письмо из Нольонда. Правящая династия Алинэльдорин просит на восемь месяцев освободить от обучения Литу Алинэльдорин, с целью прохождения обряда посвящения и возможного возрождения эльфийского бессмертия.
– Правда? – Хабек ненадолго задумался. – Экзеля сейчас нет, и отъезд Литы, может вызвать у него очень негативную оценку. Это нельзя на время отложить?
– Боюсь, что нет. Ей скоро исполнится шестнадцать, а обряд требует подготовки. Чем раньше она уедет, тем лучше. Экзелю пора привыкнуть к работе в одиночестве. Лита не вечно будет с ним, а если он вернётся, Лита, может передумать, и останется с.
– Пожалуй ты прав. Я думаю, что это поможет нашему делу. Я подпишу приказ.
Керин протянул Хабеку тщательно подделанную бумагу и тот, пробежав по ней глазами, поставил свою печать.
– Когда ты собираешься её отправить? – спросил он у Керина.
– Я думаю, ближе к обеду. Я должен устроить сопровождение до Астига, оттуда она доберётся за несколько дней, я думаю, эльфы встретят её.
– Хорошо. Имей в виду, Лита самая важная особа, она не должна пропадать из виду слишком надолго, Экзель этого не перенесёт.
– Я знаю это лучше тебя. Я уже всё подготовил для того, чтобы Экзель не был сильно шокирован.
– Я на тебя надеюсь, Керин. Можешь быть свободен.
Керин вышел за дверь и облегчённо перевёл, дух. Первая часть его плана удалась на славу, пришла пора, перейти ко второй.
Несколько часов спустя.
Лита и Керин стояли перед главными воротами, шли последние приготовления. Лита уже со всеми попрощалась, один лишь Джером догадался, что тут всё не так просто, но он пообещал Лите сохранить её тайну.
– Лита, вот необходимые бумаги для путешествия через таможню, вот грамота дающая тебе право ночевать в лучших гостиницах империи, а это, – он протянул два письма скреплённые сургучной печатью, – письма для Гилтариса и Адела. Лита, я также осмелился написать письмо самой Эстельере, она должна помнить меня по памятному походу против Эйсара. Я уверен, что она попробует избавиться от твоего ребёнка силой, но я надеюсь, что моё письмо заставит её задуматься.
– Я на это тоже надеюсь, наставник. Хотя весьма сомнительно, чтобы гордая эльфийская королева прислушалась к мнению смертного.
Керин горько усмехнулся, решая не говорить о связи смертного Инквизитора с королевой эльфов.
– Держись, Лита. Я думаю, что боги послали тебе это испытание не спроста. Возможно, в будущем мы поймём, что так было действительно лучше.
– Мне больно, наставник. В моей душе бушует буря эмоций и все они сплошь боль и печаль. Какая страшная участь уготована мне и моему ребёнку? Позор и гонение со стороны моих собратьев. Она всегда будет видеть его, и её страдание тенью ляжет на меня. Простит ли меня наша дочь? Сможет ли она понять и простить меня за то, что я уготовала ей в этой жизни?
Керин не знал, что ответить на вопрос несчастной эльфийки чей жребий был не многим слаще его. Он не умел смотреть в будущее, а даже если бы и умел, вряд ли, то, что он увидел, помогло бы утешить её.
В этот момент со стороны конюшен послышались звуки какой-то возни, и дикий вопль конюха потряс окрестности: – Молния взбесился!
Тяжеленная дверь, ведущая к стойлам, распахнулась от страшного удара и к наставнику галопом прискакал конь Экзеля. Молния излучал яркий фиолетовый свет, его мудрые глаза сурово смотрели на Литу, но если присмотреться к нему, можно было увидеть лёгкое сожаление.
– Принцесса Лита, Керин Андерсен, – голос коня звучал в мозгу заговорщиков. – Его величество серьёзно обеспокоен вашими планами. Ребёнок принца должен родиться живым и невредимым, поэтому, Князь Тишины велел мне сопроводить принцессу домой, и изъявить его волю королеве лично.
– Молния… Что всё это значит? – Керин знал об уникальности коня Экзеля, но даже он не ведал всей его истории.
– Князь Тишины, наделил меня печатью своего посланника, вы можете не бояться нерадушного приёма.
– Молния, но как ты можешь быть уверенным, что королева станет слушать коня? – спросила Лита и глаза коня засверкали.
– Много веков назад, миледи, я был эльфом, не менее остроухим и высокомерным чем Нольондцы. Я правил своим собственным миром, но моя гордыня навлекла на меня гнев Князя, и я был превращён в коня. Королева Эстельера верно служит Князю, одно моё появление поставит её на место, не говоря уж о приказе его величества.
– Но что будет, если Хабек узнает, что ты внезапно сорвался с места и решил лично сопроводить Литу? – спросил Керин, который явно не понимал, что здесь происходит.
– Я – Божественный конь и имею право исчезать и появляться когда хочу и где хочу, наставник Андерсен. Я думаю вполне естественно, выглядит то, что я провожаю женщину своего мастера.
– Боги благоволят тебе, Лита. Это просто прекрасный шанс. Ступай домой.
– Спасибо наставник. Я буду вам писать. Передавайте наилучшие пожелания моему Экзелю.
– Помни, Лита, до тех пор, пока лидером Конклава является мой брат, Экзель не должен знать о рождении дочери. Ты поняла меня?